Дом на Меже. Часть вторая. Баронский Парк. Глава 6

Форма произведения:
Повесть
Закончено
Дом на Меже. Часть вторая. Баронский Парк. Глава 6
Автор:
agerise
Аннотация:
Семейное предание
Текст произведения:

     Часть вторая. Баронский Парк

     6. Встреча

    Баронский Парк разбит на высокой крутой излучине, где река Межа впадала в основное русло. Он большой и густой как лес. В глубине за чугунной оградой пансион для девочек Старый Каштан, по имени баронской усадьбы, отнятой у хозяина. Слабаком барон оказался, не Межичам чета. Каштаны теснили, сминали ограду и умерли на ней. Остались дубы, старые и замшелые, но живые.

    В тырнете легко находятся фотки чугунных ворот Баронского Парка. Осенние, без вариантов. На самом верху арки обязательно кленовый лист желтеет под октябрьскими лучами в кованом солнце – винтажная открытка... С достопримечательностями всё.

    В обе стороны от этой красоты уходит набранная пиками решётка. Через каждые десять шагов – каменный столб. За оградой регулярный парк, аллеи, особняк с башенкой, флигели. Воспитанницы постарше и помладше, в длинных платьях, накидках, передниках. Они гуляют, метут дорожки, по весне сажают мелкие голубые цветы, ближе к осени – алые и бордовые.

    Красивые же они!.. Клумбы тоже, но я про пансионок. Очень красивые, в одинаковых старинных платьях.

    На городской площади хор выступит и сразу обратно. Такие строгости. Вокруг не глазеют, походка по ниточке, за руки держатся... Смотрят за ними ого-го! Никакой воли. Я бы с ума чокнулся.

    Я так надеялся поймать чей-нибудь взгляд из хора. Вроде и лицом к тебе стоит, а не улыбнётся и не отвернётся. Бьют их там что ли? Вряд ли бьют, запугали просто, родни ведь нет рядом, чтобы защитить.

    Жутко хотелось познакомиться, поболтать с кем-нибудь из них разок… Анреал. И вдруг бац – получилось!


      Шла пятница второй недели живых.

      В школе объявили: за желудями пойдём для зоопарка. Их мишки едят, кабаны, олени.

    Детсад собирал жёлуди у школы и по дворам. Старшие пацаны в наглую слиняли. Я ушёл в Баронский Парк. Тихо, воздух осенний. Пансионки тоже собирают по другую сторону ограды. Все кроме одной.

     Со спины я решил, что это Полька вырядилась в старинное платье!

     Девчонка шла по дну оврага, с нашей стороны. Корзинка на локте. Запрокинула голову и увидела, что я смотрю. Испугалась, глазищи – с два неба, как привидение увидела! Лицо закрывает ладошкой. Эй, я не ваш надсмотрщик…

    – Сбежала?

    Видно, что улыбается, а руку не убирает! Я знал: пансионки ещё те хитрюги, чуть останутся без присмотра.

    – Не убегай, лады? Хочешь, я отдам тебе, что насобирал, и мы просто так погуляем?

    Не даёт в лицо заглянуть. Я – вокруг, и она крутится.

    – Нуу… Что мальчишке за интерес?

    – Как живёте, интересно. Как тебя зовут? Нет, серьёзно. Ты красивая. Я – Межич.

    – Кто я?

    – Ты у меня спрашиваешь?

    Улыбается себе под ноги… Что? Она босиком. Серая юбка, волан и озябшие ноги. Перетаптывается в осенних листьях.

    – Тебе норм, не холодно?

    Пожала плечами:

    – Так…

    Странная девчонка. Или у них наказание – без обуви ходить?

    – Пойдём до реки?

    – Нее… Не теперь.

    – А когда?

    Отвернулась:

    – Нуу… Через неделю.

    Поставила корзинку и забыла про неё. Резкий звонок со стороны пансиона.

    – Ужин?

    Хмыкнула:

    – Чай. С пирожком.

    – Вас вкусно кормят?

    – Так… Пока.

    Я тоже забыл про её корзинку, потом заглянул и от удивления сосчитал... Ни одного жёлудя. На льняном полотенце – семь зелёных каштанов.


    – Сынка, за стол иди. Что ты как сомнамбула! Уж не влюбился ли ты, дорогой?

    – Ма, ты о чём вообще!

    Почему они такие, женщины, а! Влюбился, не влюбился, но как будто всегда знал. Как будто котёнка нашёл. Моё! Руки убрали!

   – Иди обедать. Что за дела, как призрак бродишь. Ты – здесь, по живой луне. Сейчас ты – мой мальчишка!

    – Ма, если девчонка обещала, то придёт? Или как?

    – И так, и так бывает, Межка. И то, и то – не без смысла. Тебе с хлебом?


    Пришла! Обещала и пришла, честно гуляли вокруг пансиона! Но разглядеть её я всё равно не смог.

   Рука – в кружевной перчатке, такой, без пальцев. Они слабые и прохладные. Веер в другой руке. Музыка за оградой.

    – У вас танцы?

    – Скоро…

    – Можно к вам?

   Головой качает, жаль. Над веером – носик, локоны круто завитые. Сегодня она в туфельках. Я по истории знаю, что у них: осенний Каштановый Бал…

   У ворот за дубами стоит пламенно рыжий мужчина. Золотом расшитый жилет горит под солнцем. Воспитатель. Опирается на руины каменного столба, высматривает мою пансионку.

    – Не заругают?

    Отрицательно мотает головой. Прощаемся что ли…

    – Лисица хитрая, так и не сказала, как тебя зовут!

    В сторону:

    – Тоже!.. Межич!

    Теперь уже я смеюсь:

    – Я знаю, кто я! А ты?

    Она уже за оградой. Как бабочка, ничего себе, живо!

    – Ты ведь знаешь, где дом Межичей, лисица? Приходи!

    Веером из стороны в сторону, пока-пока, Межич:

    – Приду!

    Хороший день!

    Подожди-ка, она обещала через неделю – и по мёртвой луне пришла. Как это понимать?

    Я глянул на пансион между чугунных завитков. Да, его вижу правильно – безлюдным. Светлые окна, клавесин. Едва слышная мелодия польки. Обочиной не шагом, не бегом стелется кошка, голубая, как ранние сумерки.

0
20
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!