Владыка Света. Часть 1. Кот и птица

Форма произведения:
Рассказ
Автор:
Александра Рыска
Связаться с автором:
Рекомендуемое:
Да
Аннотация:
Что ты станешь делать, если твоей судьбой без твоего ведома возьмутся играть сильные мира сего, уготовив тебе роль, о которой ты даже не задумываешься? Как жить в обществе не враждебном, но чужом? Как сделать своим домом мир, где ты - чужак? Старая история не о попаданце, о найденыше. Надеюсь, на этот раз она будет рассказана правильно и до конца. Технофэнтези. Или - фантастика без жестких границ По причине болезни пишется медленно
Текст произведения:

Владыка Света

 

 

Тигр и птица

 

 

1. Желание Владыки

 

Ирлерр сидел на одной из самых высоких веток — в прыжке не достать! - и корчил рожи. Уже не слеток, но еще не вполне взрослый, он хихикал, дразнился и махал руками и крыльями, заставляя оборотня нервно ходить кругами.

- Слезай — перья выдерну! - беззлобно пообещал высокий беловолосый парень, всем своим видом давая понять, что ждать под этим деревом намерен хоть до вечера.

- Не-а! - ухмыльнулся подросток, топорща перья на крыльях.

- А если я залезу? - мурлыкнул оборотень.

- А я улечу!

- А если я догоню?

- Не догонишь, - Ирлерр мотнул взъерошенной головой и показал язык. С точеного синекожего лица не сходила насмешливая улыбка.

- Да ну? - прищурился беловолосый и сделал вид, что примеривается влезть на ветку.

- Кр-ра! - внезапно вскрикнул пернатый и, оттолкнувшись сильными лапами, дал деру.

Оборотень ринулся за ним вдоль улицы, чувствуя, как в крови разгорается азарт погони.

Добыча удирала со всех ног. Вот-вот перестанет мелькать черное оперение, скроется за поворотом. Он потянул носом воздух, подбадривая себя запахом, и ускорил бег, чувствуя пальцами босых двупалых ног каждую шероховатость, каждую трещину старой брусчатки. Высокие дома, мозаичная мостовая, мелькнувшая мимо цветущая клумба... Проснувшийся зверь видел только черные крылья добычи. Разум балансировал на грани смены формы.

«Моя птица!» - он бежал вслед за острой упрямой мыслью под гулкий стук собственного сердца. Тугой порыв ветра будто нарочно ударил в грудь, оттолкнул в сторону, заставив вляпаться в лужу, оставшуюся после дождя.

«Нечестно!»

Добыча притормозила на углу, оглянулась, явив ехидную улыбочку на синей физиономии, снова показала язык и рванула дальше. Зверь от такой наглости коротко рыкнул и прыгнул вперед. Тут же сменился угол зрения, выцвели краски, и разум соскользнул в ясную простоту звериной картины мира, не заметив, как тело опустилось на четыре лапы.

Мускулы налились тяжелой мощью, звуки и запахи ударили в мозг пьянящей волной. Поймав нужную ниточку среди сотен других — грозовая свежесть, перья и легкая металлическая нотка — он мягкими скачками полетел по следу.

«К обрыву идет. Э, нет, я буду там первым!»

Азарт погони так захлестывал, что он запутался в лапах и чуть не врезался носом в фонарный столб.

«Все равно догоню!»

Ирлерр услышал мысль.

«А вот и нет, не успеешь!»

«На что спорим?»

«Кто проиграет, тот стащит кисть винограда из сада Магистра!»

«Чур, это будешь ты!»

Зверь фыркнул и резво помчался по улицам. Теперь уж точно проигрывать не хотелось, магистр Вэйтан не пожалеет и воришке зад поджарит одним щелчком.

Напрямик, через парк. Резкий толчок задними лапами, взмах хвоста, разворот, прыжок. Зверь перемахнул через витую чугунную ограду и нырнул в заросли. Продирался сквозь кусты, удерживая перед мысленным взором образ добычи, хрупкий тонкий силуэт Ирлеррского подростка: руки, как спички, ноги как палки, что перья, что лохмы на голове всегда взъерошены одинаково, туника сбита набок.

«А виноград мой!»

Запах становится теплее и ближе. Площадь, фонтан, а вон и цель — легкая голенастая фигурка размашисто выбрасывает в беге длинные лапы. Последний скачок, усилием воли нужно приземлиться не на четыре, а на две ноги — вперед!

Фонтан, брызги по лицу. Еще немного... Только протянуть руку и ухватиться за полу туники! Еще чуть! Но коварная добыча вскочила на мраморное ограждение, насмешливо выкрикнула что-то птичье и... упала спиной вперед.

- Что, усатый, съел? - долетел снизу звонкий крик. - Не поймаешь, не поймаешь, котяра!

Хохоча, оборотень ухватился за мрамор перил и свесился вниз, следя взглядом за падающим пернатым. А тот летел в бездну и показывал нос. Лишь на самой границе облачной пелены, за которой скрывалась земля, он кувыркнулся, распахнул крылья и был таков.

Беловолосый вздохнул и уселся прямо на брусчатку перед оградой, уткнувшись лицом в резной мраморный столбик. Звериный азарт схлынул, нужно отдышаться и идти домой, атаэ [1] ждет. Он уставился вниз, на кипящие облака, в которых то и дело раскрывались «глаза»-разрывы. Там виднелись золотисто-зеленые степи, голубели блестящие ленты рек. Иногда можно было разглядеть людские города, странные и непонятные — без высоких зданий и широких улиц, без яркого кристаллического освещения ночью. Один раз он видел руины даэйрского города: огромные, рассчитанные на естественный природный облик даэйров здания еще сохраняли величественную надменность очертаний.

Оборотню иногда до смерти хотелось спуститься туда, вниз, ступить на землю, напиться воды из настоящего, а не искусственного ручья, побродить по лесам и степям, почувствовать всю громаду планеты... Но этот Ирлеррский дом под названием Серебряные Облака редко, когда спускался ниже дождевого облачного слоя. Старейшины детей Неба не любили показываться на глаза обитателям земли. Всем необходимым город обеспечивал себя сам — овощами и фруктами, питьевой водой, энергией для освещения домов и улиц, и преодоления сил тяготения. Живший в глубине городского скального массива Энар по имени Интэ поддерживал и необходимое для жизни тепло.

Но юноше, волей случая оказавшемуся в этой летающей крепости, было мало заботы Интэ и исхоженных вдоль и поперек городских улиц. Он хотел свободы.

Иногда это желание становилось невыносимым — нарастая, давило грудь изнутри, мешало дышать и ясно мыслить. Тогда он вопреки запретам выбирался на внешние скалы, находил какой-нибудь удобный выступ и часами сидел там, любуясь миром с высоты птичьего полета. Только даэйры поднимаются выше. А еще выше, к черно-фиолетовой границе неба, где почти нельзя дышать — только алденские корабли.

Но такого счастья, как боевой корабль алден, рядом с городом и даром не надо.

- Кхэйтар!

Юноша вздрогнул и поднял голову.

- Вот ты где! - молоденькая Ирлерри по имени Илерна склонила набок светловолосую головку и приподняла одну лапу. Тонко звякнули ажурные золотые браслеты. - Тебя Равьен-эрхе везде ищет.

- Зачем? - Кхэйтар поднялся, пригладил трехпалой когтистой рукой растрепавшиеся волосы, обрезанные до плеч и взглянул на девушку сверху вниз. Даже самые высокие пернатые едва доставали макушкой ему до плеча, а эта и вовсе была крохой. Даром, что предсвадебный пояс уже охватывал тонкую талию.

- Мне почем знать, - она вновь преступила с ноги на ногу и дернула светлыми крыльями. - Он мне не говорил.

- Ладно, спасибо, - кивнул он.  - Пойду, а то он, чего доброго, Юдара пришлет

- Иди-иди, усатый! - крикнула ему вслед Ирлерри и помахала рукой.

Они все именовали Кхэйтара усатым, несмотря на наличие усов только в зверином виде.

Город в этот час был пустынен. Взрослые разлетелись по своим делам, дети пропадали на занятиях. Только попадались навстречу пожилые пернатые — степенно вышагивали, слегка покачиваясь по-птичьи взад-вперед, или сидели на карнизах и террасах, ведя неспешные беседы о том, о сем. Белый, с золотистыми прожилками камень домов как будто впитывал в себя солнечный свет, озаряя улицу светлыми отблесками.

Равьен-эрхе обнаружился у фонтана на перекрестке. Спокойно стоял, скрестив на груди руки, и поджидал воспитанника. Волосы и перья, бывшие когда-то черно-рыжими, теперь до пегости высветлила седина, костистое лицо покрывали морщины. Но в круглых карих глазах нет-нет, да и промелькивало нечто такое, что сразу давало понять – Опора Столпа Воздуха еще многим молодым, и в том числе Яносу, фору даст немалую. Равьен был стар даже по ирлеррским меркам, одиннадцатую эху разменял, но отнюдь не собирался пока на Колесо.

- Здравствуй, Атаэ, - Кхэйтар остановился по другую сторону фонтана, плеснул водой себе в лицо. – Зачем ты хотел меня видеть?

- До меня дошли слухи… - неторопливо и вкрадчиво начал Ирлерр. – Что вы с сыном Вождя опять что-то задумали.

- Нет, - оборотень тотчас изобразил честные глаза. – Вообще ничего.

- Значит, Юдару показалось? – губы пернатого тронула понимающая улыбка.

- Да, - тут же согласился Кхэйтар. – Показалось.

- Ну хорошо, так и передам Вождю.

Ну слава Стихиям! Юноша старательно сдержал вздох облегчения. Если бы Теос Джанрейв прознал о том, что они с Яносом собирались пробраться на борт посольского корабля и более того, попробовать на нем взлететь, то пришлось бы плохо. Гораздо хуже, чем в тот раз, когда Янос стащил пояса у всех членов Верховного Совета и спрятал их по всему городу, чтоб эти высокомерные квохтуны хоть раз в жизни расправили крылья.

Это хорошо, что Юдар слышит лишь сказанное вслух. И хорошо, что они додумались обсуждать идею мысленно.

А еще просто замечательно, что Равьен-эрхе на самом деле на их стороне.

- Ты меня только за этим звал? – снова спросил Кхэйтар.

- Нет, не только. Тебя ждет Владыка Роул.

Вот те на… Зверь внутри заинтересованно поднял ухо.

«Зачем это я вдруг понадобился Четырехкрылому? – подумал оборотень. – Сроду он на меня внимания не обращал…»

Но кому-кому, а этой птице говорить «нет» нельзя. Если служитель Равновесия зовет к себе, значит, это необходимо. Так что Кхэйтар молча двинулся следом за приемным отцом. Гадать, чего желает Светлейший, бесполезно, можно только узнать на месте.

А зверь был настороже.

Идти пришлось до края скалы. Противоположного. При этом Равьен шагал неторопливо, как будто вовсе не нужно было спешить на важную встречу. Кхэйтар почти умирал от нетерпения и любопытства пополам со страхом – что нужно птице столь высокого полета? Впрочем, все говорили, что Роул хоть и не терпит отказов, зато прекрасно умеет ждать. И не любит, когда направо-налево балуются перемещениями в пространстве.

Дома вокруг становились все ниже и стояли гораздо реже, хотя отнюдь не утратили архитектурных красот – Ирлерр старались придерживаться эстетики всегда и во всем. Вокруг раскинулись сады, искусственные ручьи и лужайки. Тут и там ветряки и блестящие серебристые зеркала собирали силу солнца и ветра, чтобы Интэ мог пустить ее на нужды города. По левую руку виднелись поля, засеянные злаковыми, по правую – делянки с овощами. Ирлерр ели мало, и строго разграниченного пространства городских угодий, дававших по три урожая в год, им вполне хватало. Кхэйтарова ипостась иногда напоминала, что неплохо было бы поживиться дичью, но голос крови замолкал, внимая доводам рассудка. И хищник оставался вегетарианцем, не помышляя об охоте даже на мышей.

Однако, чем ближе они с Равьеном подходили к обзорной площадке, выступавшей над обрывом в бездну, тем сильнее у Кхэйтара по спине бежали мурашки, а волоски на загривке становились дыбом. Впереди поджидала опасность. Ветер доносил незнакомый, пряный и острый запах, совершенно не похожий на то, как пахнут птицы. Даже атаэ, похоже, занервничал – мелкие перья на крыльях встали дыбом.

- Похоже, Владыка не один, - пробормотал себе под нос Равьен. – Не бойся, это всего лишь кто-то из даэйров. Просто не смотри ему в глаза, они этого не любят.

- Угу, - кивнул Кхэйтар, старательно скрыв волнение. Встречаться с этими небесными титанами ему еще не приходилось. Лишь читать о них в исторических хрониках и описаниях.

Даэйры, с одной стороны, славились высокомерием и тягой к величественности, с другой, многие представители их рода описывались как обладатели веселого и легкого нрава, по-детски открытые миру создания. Считалось, что одно только присутствие даэйра может приманить торговую удачу, а если он сам возьмется за денежные дела, то непременно превратит пару серебряных «цветков» в целое состояние. Многие любили принимать человеческий облик и искать среди людей приключения себе на хвост. Но времена их истинного могущества прошли, и единственным оплотом крылатых остался затерянный где-то в Мировом океане остров. Никто не знал, откуда и когда они пришли на Хэйву.

Один из них сейчас лежал, растянувшись на белых плитах, похожий на огромный лоскут черной блестящей ткани, которую порыв ветра случайно смял в причудливый ком. Увенчанная тяжелой короной рогов голова покоилась на вытянутых костистых лапах, по мрамору двумя черными змеями разметались усы. Крылья свободно лежали вдоль длинного поджарого тела. Хвост время от времени подрагивал, топорщась шипами. От него веяло холодом и запахом пряностей.

Рэолеорн Антрацит Ночное Сердце. Опора Столпа Смерти собственной персоной. Возле его левого локтя сидел, поджав лапы и спрятав руки в просторные рукава расшитой сложными узорами белой мантии, ирлерр-альбинос. В сравнении с дремлющим гигантом он казался мелкой пичугой этак с полпальца размером. Белые почти до прозрачности волосы свободно падали на плечи и спину, кончики белоснежных перьев слегка отливали перламутром. Кожа была почти лишена голубого пигмента, и оттого имела не синий, абледно-серый оттенок. С жесткого, словно вырубленного из камня лица смотрели круглые алые глаза.

От этого взгляда Кхэйтару стало не по себе. Но он подошел и поклонился, как того требовал этикет.

- Высокого неба, Роул-эрхе, и вам, господин Антрацит, - проговорил юноша и выпрямился.

Ирлерр степенно кивнул, а даэйр, услышав приветствие, шевельнул ухом, почти незаметным между рогов, поднял голову и уставился на Кхэйтара золотыми змеиными глазами. Его вытянутую морду покрывали многочисленные шрамы, шипы и наросты – признак немалого возраста и многочисленных сражений. Чешуя кое-где лежала неровно, мягкий нос и вовсе был рассечен надвое чьим-то когтем.

- Даже и не знаю, что пожелать тебе в ответ, двуногий, - проскрежетал Смертоносец. Голос его звучал, скорее, у Кхэйтара в голове, нежели на самом деле. – Крыльев у тебя нет, когтями ты, по понятным причинам, по назначению не пользуешься…

На долю мгновения Кхэйтар растерялся, не зная, что ответить. И атаэ, как назло, стоял в стороне, похоже, не собираясь вмешиваться. Ведут ли старшие между собой отдельный разговор, юноша понятия не имел.

- Чего, как не пожелания долгих лет следовало бы слышать от глашатая Смерти? – нашелся, наконец, Кхэйтар и все-таки взглянул в глаза хозяину Жнецов. Оба пернатых молчали, с интересом наблюдая за разговором.

Рэолеорн прищурился и вытянул шею, слегка развернувшись всем телом. Усы заинтересованно встали торчком. Голова зависла перед самым лицом оборотня, его обдало тяжелым горячим дыханием. Даэйр недавно охотился.

От этого запаха у Кхэйтара волосы на загривке встали дыбом, а пальцы невольно напряглись, выпуская когти.

- Твои года действительно будут долгими, - снова заговорил даэйр, не скрывая удивления. – Очень долгими. Ты не зверь, не человек… Кто ты?

- Я сам хотел бы это узнать, - как можно учтивее ответил юноша.

- Глаза, как трава, - продолжал Смертоносец. – Забавно. У здешних двуногих таких не бывает

Он улегся обратно и пошевелил крыльями, раскладывая их удобнее. Стали заметны рваные края перепонок и несколько длинных светлых рубцов, рассекавших тонкую кожу там, где чешуя мельчала и сходила на нет. Крылья были соразмерно огромны и напоминали, скорее, вторые руки с еще одним гибким суставом между запястьем и локтем.

- Скажи, - заговорил Роул, отвлекая Кхэйтара от созерцания даэйрских статей, - тебе хотелось бы спуститься вниз?

Вот тут юноша не сумел скрыть растерянности и удивления. Он заморгал, невежливо уставившись на Опору Равновесия. Сколько он себя помнил, старшие всегда запрещали ему даже думать о том, чтобы спуститься на землю, объясняя запрет разного рода опасностями: дикие химеры, алденская разведка и тому подобное. Почему теперь Владыка спрашивает о его желании? Почему атаэ молчит?

Отвечать надо ччестно. Ложь Светлейший почует сразу же.

- Да, - кивнул оборотень. – Очень.

- Хорошо, - улыбнулся ирлерр. – Я думаю, Равьен-эрхе не будет против, если завтра на рассвете мы с тобой прогуляемся.

- Воля ваша, Владыка, - склонил голову Опора Воздуха.

- Вот и прекрасно! – Роул издал удовлетворенный курлык. – Я буду ждать здесь же.

И он отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Равьен подошел, положил жилистую руку воспитаннику на плечо, и они неторопливо двинулись восвояси. Роул задумчиво смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду.

- Ну, и что скажешь? – обратился он к напарнику, не поворачивая головы.

- Забавная зверюшка.

На обзорной площадке стало пусто. Вместо крылатого исполина по мраморным плитам расхаживал высокий угловатый человек в щеголеватом черном облачении. Худое вытянутое лицо украшали тонкие усы и бородка клинышком. Только пара коротких рож.ек, торчавших над гладко зачесанными смоляными волосами, да все те же змеиные глаза под тяжелыми веками выдавали в нем даэйра Хотя, пожалуй, еще особая ленивая грация, совершенно не свойственная людям.

- Я бы не сказал, что это просто зверюшка, - покачал головой пернатый. – По всем косвенным признакам это метаморф. Явных пока не наблюдалось.

Антрацит недоверчиво хмыкнул.

- Что-то я не припомню, когда и в каком мире в последний раз видел метаморфов живьем. Где вы его нашли? – Смертоносец уселся на перила спиной к обрывуи сложил пальцы домиком, уткнувшись в них подбородком.

- В пустыне Харад, - Роул уселся рядом по-птичьи, обхватив перила пальцами ног. – Колонны тогда среагировали на силовой выброс, Равьен полетел проверить. Ну а там в котловине нашлось это чудо, с виду лет трех человеческих. Сидит рядом с материнским трупом, орет и, не поверишь, защитную сферу держит, уна полтора в диаметре. Чистый Свет, песок под ней в стекло спекся. Это он сейчас картинок насмотрелся и очеловечился, а тогда мордашка зверовидная была.

- Мда, дела… Когда это было?

- Семнадцать лет назад.

Повисло молчание. Солнце сползало за горизонт, небо на западе темнело. Восемь столбов света на его фоне из белых постепенно становились насыщенно золотистыми, сияя все ярче. Они уходили в небо, не теряя своей плотности, и где-то в невообразимой выси сливались в одну тонкую линию, исчезая в черноте внешнего Пространства. Ушей Опор достигало низкое мелодичное гудение и тонкий звон.

- И ради этого мальчишки они от тебя отказались? – Смертоносец скосил на птицу.

- Отказались, - кивнул ирлерр. – Им виднее.

- Джанрейва припечет, - ощерился Рэолеорн в два ряда острых клиновидных зубов.

- Дела Колонн не касаются Вождей, - жестко отрезал Роул. – Если он рискнет в них сунуться, Колесо этого не оценит.

- Я бы на твоем месте позволил Асх-эн-Алден хорошенько его проучить, - слова даэйра откровенно сочились ядом. – А то, похоже, прорицательство напрочь выело ему мозги.

- Ты, к счастью, занимаешь свое, а не мое место.

Роул дернул крыльями и нахохлился, глядя на сердце мира. Его зрению были внятны игры мелких воздушных духов и пронизывающие планету потоки Стихий, а его уму – постоянно меняющаяся многомерная паутина вероятностного поля. Сейчас сложнейший узор дрожал, готовясь непредсказуемо меняться. Что будет, когда начнет набирать силу новая Опора? Что принесет Колесу эта душа? Кровавый хаос и разрушение? Или, наконец, долгожданный мир? Неизвестность не пугала Роула Крайха. Он лишь надеялся, что способность видеть и просчитывать прихотливые плетения Судьбы не покинет его со временем. Привычка Теоса выхватывать разрозненные куски из общей картины, не всегда улавливая причинно-следственные связи, бесила куда больше.

- Ладно, - зевнул во все клыки даэйр. – Я пошел спать. Спокойной ночи.

Он отклонился назад и упал с перил невнятным черным комом, уже в воздухе переворачиваясь и меняя форму. Гулко хлопнул крыльями, вспенивая проплывавшее мимо облако и был таков.



[1] Атаэ— отец (вемпар.)

+1
470
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!