Мироненко Людмила
0

Мироненко Людмила

Мироненко Людмила
Новичок
  • Рейтинг: 13
  • Последний визит: 5 месяцев назад
  • Регистрация: 6 месяцев назад

Анкета

Город:
Ростов-на-Дону
Возраст:
44 года

О себе

Здравствуйте мои дорогие читатели!
Прежде чем Вы познакомитесь с моим творчеством, я хочу немного рассказать о себе.
Родилась я, 6 июня 1974 года, на закате Солнца, ровно в 19.00. Моя мама мне говорила,- что после того, как куранты пробили по радио, она услышала требовательный и звонкий крик своего чада, который заявлял о явлении в этот мир. Она с облегчение посмотрела в окно. Ее взгляд очаровал неописуемой красоты закат заходящего солнца. Как будто само небо радовалось появлению ее ребенка, переливаясь разнообразными красками, а светило ей подмигивало, удаляясь на покой.
Родилась я в семье военных, мой папа был офицером Советской армии, - и это вызывало во мне гордость. В свои трудные минуты, я всегда себе говорила,- ты дочь офицера, ты сможешь, ты должна одержать победу, ты должна справиться!
В детстве меня интересовали традиции индейцев Америки. Меня волновал геноцид белого населения к коренному народу. Я даже писала в «Пионерскую правду» с горячими лозунгами и требованием вмешаться в политику США, т.к. СССР несет ответственность за все живое на Земле. Видно мои письма произвели неизгладимое впечатление на редакцию, и они мне даже дали ответ в письменном виде, что по данному вопросу, ведутся политические работы и переговоры, а мне посоветовали в том же духе развивать благородные порывы и поберечь свой львиный нрав.
Рассказы, сказки и стихи, я писала всегда, сколько себя помню. Моя покойная мама, ласково меня называла, - мой маленький Пушкин. И знаете, я очень хочу оправдать ее надежды и оставить след от своей жизни, в своих произведениях. Я написала книгу «10 Сказок от Милы», но издать у меня ее не получается. Поэтому читайте гости моей страницы, мои сказки и сказания, ведь в них всегда благостный конец и всегда есть поучительная история. Помните меня! Ведь я так хочу стать хоть чуточку похожа на Пушкина!

Стена пользователя

Загрузка...
5 месяцев назад
#
Священное застолье
Здравствуйте, мои дорогие читатели!
Сегодня я вам расскажу историю, которая навсегда изменила мир
Левия и его пса Барбоса. Именно после этой «судьбоносной встречи» ребята
перестали описывать мне свои приключения. Они стали больше читать,
изучать науки в разных направлениях, а может, захотели написать книгу
самостоятельно и издать ее без моей помощи. Возможно! Возможно! Но я
не провидец, будущее не ведаю. А пока я расскажу вам о невероятном
застолье с фантастическими персонами, на котором присутствовали наши
герои.
Как вы помните из моих предыдущих описаний, Левий с Барбосом —
телепаты. Они могут общаться мыслями, передавая друг другу образы.
Поэтому им не обязательно при общении открывать рот и напрягать
голосовые связки. Как я уже не раз отмечала, это очень удобно, особенно,
когда попадаешь в компанию со странными существами.
Это загадочное приключение произошло в Китае, у вершины Хуашань,
что означает «цветущая гора». В этой местности много пещер, похожих на
маленькие города, там есть лестницы, мосты, балконы, пруды и реки. Вот
только там никто не живет. Когда-то очень давно население их покинуло, и
люди не знают, кто там обитал и куда ушел. Вот это и решили выяснить
ребята.
Двоюродная сестра Левия преподавала йогу и часто вывозила свою
группу в горы на медитацию. И вот выбор пал на загадочную Хуашань.
Барбос с Левием решили не упускать такую возможность и записались в
группу к Наталье — так звали сестру. Восемь часов перелета, тряска в
автобусе до труднодоступного места, а дальше — пешком. Рюкзак за спиной,
веселье в душе и надежда в сердце. Четыре часа хода по горным тропам, и
они остановились на лужайке. Поляну покрывал цветочный ковер. А с трех
сторон их окружали желтые горы со скалами причудливых форм. Тут были и
старик, подергивающий ус, и обезьяна, созерцающая виды. А Барбос
разглядел соседского пса Полкана, которого побаивалась вся округа. А к
вечеру на закате солнца их окружил океан облаков, в котором светило
отражалось всеми цветами радуги. Йоги и наши герои стояли у края скалы, у
которой они обосновались, и от этой величавой красоты воцарилась тишина.
Слова тут были неуместны. Весь вечер лагерь был окружен магической
таинственностью, но наступила ночь, и все уснули, каждый в своей палатке. А
после настал новый день, который обещал одарить приятными
впечатлениями и давал силы для новых событий.
Как и положено в стане йогов, после физических упражнений люди
обсуждали поездку и планы на ближайшие дни за кружкой чая из трав.
Левий слушал, но как-то невнимательно, очень ему хотелось обследовать
ближайшие окрестности. Барбос тоже был какой-то взбудораженный и у всех
вился под ногами. По его поведению было видно, что он желает прогуляться,
но не знает, как культурно исчезнуть. Левия развеселила эта картина, и он
невольно улыбнулся, но все-таки решил помочь себе и другу. Он отвел сестру
на личный разговор: «Наташа, нас, конечно, радует возможность
помедитировать и обучиться искусству созерцания, но можно для начала мы
обследуем ближайшие достопримечательности?»
Наташа очень внимательно посмотрела на брата, глубоко вздохнула и
произнесла:
— Хорошо, идите погуляйте, но к обеду чтобы были в лагере.
Барбос, который при разговоре крутился у ног сестры, вдруг собрался,
сел около Левия и честными глазами посмотрел на девушку. Мальчик слегка
кивнул и быстро зашагал к склону поляны. Наталья смотрела им вслед…
— Пусть идут, кому-то надо созерцать, а кому-то бегать. У каждого свой
путь. Но, когда вернемся домой, надо будет заняться воспитанием этого
мальчишки, — размышляла сестричка, а после резко повернулась и пошла к
ученикам.
Левий с другом спустились с лужайки и пошли по тропинке,
проложенной через хвойный лес. Барбос поднял носик и с удовольствием
набрал воздух в легкие.
— Да, климат тут чудесный, — заметил мальчик и глубоко вдохнул.
Они шли и шли и больше ничего не обсуждали, как-то говорить им не
хотелось. Вот уже час прошел, потом другой, и тут Барбос остановился.
— Устал? — спросил Левий.
— Я что-то чувствую, — проговорил друг в голове у мальчика.
Левий внимательно посмотрел на сосны, на дорогу под ногами, ничего
особенного не заметил и удивленно посмотрел на четвероногого.
— Нам направо, — рявкнул пес.
— Почему?
— Не знаю…
— Ну направо, так направо, — пробурчал Левий, — все равно гуляем.
И они пошли между соснами, не боясь заблудиться. То ли воздух
опьянил их, то ли страх их души покинул, но шли они спокойно, не
оглядываясь. Через некоторое время на лес опустился туман, как будто
облака обняли землю. Они переливались разными красками от синего к
желтому, от желтого к зеленому. Туман красовался перед ребятами, а после
рассеялся.
— Барбос, а зачем мы с дороги сошли, как мы лагерь найдем? —
озабоченно спросил мальчик.
Барбос оглянулся, присвистнул:
— Я не охотничий пес, но пойдем по нашим следам. А как еще? — и
вопросительно посмотрел на друга.
Левий протер глаза, встряхнул головой, у него было странное чувство,
будто он проснулся от долгого сна.
— Теперь у меня необычное ощущение, — проговорил мальчик.
Барбос озабоченно посмотрел на спутника, принюхался к нему — нет,
друг был абсолютно здоров, и весело завилял хвостом:
— Ну что, пошли обратно? Ты помнишь, я — не охотничий?
Левий опять протер глаза, посмотрел вдаль, смутился. Пес, заметив
перемену в друге, проследил за его взглядом.
— Вот это да! — провыл Барбос, по-другому это назвать было трудно.
Перед их взором вдруг выросла избушка на курьих ножках. Только каменная
и без окон и дверей. А в остальном точь-в-точь, как в русских сказках.
— А хозяйка где? — с опаской спросил Барбос.
Левий проигнорировал вопрос и задал встречный:
— Откуда она пришла? Ее же тут не было?
Барбос тоже проигнорировал вопрос, не в отместку, нет, он
действительно не знал ответа.
Ребята подошли поближе к каменному домику, обошли его вокруг.
Звонка и дверной ручки они не нашли. Барбос призадумался, а Левий
подошел к стенке избушки и постучал. По ногам ребят задул ветер, деревья
зашевелились, и прошелся гул по лесу, особенный китайский. Выражение
мордочки пса изменилось на удивление, но ничего особенного он не
ощущал, и это его смущало. Левий также стоял у дома в требовательной
позе: «впустите». Барбос уже хотел подойти к другу и еще раз понюхать, но
его прервал глухой шум движения камня. Это отрывалась дверь. Пес
приоткрыл пасть от изумления, но вовремя очнулся и побежал за Левием.
Они вошли в длинную комнату. На полу стоял сосуд, похожий на горшочек
Винни Пуха. Из него блестело солнце, да так ярко, что освещало все вокруг,
как небесное светило в ясный день. В центре избушки стоял каменный стол.
За ним сидели семь оцепеневших персон, покрытых толстым слоем пыли, а
один трон пустовал.
— Да тут все сказочные герои! — радостно воскликнул Левий в голове
у друга, — мы попали на важный пир, — и подмигнул пушистому.
Но четвероногий радости не разделял. Он видел много странных
существ, которым названия еще не подобрал, но Кощея Бессмертного и
дракона узнал моментально. «Где же Баба-яга?» — этот вопрос не давал ему
покоя. Пес озадаченно обнюхивал углы, пытаясь понять, как в такой
маленькой на вид избушке поместились все эти каменные великаны,
сидящие за столом. И вообще тут было не тесно, идешь, идешь и есть куда
идти. Извилины Барбоса усиленно работали, а разум отказывался верить
глазам. Его размышления прервал странный хруст суставов, как будто
исполин выпрямил затекшую от сиденья ногу. Барбос с осторожностью
посмотрел на стол и понял, что и без легендарной хозяйки есть кому их в
печь посадить. Все каменные чудовища стали оживать. Пушистый смиренно
опустил мордочку и поплелся к Левию, сидевшему на некогда пустующем
троне.
Мальчик оказался за столом случайно. Стоит стул, почему с дороги не
присесть? Но как только он опустил тело на камень, то все сидящие в зале
стали оживать. А посередине стола засиял огненный шар с баскетбольный
мяч. Левий оглядел сообщество и решил, что лишний на этом собрании. Но
как только он сделал движение, чтобы покинуть помещение, чья-то
костлявая рука упала на плечо и больно сжала. Мальчик осторожно поднял
голову и увидел Кощея в черном капюшоне, в его темных глазницах
поблескивали красные зрачки.
— Куда это ты собрался? Или 270 миллионов лет еще малый срок для
ожидания человека? — глухим, тихим голосом спросил Бессмертный.
Последнее слово он произнес как-то с ехидством.
Барбос сидел у трона друга по стойке «смирно», и все его мышцы были
напряжены до предела. Он даже не гавкнул на невежу в защиту человека.
Мало того, у него мысли такой не возникло. Левий посмотрел озадаченно на
пса и жестом показал Кощею, что остается.
За длинным столом сидели: Ван — волосатый медведь, как Чубакка из
«Звездных войн»; Кощей сидел по правую руку от мальчика. По левую руку
от человека сидел гигант атлетического телосложения с красной кожей.
«Атлант», — прозвучало в голове у Левия. В дальнем конце стола сидел
дракон — мощное двухтонное тело из русских сказок, только с одной
головой. Эльф — высокое гибкое тело, светлые волосы и ярко-голубые глаза.
Около эльфа на высоком троне сидела худощавая фигура в зеленом
балахоне с золотыми лентами. А из глубокого капюшона сверкали большие
зеленые глаза на маленьком аккуратном личике.
—Четырехпалый, — прозвучал ласковый голос в мозгу у Левия.
И напротив этой загадочной особы с тонкими пальчиками сидел гном.
А как же без него? Где какая вечеринка, там всегда есть гном.
Вот в такой компании очутились мои друзья.
В голове у Левия и Барбоса сменялись картины, из которых они поняли,
что за столом сидят все представители разумных цивилизаций, когда-либо
живших на Земле. Каждая раса сменяет друг друга. И вот пришла очередь
человека. По традиции все разумные собираются на Священное застолье,
чтобы обсудить прежние и будущие события. А чтобы все было честно и без
недоразумений, наблюдает за съездом представитель цивилизации
плазмоидов. Они всегда беспристрастны и верны правосудию вечности. Они
же и переводят слова, а если есть необходимость, то и мысли всех
присутствующих друг для друга.
Однако последние 270 миллионов лет назад что-то пошло не так, и
человек, очередной представитель разумного вида, почему-то не пришел. По
вселенскому закону собор обязан быть, и ничто этому помешать не может.
От долгого ожидания живые окаменели, а плазмоид потух, но зорко следил
за всеми предписаниями Великого совета. Все сидевшие очень внимательно
смотрели на огненный шар. Левий с Барбосом пытались разглядеть, что их
так привлекло, но кроме переливающихся красок радужного цвета так
ничего и не увидели.
Первым нарушил тишину Ван:
— Из информации от плазмоида, который нам показал новости за
последние миллионы лет, мы узнали, что Адам не известил своих потомков о
причине нарушения им традиции. Поэтому вопрос о мотиве неприбытия
человека в назначенный день считаю неактуальным.
Все кивнули в знак подтверждения, и Левий с Барбосом тоже.
Чубакка продолжил:
— Человек, ты правил на Земле все эти долгие века. Ты достойный
хозяин на этой планете? Земля довольна твоим управлением?
Левий испуганно обвел всех взглядом и показал вопросительным
жестом: «Вы меня спрашиваете?» Кощей внимательно посмотрел ему в глаза
и показал своим тощим пальцем в сторону Барбоса: «Если хочешь, он
ответит».
Левия почему-то задел этот жест. Он собрался, перекрестился, как
учила его бабушка, набрал воздух в легкие и уверенно ответил.
— Да, мы были и есть достойные! Мы любим Землю и благодарны ей
за то, что она нас кормит. Мы тушим пожары, которые уничтожают леса. Мы
защищаем животных, — посмотрел на Барбоса, — и дружим с ними.
От этого заявления у эльфа упала из уха серьга, и он стал ловить ее по
столу. У дракона округлились глаза, приоткрылась огромная пасть, из
которой «повалил» дым, а рядом с ним сидящий гном как-то нервно стал
юлить на стуле. Раздался громкий голос Вана:
— Ты уверен в своих словах, человече?!
Левий обвел взглядом всех сидящих, и уверенность стала его покидать.
Плазмоид повернулся к ребятам, раскрыл свои огненные крылья и, как на
экране в 3D, показал фильм о деятельности человека: убийство слонов из-за
их бивней, а после гниение их туш, нефтяные пятна в океане, горы мусора и
зловонные канализационные сливы в воды рек.
Барбосу от увиденного стало не по себе, и он от стыда закрыл
мордочку лапкой. А Левий искал слова в защиту своего вида, но именно в
этот день красноречие его покинуло, поэтому мальчик решил помолчать.
— Ты что, язык проглотил? — не удержался от сарказма гном, — или
«венец творения» не ожидал услышать правду о себе? — и зло хихикнул,
глядя на мальчика.
У Левия возникло желание громко стукнуть по столу и покинуть этот
негостеприимный дом, но он сдержался. Рядом сидящий краснокожий
гигант сочувственно посмотрел на представителя рода человеческого.
Раздался бас Вана:
— Почему ты, человече, молчишь, когда надо говорить? Опускаешь
голову, когда надо защищаться? Думаешь как раб, когда ты рожден
господином?
У Левия панически забегали глаза. По-видимому, он действительно
проглотил язык, поэтому, кроме глупого мычания, ничего не смог выдавить.
А Ван продолжал:
— Почему ты, смертный, спишь, когда надо бежать? Играешь в игры,
когда надо читать? Слушаешь глупца, когда надо думать?
Левий даже не стал сопротивляться, он молча рассматривал рисунок на
столе. Рядом зашевелился Барбос: «Пора сматываться, точно сожрут, сначала
помучают, а потом сожрут».
Кощей наклонился к пушистому, погладил по шерстке костлявой
кистью, и от этого прикосновения мысли пса притихли. Лишь спокойное,
тихое дыхание напоминало о его присутствии.
А Чубакка не останавливался:
— Почему ты, человече, топчешь, когда надо благодарить? Высоко
держишь голову, когда неплохо бы ее приклонить? Позоришь себя злобой,
когда достаточно помолиться?
Левий с отчаянием опустил голову на руки. И столько боли было у него
на душе, что чувствительный дракон не сдержался и вступил в защиту:
— Ну что вы так безжалостны! Он же совсем еще ребенок! Раскройте
свои сердца!
— Кто явился, тот и в ответе, — протараторил гном, — раз у великого в
кавычках, — изобразил пренебрежительную гримасу, — не хватило смелости
явиться, пусть его дети расплачиваются.
Дракон открыл пасть, чтобы ответить своему злобному соседу. Но тут
прогремел стук кулака Чубакки по столу. От этого удара домик немного
пошатнулся, поднялся на своих куриных ножках, покрутился и уселся в
привычном для него положении.
— А знаешь, человече, — зашевелился четырехпалый в зеленом
балахоне, — если бы ты усмирил гордыню и пришел бы на это Священное
застолье, то потопа, разделения языков можно было бы избежать.
Левий посмотрел в глаза этой таинственной персоне и в глубине
цветущей зелени увидел кроны деревьев, порхающих бабочек, мерцание
росы на траве.
— И жили бы вы, люди, достойно свои 900 лет, — подытожил
зеленоглазый.
— Да с кем ты разговариваешь? — не сдержался гном. — Он и через
миллионы лет с помощником пришел, — и кинул презрительный взгляд на
Барбоса. — Без сопровождения ноги трясутся? Или ума не хватает для
достойного пути? — и спрятал ухмылку в бороде.
— Это мой друг! — крикнул Левий, чтобы все его услышали. Огненный
шар, подлетел к мальчику, изобразил картину, из которой было ясно, что
эмоции нежелательны. Он все для всех переводит без изменений.
— Я считаю, что человек достоин быть хозяином планеты до окончания
своего срока, — уверенно произнес краснокожий гигант.
Гном подавился своей слюной и закашлялся.
— Они хоть и глупы, но с горячим сердцем! Я поддерживаю атланта, —
протрубил дракон.
— Мы все тут не без греха и не идеальны. Я голосую «за», — добавил
эльф.
Ван вопросительным взглядом обвел всех сидящих в избушке.
— Есть тут тот, кто хочет сказать, но молчит? — прогремел его бас.
— Есть, — поднял руку гном, — но я помолчу. Чубакка бросил грозный
взор на выскочку, отчего тот покраснел. И этого смущения не смогла скрыть
даже его борода с экзотическими косичками.
— Человек не так уж глуп, — зашелестел четырехпалый из капюшона,
— раз пришел с помощником. Он не так уж труслив, раз до сих пор сидит с
нами. И не настолько горделив, раз до сих пор не ударил по столу. — Поднял
вверх свой тонкий пальчик, похожий на веточку: — Я дам человеку шанс
осознать свою разумность на Земле и значимость для вечности.
Кощей нервно постучал по столу. Пристально посмотрел на Левия,
потом на Барбоса.
— Все решено, я правильно понимаю, я свободен? — обратился он к
Вану.
— Большинство отдало свой голос за человека, — ответил ведущий, —
поэтому он будет творить на Земле весь отпущенный для него срок. Всех
благодарю за исполнение договора на Священном застолье! — встал и
важной походкой покинул домик.
После все последовали его примеру, только четырехпалый остался с
ребятами. Он подождал, пока все покинут помещение, и подплыл к
мальчику. И это не шутка, его ноги скользили по полу, не делая шаги.
Протянул к победителю свою тоненькую ветвистую ручку. В его крохотной
ладошке сиял ярко-красный камень в форме сердца. И таинственным тоном
в голове у Левия произнес: «Ты единственный из нас, кто может соединить
разум с добротой, а силу с невинностью». Глаза этой мудрой персоны
светились добротой, в которой отражалась Вселенная. Он нежно погладил
Барбоса и растворился в воздухе.
Четвероногий посмотрел на друга, убедился в его здравом рассудке и
крикнул:
— Нам пора! Мы опаздываем на обед!
Левий встряхнул головой, протер глаза, убедился в реальности
недавних событий, и они покинули Священное застолье.
Друзья молча шли по сосновому лесу каждый со своими мыслями.
Первым прервал тишину Левий, обращаясь к спутнику:
— Спасибо, Барбос, за помощь, без тебя я бы там погиб! — и с
благодарностью на него посмотрел.
— Ты что, человече, — с улыбкой произнес пушистый, — я исполнял
свой священный договор, который мы заключили с твоими предками, —
«Любить и защищать человека!».
— Это тебе плазмоид показал? — поинтересовался Левий.
— Угу, — подтвердил четвероногий.
И они весело пошли по дороге, не пытая друг друга вопросами.
Вот после этого приключения в Китае ребята перестали мне
рассказывать свои истории. Поэтому я поищу других рассказчиков, чтобы
открывать вам двери в неведанный, но реальный мир.
С любовью к вам, мои любознательные читатели.
Мила
Загрузка...
5 месяцев назад
#
Плач Тевтата
«И познаете истину, и истина
Сделает вас свободными»
Евангелие от Иоанна.

Здравствуйте, мои дорогие читатели!
Сегодня я хочу рассказать историю о мире Шамаш и о сказании
сфинкса Тевтата. Из моих предыдущих сказок вы, конечно, помните, что
Левий и его пес Барбос общаются с помощью мысли и живут в славном
городе Ростове-на-Дону. После последних приключений на планете Мара в
их жизни ничего особенного не происходило. Левий закончил первый класс
и был на каникулах. Барбос много гулял, смотрел мультфильмы и втайне
мечтал о новых волшебных событиях. Когда чего-то очень хочешь, то это
обязательно случается. Ангелы на небе — существа добрые и всегда
откликаются на шепот молитв. И для Барбоса этот долгожданный день
настал. Небо откликнулось на его желание.
Напомню, что Ростов-на-Дону стоит на реке Дон, а по соседству
находится остров в форме чаши, который называют Зеленый. Этот клочок
земли пользуется особенной славой среди горожан. На левой стороне
острова расположены детские лагеря и базы отдыха, но правая… Правая
сторона острова пахнет магией, и как ни пытались ее люди обжить, ничего не
получалось: как будто сам дух Зеленого решил эту часть земли человечеству
не отдавать. Поговаривали, что по ночам ведьмы и колдуны там устраивают
свои священные ритуалы. Леший и кикиморы там танцуют у костра. А кто-то
даже слышал пение русалок.
Все эти истории разжигали любопытство Левия и Барбоса, и они
решили лично обследовать легендарный остров. Пройдя через понтонный
мост, что соединяет материк с Зеленым, они пошли по центральной
асфальтированной дороге, повернули направо и оказались в дремучем лесу.
Стволы деревьев имели причудливые формы, а окаменевшие корни, как
змеи, извивались у ног ребят. Состояние было тревожное.
— Может, пойдем погуляем по левой стороне, — предложил Барбос.
— Ты что, испугался? — улыбнулся Левий.
— Там хоть живой душой пахнет, а тут взгляд чувствую, а никого не
вижу.
При этих словах у пса по всей коже побежали мурашки, и он потряс
своей шкурой, как будто это поможет сбросить чужое внимание. Но человек
был абсолютно спокоен и никакого особенного напряжения от «невидимых
хозяев» не ощущал.
— Не переживай, сейчас мы выйдем к реке, искупаемся и погуляем по
другой стороне, — игриво подмигнул другу.
Но четвероногого это совсем не успокоило, а наоборот, он
остановился, а его шерсть встала дыбом, как у испуганной кошки, только что
не зафырчал. Левий проследил за взглядом друга, в котором читался ужас.
На них надвигался густой туман, да так быстро, будто опаздывал на
долгожданную встречу с ребятами.
— Барбос, успокойся, — утешал мальчик, — ну, бежит к нам туман,
такое возле воды бывает.
Белая мгла быстро настигала путников, но они тоже продолжали свой
ход по окаменевшим корням деревьев, а ветви цеплялись за их тела.
Пробираясь сквозь непроглядную дымку, ребята потеряли друг друга из
виду.
— Барбос! — крикнул Левий.
— Левий! — раздался ответ друга как будто из облаков.
Осмыслить это странное блуждание звука школьник не успел, потому
что вышел на зеленую поляну с подстриженной, как на ухоженном газоне,
травой. Рядом стоял пес с выражением недоумения на симпатичной
мордочке. Где-то рядом журчала река, и они направились к воде. Подойдя к
источнику шума, оба поняли, что это не Дон-батюшка. Речушка была уже,;
мельче и явно моложе.
— Мы попали в детство Дона? — медленно проговорил задумчивый
Барбос.
— Пойдем, осмотримся, — не ответив на вопрос, предложил мальчик.
И они пошли по газону, безжалостно сминая подстриженную траву.
Вышли путники к дубовой роще в форме полукруга. Ствол к стволу, крона к
кроне — как верные смотровые, защищавшие от ворога. А охраняли эти
зеленые стражники богатый пир.
На красивой поляне, благоухающей цветами и травами, стоял
длинный, как анаконда, стол, накрытый белой, вышитой золотом скатертью.
На стульях с высокими спинками сидели веселые, общительные люди, с
аппетитом поедавшие кушанья. В их трапезу входили: запеченные гуси,
тушеная утка, икра черная, икра красная, всевозможные экзотические овощи
и фрукты. А рядом на круглом столе стоял огромный торт, политый
шоколадом и украшенный мимозами из мороженого.
Барбос облизнулся и, забыв об осторожности, засеменил к пирующим.
Левий, не почувствовав опасности, пошел за другом. Пушистый медленно
прошел по всей поляне, убедившись в доброжелательности людей, сел на
пустой стул в начале стола, приглашая Левия на трон рядом. Публика за
столом сидела в основном зрелого и пожилого возраста. Ловко ухаживали за
гостями официанты, быстро и своевременно меняли грязные тарелки и
подавали новые блюда, аппетитно пахнущие. Развлекали народ жонглеры,
укротители огня, фокусники, которые тут же на поляне показывали свои
трюки. Все были веселы, улыбчивы. Селение явно отмечало какой-то
праздник. Но вот какой?
Левий с доброжелательной улыбкой повернулся к соседу, чтобы задать
ему этот вопрос. Но, когда он увидел рядом сидящего, то его глаза широко
открылись от удивления, и он чуть не упал со стула. Вопрос застрял от страха
в горле. Конфуз был очень неприятный. Левий ощутил себя невоспитанным,
балованным мальчишкой, и это привело его в бешенство.
— Барбос! Ты специально выбрал этот стул для меня, чтобы я от ужаса
побежал искать дорогу домой? — с гневом прокричал Левий в голове у
друга.
— Все люди обыкновенные, ничем не отличаются от землян, я увидел
свободные стулья и присел без опаски, — оправдывался четвероногий.
А испугало бывалого искателя приключений очень странное существо,
сидящее во главе стола на золотом троне с алмазами. Предводитель
праздника был в черном плаще. Из капюшона сверкали глаза ярко-красного
цвета. Этот человек был необычайно худ, прямо скелет, обтянутый кожей, а
на тощей костлявой кисти горел перстень с огромным красным рубином.
— Интересно, а что делают в человеческом обществе мифические
существа, которые как будто и людей-то не замечают, ведут себя как-то
отстраненно? Барбос, держи ухо востро, что-то мне это не очень нравится! —
осторожничал Левий.
Но пушистый чувствовал себя очень умиротворенно и с аппетитом
уплетал кушанья.
— Да ладно тебе, посмотри на ситуацию под другим углом, попробуй
лучше вот эту сладкую косточку, — и пес неприлично чавкнул за столом.
Левий с умилением посмотрел на друга, улыбнулся и перевел взгляд
на соседа напротив. Это был сфинкс: голова мальчика, тело льва.
Легендарная особа, вселяющая доверие. Но вот существо по правую руку
вызывало тревогу, от которой мальчик никак не мог избавиться.
Барбос почувствовал страх друга:
— Да ладно тебе, не переживай, ты что сказки не читал, это же Кощей
Бессмертный, он дев похищает, так что нам он не опасен. — И пес лизнул
носик мальчика в знак их дружбы.
Мальчика развеселило это сравнение.
— А ты прав — похож, давай послушаем разговор за пиршеством, я
уверен, мы услышим много любопытного, — телепортировал Левий.
Пес расправил уши локаторами и сосредоточился на разговоре двух
пожилых кумушек за столом.
— Как ты сегодня спала, дорогая?
— Как младенец! Слуга Амата дал мне целебное зелье, и кашель не
тревожил меня всю ночь. Представляешь?!
— О! Как Амат добр к нам!
И хором, чуть повысив голос: «Слава Амату!», и выразительно обе
посмотрели на черный плащ.
Существо с внешностью Кощея взглянуло на женщин и кивнуло.
— О, у Бессмертного есть имя — Амат, и он явно здесь в почете, — со
смешком в мыслеформах прозвучал Барбос в голове у друга.
— Это радует! Люди любят, значит, он — хороший, — ответил Левий.
И тут Амат заговорил, обращаясь к сфинксу:
—Будь как дома, Тевтат, кушай угощения, вдыхай свежесть воздуха,
радуйся жизни!
Мальчик с телом льва и так был явно не в духе, а после этих слов туча
опустилась на лик его.
— Зачем ты это делаешь, Амат? — справившись с печалью, спросил
Тевтат — так звали сфинкса.
— Я хочу, чтобы ты осознал свое поражение. Это мои подданные. Да,
мои! Они меня славят, хвалебные оды слагают. Я их король!
— Ты одурманил их своим зельем, ты обманул их!
Череп с красными глазами, повернулся в сторону говорящего, зыркнул
испепеляющим взглядом, поднял костлявый указательный палец с горящим
перстнем и подвигал им из стороны в сторону, что явно обозначало — не
смей. А для ясности добавил:
— Они счастливы! Они живут в зелени и в богатстве! Радуются каждому
дню, потому что, завтра может и не быть».
— Их жизнь измеряется тысячелетиями. Они должны сиять в вечности!
Это ты привез им смерть и старость! Зачем? — спросил возмущенный
сфинкс.
— Все в нашем мире меняется, — невозмутимо ответил Амат, — им не
нужны твои вечные истины. Их желанья — это вкусно поесть, весело
провести время и без хвори прожить до следующего дня. Это человеческая
сущность!
Тевтат замешкался, он не знал, что на это ответить.
А тем временем в подтверждение речи Кощея между собой за столом
заговорили мужчины.
— Ты не представляешь, какое я вчера получил удовольствие, играя с
сыном в баскетбол. Я так легко и с задором попадал в кольцо с сеткой на
зависть своему чаду, — и закатил глаза, что говорило о приятных ощущениях.
— А как же твои суставы, кости. Как ты вообще проснулся живым?! —
удивился собеседник с лысиной на голове.
— Я купил у вельможи Амата целебную мазь, и теперь мои суставы как
у младенца.
Мужчины хитро друг другу улыбнулись и во всем их внешнем виде
читалось: «Мы счастливы! Мы успешны!»
— Они в моей власти, — продолжил красноглазый, — и ты мне не
помеха, поэтому я и принял тебя со всеми почестями. Ты хоть и выпил из
моего кувшина, но старость не имеет власти над тобой. Истина в тебе, а не во
вне. Но они все — иные.
В этот момент на поляне приземлился летательный аппарат в форме
банана. Люди оживились, покинули стол. Клоуны убрали смешную рожицу и
стали собой. Музыка затихла, фокусники с любопытством осматривали
корабль. Некоторые селяне зашли в банан, а те, что остались, бурно что-то
обсуждали.
— Я все понял, — прогремел Тевтат и царственной походкой
направился к кораблю.
— Умей проигрывать! — крикнул вдогонку Амат.
Левий с Барбосом встали и пошли рядом со сфинксом, хоть и не
королевской поступью, но тоже гордо, высоко подняв голову. Они зашли на
аппарат, тот бесшумно поднялся и поплыл по воздушному пространству.
Приземлился их корабль в пустыне у оазиса. Все вышли и шумно
направились к поселению, лишь Тевтат пошел в иную сторону. Ребята
последовали за ним. Некоторое время они шли в полной тишине, каждый
был занят своими мыслями. Но Барбоса утомила эта монотонная ходьба по
сыпучему песку с молчаливыми путниками.
— Я очень извиняюсь, что прерываю ваши размышления, но меня
интересует вопрос: «Куда мы идем?» — обратился пес к сфинксу.
— Я направляюсь в свой дворец, а куда вы держите путь, я не ведаю.
Левий подмигнул другу в благодарность за начало разговора и
продолжил общение:
— Меня зовут Левий, а это Барбос, мы случайно оказались на
пиршестве и слышали ваш разговор с Аматом, но ничего не поняли.
— Вы из другого мира? — и в глазах Тевтата появилась искра.
— Да, а как ты догадался, — удивился мальчик.
— Это легко, вы несете в себе другую информацию, отличающуюся от
информации жителей этого мира.
Левий обрадовался, что не надо долго и путано объяснять, кто они и
откуда, и задал главный вопрос:
— В честь чего было торжество?
— Торжество… — тихо и медленно промолвил Тевтат и начал свой
рассказ.
— Вы были свидетелями великого плача Тевтата, вы стали свидетелями
краха мира Шамаш. Я сын царицы Шамаш и сфинкса из созвездия Льва. Мой
отец дал мудрость и знание этому мирозданию. Построил города, замки и
дал моральный кодекс жителям. Когда я вырос, он отдал мне в наследие
Шамаш, открыл для меня врата истины и воцарил меня на трон. А сам с моей
мамой улетел на Родину, — задумался, посмотрел на небо и продолжил. —
Все живые существа, населявшие нашу планету, живут тысячелетия. Когда
душа воплощается в нашем мире, она помнит цель рождения, помнит, что
должна сделать для мира или людей. Поэтому обычно проходят сотни или
тысячи лет, пока дух не получит достаточно знаний и опыта для
осуществления своей миссии.
— Вот это да, — присвистнул Барбос, — жить тысячу лет! — его зрачки
стали двигаться по кругу, что говорило о высочайшем изумлении.
— Да, — продолжил Тевтат, — и при этом их тела молоды и здоровы.
— Но я видел во время застолья много пожилых и стареющих людей,
— возразил мальчик.
— Так было не всегда, — с печалью продолжил сфинкс. — Однажды на
юге моей планеты приземлился корабль Амата. Он изучил поведение
населения, особенности психики и решил их поработить. Амат создал
порошок, который при добавлении в воду превращается в яд. Эта отрава не
убивает людей, нет, она делает человека слабым, внушаемым, и главное,
они забывают свои замыслы, которые имели при рождении.
— Отравил мозг людей, — проскулил Барбос.
— Амат — изгой из созвездия Волопаса, его выгнали без права
возврата. Вот и пытается он покорить всю планету, чтобы слава о нем и до
его системы дошла. Как будто он кричит своим обидчикам: «Я выжил и
процветаю! Амат непобедим! В Амате сила, разум, мощь!»
— Так все это ради славы? — оторопел Левий.
Сфинкс внимательно посмотрел на мальчика и продолжил:
— Амат властолюбив, любит роскошь и поклонение. Когда страдает от
боли любимый человек, то любой готов отдать все свое золото лекарю.
— В нашем мире тоже есть старость и болезни, но врачи не пользуются
особой славой, — возразил мальчик.
— Но не они же создали болезнь?! Не они же управляют старостью?!
Ваши медики лишь изучают то, что создано иными. Они так же болеют,
стареют и сидят в одной лодке с вами в вашем мировом океане
заблуждений. А Амат вечен, он тот, кто излечит, он тот, кто все знает о своем
порождении.
— Но почему ты не расскажешь все это своим подданным? — не
унимался Левий.
— Кому?! — пробасил сфинкс. — Если живое существо забыло себя,
забыло свое предназначение, то мироздание теряет к нему интерес.
Человек, выпивший отравленной воды, думает только о выживании, а истина
для него сложна. У них у всех больное сознание, а не тела. Амат их лечит не
бальзамами и мазями, которые они воспевают, а влиянием на мозг.
Тоска сфинкса куда-то улетучилась, глаза у него вспыхнули огнем гнева,
и он продолжал:
— Когда я узнал о новом царе, который отравил все реки на юге
Шамаш, то отправил посла с ультиматумом. Но вернулся мой представитель
очень странный. Он мне долго рассказывал о дядюшке, что живет в тех
землях, о том, что жизнь коротка, и том, что он желает вернуться в отчий дом
на покой. Я был в шоке от этого бреда, но его разум был мне не подвластен.
Пришлось осушить все реки на оставшейся территории, что была еще в моей
власти, чтобы его зараза не проникла в дом моих вассалов. Вы видите?! — и
еще громче: — Вы видите?! Мы идем по пустыне, но и это не помогло!
Оказалось, что это сумасшествие передается от человека к человеку, потому
что в теле очень много жидкости. Общение с тем, кто верит в старость,
равносильно глотку отравленной воды.
— На твоем самолете было много людей с юга, — как-то с грустью
произнес Левий.
— Да, я лишил север величия и красоты. Люди живут в оазисах,
которые цветут, но орошаются они подземными водами. Многие имеют
родственников на юге, которых они любят, я не могу запретить им общаться.
Да и зачем им вечность без любви… — сфинкс посмотрел под ноги, взял
горсть песка в лапу и подкинул ее ввысь. — Это я сделал Шамаш больной и
сухой и не уберег ее народ от бессмысленной, скоротечной жизни, которую
отмеряет им Амат.
Мальчик с телом льва остановился, и Левий с Барбосом тоже.
— Что ты будешь делать, Тевтат? — поинтересовался Левий.
— Я полечу в созвездие Льва к маме. Я задам вопрос отцу: «Как
победить старость?»
— А если он не знает ответа? Если это загадка для сфинксов? — с
испугом произнес Левий.
— Я буду сам искать разгадку. Я буду изучать древнюю мудрость, я
расспрошу всех мыслителей Вселенной. Я буду постигать, сопоставлять и
найду решение. Это станет моим предназначением! — Тевтат задумался, а
после добавил: — Мои подданные вспомнят, что каждый человек — это
зерно вечности, что разумное создание само отмеряет себе жизнь. Я обещаю
вам это!
Левий подошел к сфинксу и обнял его.
— Я знаю, я знаю, что ты вернешься победителем! Ты не оставишь свой
народ!
На густых ресницах Тевтата появилась слеза. Он позвал Барбоса, и они
втроем закружились в танце жизни, освобождаясь от печалей и забот, от
горестей и невзгод. Друзья так захороводились по кругу, что у Левия
потемнело в глазах. Когда мальчик очнулся, то понял, что идет по лесу,
пробираясь сквозь густой туман.
— Барбос! — позвал он друга.
— Левий! — как будто из облаков услышал он голос пса.
Через несколько минут белая дымка рассеялась, и мальчик увидел, что
стоит у центральной дороги, которая ведет к понтонному мосту, а пушистый
друг с радостью и вприпрыжку бегает вокруг его ног.
— Барбос, хватит, ну хватит, мы дома.
— Какая радость! — довольно прокричал четвероногий. — Я дома, как
все прекрасно! Мы живы и здоровы! Я благодарен небесам!
Но Левий веселье друга не разделял, он посмотрел на виляющий
хвостик пса и задумчиво произнес:
— А может, мы тоже зерна вечности, может быть, старость — это
дурман?
Пушистый остановился, загадочно посмотрел на друга и с
таинственностью в голосе прошептал:
— Если мы хотим узнать истину, нам надо лететь в созвездие Льва.
Глаза Левия вспыхнули огнем разума:
— Ты прав! Нам надо посетить сфинкса, мы должны задать этот вопрос
ему!
— Ну вот, мы и нашли свое предназначение, — добавил мудрый пес.
Левий с радостью в глазах посмотрел на друга, улыбнулся и звонко
запел:
Вместе весело шагать по просторам,
По просторам, по просторам!
И, конечно, припевать лучше хором,
Лучше хором! Лучше хором!
Вот такие приключения произошли с нашими героями на таинственном
острове Зеленом.
Загрузка...
5 месяцев назад
#
Сон в вечности
Когда Сфинкс расхохочется, мир содрогнется.
Мудрость египетских жрецов

Здравствуйте, мои дорогие читатели!
Сегодня я расскажу историю о поездке Левия и Барбоса в Геленджик и
о сказании Берегини.
Все мы помним, что Левий и его друг пес Барбос общаются с помощью
мысли. Очень удобно, я хочу сказать — губами шевелить не надо и
подслушивающих мало. Ну, а теперь усаживайтесь поудобнее и слушайте
сказку о приключении ребят на планете Мара.
Тетя Левия жила в прекрасном городе на берегу Черного моря, и вот
однажды она пригласила ребят в гости.
— Хорошее предложение, и мы его принимаем, — последовал ответ
племянника.
Сбор чемодана, ночь в дороге — и вот они уже у калитки тети Лиды.
Родственница была с розовыми щеками, добродушной улыбкой, и ей
постоянно хотелось кого-нибудь накормить. Стол ломился от яств: айвовое
варенье, пирожки с мясом, торты, печенье и вареники. Тетя ставила все это
на стол, смотрела на то, как они все это ели, и с довольным видом вытирала
руки о фартук.
— Кушайте мои дорогие, кушайте, тетя еще приготовит, тетя еще
испечет, — и пошла плавной походкой к печке.
— Барбос, я, конечно, очень люблю тетю, но я уже не могу есть, —
транслировал друг в голове.
— А мне тут нравится. Еда, море, воздух — я в восторге! — ответил пес,
улыбаясь сытыми и довольными глазами.
Левия это не радовало. Он встал и быстрыми шагами направился к
печке.
— Тетя Лида, мы на Грозовые ворота! — уверенно и твердо крикнул
Левий.
Барбос чуть не поперхнулся от такой наглости.
— Солнышко ясное, какие ворота, вы же совсем ничего не кушали, — с
растерянностью произнесла хозяйка, перебирая кухонное полотенце в руках.
Но мальчик, не теряя времени, схватил друга за шиворот и быстро
направился к выходу.
— Тетя Лида, мы скоро придем, погуляем немного, а потом доедим.
— Ну ладно, — опомнилась женщина, — идите, аппетит нагуляете, а я
пирог с ежевикой испеку.
Левий уже не оглядывался, шел быстрым шагом и Барбоса подгонял.
— Э-э… ты что? — возмущался недовольный пушистый друг. — Какая
муха тебя укусила?
Не получив ответа, Барбос стал негодовать:
— Какая гостеприимная тетя! Всем тетям тетя. А какие пирожки,
ватрушки, а аромат баранины с мятой, ты его чувствовал? Безжалостный,
черствый человек.
— Да ладно тебе, не возмущайся. Мы что — на булочки да на баранину
приехали? Не в желудке счастье, Барбос!
Пес опешил от такого глупого заявления, но промолчал и покорно
продолжал идти рядом. «Что спорить с этим двуногим дикарем», —
рассудил четвероногий.
А тем временем они ушли далеко от дома и уже оказались у древних
развалин.
Пес принюхался: «На кухне мне запах больше нравился».
Вскоре его внимание привлек шар, висевший в воздухе и
переливающийся красным цветом. Барбосу очень хотелось гавкать, но
внутри все оцепенело от страха, и язык онемел.
— Замри, это шаровая молния, она видит тех, кто двигается, —
мысленно передал Левий.
— Да я моргнуть не могу, не то что двинуться.
Красный шар очень уверенно себя чувствовал, подлетел к мальчику,
заглянул ему в глаза, после полетел к собаке.
— Он жертву выискивает, кого проглотить, — сделал вывод
четвероногий.
— Опять ты о еде, это не вовремя!
— В этом мире все о еде думают, и это всегда вовремя.
А тем временем огненная гостья облетела Барбоса и быстро
направилась к Левию.
— Я не в ее вкусе, — заключил пес и с громким лаем побежал за
незнакомкой.
— Барбос, остановись, она убьет тебя!
Но друг ничего не слышал, он защищал человека.
— Лети ко мне, круглая жуть, давай вдвоем поиграем! — кричал пес.
И молния его услышала. То к носу подлетит, то к уху, то резко влево
повернет, то вправо. И со стороны это выглядело и забавно, и в то же время
странно. Барбос бежал за воздушной попрыгуньей, а Левий за Барбосом, и
это состязание привело их к разваленным воротам. Небесная странница
быстро влетела в них, и в проеме образовалась огненно-красная дверь. Она
горела, дышала и звала. Левий потерял все мысли от неожиданности, а
четвероногий остановился, но принюхаться не успел. Огонь рос, клубился, и
огромный рукав пламени захватил пушистого, а затем мальчика. И они
исчезли из нашего мира.
Очнулись ребята на чудной планете, на которой жили герои из наших
легенд и сказок. Тут с деловым видом ходили люди с головой быка —
минотавры, одноглазые циклопы. Левия заинтересовали люди с кожей
серого цвета, которые передвигались группами, а Барбос заметил
оживленную беседу дракона с огромным соколом. И все это было похоже на
загадочный сон, но это была реальность.
Мальчик посмотрел на друга, тот прекрасно себя чувствовал.
Честно говоря, на них никто не обращал внимания. Все эти ожившие
персонажи наших сказаний ходили по площади с невозмутимым видом, и их
абсолютно никто не интересовал.
Дорога была вымощена булыжником, здания из камня, кое-где
встречались карликовые растения, которые аккуратно были огорожены
каменными плитами. А над всей площадью возвышались огромные крылья
Грифона. Друзья пошли в центр пространства, чтобы разглядеть носителя. По
дороге встретили гномов с недовольными лицами и лошадей, которые
имели торс и голову человека, — кентавров. Левий глазел по сторонам и
удивлялся, а четвероногий смотрел на все это с недоверием и опаской.
И так, каждый со своими эмоциями, они подошли к памятнику.
— Странное существо: тело льва, а голова орла, — проговорил Барбос.
— Грифон, — заметил Левий.
— Ты его знаешь? — удивился пушистый.
Мальчик посмотрел на друга, постучал кулаком по лбу.
— Из мифов Древней Греции, олицетворение неба и земли, добра и
зла.
— А… — многозначительно отметил пес, хоть ничего и не понял, но
признавать этого не желал.
— Какая прекрасная работа, какой взгляд. Кажется, он сейчас оживет,
Барбос, ты согласен?
— Да, конечно, я впечатлен, но очень хочу осмотреться и понять, куда
мы попали.
Они еще немного полюбовались этим грандиозным монументом и
пошли дальше.
Мир, в котором они оказались, ослепляло очень яркое солнце, и было
невыносимо жарко.
— Странно, нами никто не интересуется, как будто не замечают, я
очень хочу узнать, куда мы попали, но для этого нам надо с кем-то
поговорить.
— Твоя мечта сбылась, — произнес пушистый и остановился около
каменной двери, на которой была вывеска «Добро пожаловать».
Дверь была, но ручки, чтоб ее открыть, не было. Дверь как дверь,
ничего особенного, в центре светилась восьмиугольная звезда. Мальчик
заинтересованно стал ее разглядывать и невольно коснулся рукой. Сильный
шум от трения камня — и они на пороге кафе. Абсолютно все
присутствующие отвлеклись от еды и внимательно их рассматривали.
— Ты что — больной эльф? — крикнул гном, обращаясь к Левию.
— Нет. Это маленький минотавр, но с уродливой головой, — ответил
циклоп и неприятно расхохотался.
— Да нет, это маленький шаддинец, порозовевший от нашего солнца,
— с хохотом продолжил гном.
Левий оробел от такого приема и не знал, как на это реагировать. А
Барбос понял, что пора защищаться и зарычал. И неизвестно, чем бы
закончилась эта сцена, если бы не вмешалась девушка с зеленым оттенком
кожи:
— Полно смеяться, порезвились и хватит, они достойные жители
севера. — Посмотрела на ребят и добавила: — Что вы стоите у порога,
присоединяйтесь к нашему ужину.
Ребята направились по приглашению, а гном с циклопом совсем не
желали становиться серьезными и продолжали громко комментировать рык
Барбоса и взъерошенный вид Левия.
— Успокойтесь, или я вас сейчас превращу в поджаренного поросенка
на блюде для наших гостей, — прикрикнула зеленая защитница.
Циклоп с гномом резко закрыли рты и принялись громко
пережевывать пищу. За столом, куда их пригласили, сидели кентавр, гном и
уже известная нам красавица с экзотическим цветом кожи.
— Меня зовут Херон, — протянул руку кентавр.
— Я Гимли, — кивнул головой гном.
— А я Берегиня, — ласково произнесла девушка.
— Я Левий, а это мой друг Барбос.
— Что вас привело к нам? — с лукавым взглядом спросил Гимли.
— Случай, — развел руками мальчик.
— Случайностей не бывает, — нежно произнесла Берегиня и погладила
Барбоса по голове. — Расскажи нам свою историю, а мы поделимся своей.
Левий вопросительно посмотрел на Барбоса и тот кивнул:
«Рассказывай!» Мальчик немного поведал о Черном море, о тете Лиде и
более подробно о Грозовых воротах, о шаровой молнии и о том, как они
попали в этот мир.
— Давно я не слышал занимательные истории. А теперь — правду! —
рявкнул Гимли и громко стукнул по столу.
— Гномы явно нас недолюбливают, — произнес друг в голове у
Барбоса.
— Он не врет, — вмешалась Берегиня, — он говорит правду.
Воцарилось молчание.
— Если больше к нам претензий нет, может, расскажете, почему вы
проявили к нам интерес? — произнес Левий.
— Зима, принеси свой фирменный суп и копченую рульку для наших
гостей! — крикнул Хирон хозяину заведения.
— О, мне тут начинает нравиться, — прозвучал Барбос в голове у
Левия.
— Угощайтесь, разговор будет долгим, — Берегиня посмотрела на
довольную мордочку Барбоса и начала рассказ.
— Нашу планету зовут Мара. Сейчас у нее неравномерная температура
поверхности: на юге жарко и сухо, а на севере холодно и сыро. Если на
севере растут еще деревья и кустарники, то на юге растениям выживать
сложно, здесь в почете каждый куст. Но так было не всегда. Много
миллионов лет назад на всей планете был благоприятный климат. На небе
были облака, солнце ласкало, а не жгло. Растительный мир был очень
разнообразный, текли чистые реки, а воздух благоухал свежестью. Мара
была красива, жива и здорова, а правителем был великий Аттис.
— Извини, Берегиня, что перебиваю, но король тот был вылитый
Левий, один в один, — с блеском в глазах вмешался Хирон.
— Да, — продолжала зеленая, — и обладал он могучей силой ума,
воли и тайными знаниями. Знал все обо всем от тех, о ком мы даже не
читали. — от великих мироздателей. Он любил Мару и наш народ, следил за
течением рек, чистотой океанов. Очень любил детей, рассказывал сказки и
прививал умение радоваться, чувствовать, ценить и благодарить. Аттис
стремился всегда быть на Олимпе, всегда быть лучшим, и кто знал, что это
сыграет злую шутку для всего народа. Иногда надо иметь мудрость уступить
и перейти к диалогу. Печально, когда проигрываешь больше, чем
выигрываешь.
У нас есть планета-сосед — Шадда, жители которой люди, похожие на
тебя Левий, но с серым цветом кожи. В те времена народ Шадды считал себя
венцом мироздания, все, что создано во Вселенной, должно принадлежать
ему. Они самая умная раса, и у них должно быть все лучшее. Планетой они
пользовались по максимуму, не жалея и не любя ее, и в итоге Шадда
захворала. Стали лить грязные дожди, земля давала плохой урожай, а в
воздухе появился неприятный запах.
Правил Шаддой царь Шу. Надменный парень был, всегда знал, что
хочет и где это взять. Он развивал познания в области физики, химии и
космотехники. Серые люди путешествовали на далекие планеты и всё знали
о космосе. Мы для них были странные. «Благодарят Солнце, любят планету,
радуются радуге, слушают пение птиц, глупые как дети, — обсуждали они
нас между собой. — Но Мара прекрасна, и жить должны на ней шаддинцы,
мы умнее и более достойны ее даров».
И прочитали эти дурные мысли наши провидцы и донесли их до
Аттиса. Но правителем овладел дух соперничества. Его оскорбили мысли о
глупости народа, а риск потерять дом он не заметил. Аттис предложил Шу
устроить великое противоборство. Пусть каждый мир покажет свои чудеса и
зрелища, а судьи решат, кто важнее и умнее. Шу с радостью принял условия
поединка: «Вот это удача, да он нам по собственной воле, хочет отдать
планету, как умнейшим!»
Собрались величайшие, могущественные и всевидящие, чтобы решить
великий спор, кто более достоин Мары. С нашей стороны вышел строитель.
Горловой звук, движение рук — и построена пирамида. Блок к блоку, стык к
стыку. Каменные плиты плясали в воздухе и как будто сами искали свое
место в этой постройке. Грандиозное строение, которое будет стоять
вечность, а построено под пение мага. Буря аплодисментов!
Народ серых людей не растерялся, и вышел шаддинец с кошкой. Она
мурлыкала, прыгала и играла. Была ласковой и горячей, а если понадобится,
то и мышку может поймать. А была эта гибкая и пушистая особа роботом. Вот
это чудо техники: красива, грациозна, мила и кормить не надо!
С Мары выступил маг воды. Под его шепот вода показывала образ
любого животного по желанию зрителя: дракона, орла, льва. По воле мага
вода оживляла эти видения. А шаддинцы показали перо, которое само
записывает под диктовку на всех языках Вселенной. Но более всего, что
поразило зрителей, это голографический фильм о дальней планете, которая
была неизвестна марийцам. Образы в натуральную величину сменяли друг
друга. Причудливые дома, гигантские растения, фиолетовый закат и три
переходящие друг в друга переливающиеся атмосферы.
Все чувствовали звуки и запахи данного мира, и вообще было
ощущение присутствия, будто сам лично находишься на этой планете, на
этом самом каменном стуле. Это феноменально! Это триумф!
А с нашей стороны вышел сильнейший чародей с яйцом дракона.
Кудесник дунул — яйцо треснуло, движение тела в воздухе — младенец
появился, магические заклинания — кроха расправила крылья, дыхание мага
— взрослый дракон! Мы показали власть над живой природой! Что может
быть более важным?
Но споры не стихали. Каждая сторона считала себя победителем! Аттис
не хотел уступать. Он действительно считал себя чемпионом! А Шу был
иным. Он не собирался никому ничего доказывать. Ему нужна планета — не
в игре, так в войне.
Берегиня прервала рассказ и покачала головой. Хирон развел руками, а
гном скорчил жуткую гримасу, на которой читалось: «Два самодура,
погубившие миры».
Произошла космическая война, в которой Шадда потеряла полностью
атмосферу, а наша Мара наклонилась набок, уклоняясь от губительных лучей
шаддинцев, а подняться не смогла. Так и бегает она по своей орбите под
болезненным уклоном. Произошел дисбаланс в теле Мары: на полюсах
холодно, на экваторе жара, не может она регулировать температуру на теле.
Заболела она.
По лицу Гимли потекла слеза, но он отвернулся и быстро смахнул,
чтобы никто не видел.
— Печально, — трагично пропел Левий.
— У-у-у, — заскулил Барбос.
— Но вы здесь, значит, все можно изменить, — громко произнесла
Берегиня и сделала быстрое движение телом, как будто только проснулась
от долго сна.
— А мы-то тут причем? — неестественно гавкнул пес.
— Аттиса усыпили и замуровали в хрустальной капсуле, которую
положили под ноги Грифона, — продолжала Берегиня.
— А Шу в хрустале на Шадде, под их грифоном, — добавил кентавр.
— Зачем? — удивился Левий.
— Так решил народ двух планет. Они развязали войну. Шадда мертва,
Мара больна, много погибло живых. Чтобы остановить это безумие, пошли
на подобные меры. На нашей планете мир, и никто нам не угрожает,
выжившие шаддинцы живут с нами и горюют о прошлых временах, когда
они имели свой дом. А нам не дает покоя во снах цветущая Мара. Аттис
дремлет в вечности, и только он обладает знаниями, которые вылечат Мару
и оживят Шадду.
— Вот это поворот событий, — с удивлением произнес Барбос.
— Хорошо, — вмешался землянин, — хоть и с трудом, но это я понял,
но мы-то тут при чем?
— Пробуждение! — воскликнул Гном. — По легенде, под Грифоном
великий проснется, когда похожий с хором споется, — и поднял свой
внушительный указательный палец прямо у носа Левия.
— А Берегиня бережет текст для пробуждения Великого, — добавил
Херон и многозначительно посмотрел на зеленую красавицу.
— Все идите к Грифону, — приказным тоном скомандовала Берегиня,
— этот час настал!
А сама телепортировалась домой, на север, поведать о знамении.
Когда мы пришли к монументу, Берегиня и десяток зеленых существ
стояли в белых одеждах и смотрели на хрустальную капсулу. Место
заключения великого было достойно его чину: идеальная обработка
хрусталя, грани которого играли на солнце и переливались во всех красных
оттенках.
— Точь-в-точь, как наша шаровая молния! — воскликнул пес в голове у
друга.
— Да, это он нас привел, он осознал ошибку и искал похожего, —
дополнил мысли Барбоса мальчик.
Берегиня подвела похожего к хрусталю, левую руку положила на
капсулу, правую ему на живот. Запел хор ведающих. Громко и протяжно с
надрывом, казалось, не только спящий, но и умирающий пробудится. Левий
невольно среагировал на пение, все его тело стало пульсировать под темп
этого воя. Обитель начала дышать и трескаться. На гребне высокой ноты —
сильнейший удар молнии, казалось, небо разорвалось. Капсула открылась —
Аттис пробудился!
Левий смотрел ему прямо в глаза.
— Как отражение в зеркале, — подумал он.
Аттис протянул руку спасителю:
— Я искал тебя! Спасибо за приход и пробуждение.
— Ты вернешь здоровье планетам?
— Да, я все исправлю и оживлю Шу, — и весело подмигнул Левию.
И от этого движения глаз Аттиса Левий с Барбосом оказались у
Грозовых ворот в нашем мире.
— Ты это то же видел? — поинтересовался Барбос.
— Шадда, Мара, Берегиня, Аттис…
— Так это не моя фантазия? А что же это было?
— Мы помогли исправить ошибку двух несмышленых горделивых
царей. А мы с тобой герои! — самодовольно уточнил Барбос и весело
завилял хвостом, храбро шагая по дороге. А Левий вспомнил все яркие
моменты их приключения и прошептал:
— А может быть, и в нашем мире в хрустальной капсуле есть спящий!
Загрузка...
5 месяцев назад
#
История народа Лель
Здравствуйте, мои любимые читатели!
Сегодня я расскажу вам познавательную историю о народе Лель и об
их учении.
Левий с Барбосом гуляли по роще, которую заботливо обнимал ручей.
Распустили зеленые косы плакучие ивы. Акации, вязы и тополя шумели
листвой, а щегол пел на ветке шиповника, зазывая подругу погулять. А
ящерица подняла голову, посмотрела на Барбоса — и бежать.
— Беги, ящерка, беги и хвост подбери. Я сегодня общаюсь с
окружающим миром и дышу этим волнующим душу воздухом родного края,
— философствовал Барбос.
Левий посмотрел на друга с милой улыбкой, но промолчал. У него
было прекрасное расположение духа, и эта прогулка доставляла ему
удовольствие.
— Левий, посмотри! — удивленный голос друга прозвучал в голове у
мальчика. — Это, наверное, домик гнома, — приговаривал Барбос и
усиленно откапывал стенку каменного сооружения.
Перед взором Левия оказалось жилище из пяти плит. Четыре стены,
крыша и круглое отверстие в центральной панели. Все это его делало
похожим на скворечник или на будку собаки.
— Странно, — проговорил Левий. — А где хозяин?
— Помоги мне запрыгнуть в эту будку, — прокричал четвероногий,
пытаясь запрыгнуть в «окно» домика.
Левий подсадил друга.
— Извините, я без приглашения, — гавкнул пес.
Мальчик с любопытством наблюдал за действиями Барбоса. Домик
был пуст и стоял на земле, что дало повод другу устроить археологические
раскопки. Он очень быстро перекопал всю землю под крышей жилища.
Левий хотел пролезть в дыру и помочь в исследовании, но круг имел
маленький диаметр, и мальчик боялся, что застрянет, как Винни Пух в норе у
Кролика. Поэтому он наблюдал со стороны и надеялся на чудо.
— Нашел! Нашел! — кричал пес.
— Барбос, выходи! Я сгораю от любопытства! — с восхищением кричал
мальчик.
Пес с радостью выпрыгнул из «скворечника», держа в зубах блестящую
вещицу.
— Может, это клад сороки? — подумал Левий, но тут же прогнал эти
мысли.
— Нет, сороки в землю свои украшения не закапывают, они их в гнезде
на дереве стерегут.
Барбос все это слышал в голове у друга, поэтому успокоился и отдал
мальчику эту находку.
— Надеюсь, что я ее не украл, — с чувством вины проговорил пес.
В руках Левий увидел зеркало. Оно было очень прозрачным, как будто
и не зеркало вовсе. Белый свет в нем закручивался и уносил вглубь
пространства. И чем больше смотрел в него Левий, тем более он чувствовал
неладное. Что-то не так!
— Это не зеркало! Барбос, прыгай мне на плечо! Скорее!
А взор мальчика уже был им не управляем. Его взгляд закручивал
белый туман. Он кружил и кружился! Только белый туман, только белый
вихрь. И не оторваться, и не уйти от этой силы. Стихия, которая с яростью их
захватила, удивительно мягко приземлила на траву. Ребята оказались среди
людей, которые очень внимательно слушали высокого старца. Изумленный
пес оглянулся по сторонам. Они стояли на поляне, вокруг была роща.
Подстриженные кусты, довольные собой деревья, чистые камешки в форме
стула. А вот и еж идет на цыпочках, опрятный и совсем не боязливый. И
тишина вокруг, даже птички не поют. И только голос великана слышен на
Земле. Роста он был огромного, метра три. Одет во все белое. Блондин с
огромными голубыми глазами, длинная борода и посох. Очень похож на
Деда Мороза, только одет по-летнему. Стоял он возле каменного
сооружения, похожего на то, что Левий с Барбосом нашли.
— Высоковат для гнома, — прошептал в голове Барбоса друг.
— Да, я тоже думаю, что ему под этой крышей явно тесновато будет, —
с улыбкой подыграл пушистый.
Слушатели были обычные люди, одеты в белое, так же как и великан,
но ростом как мама и папа Левия. Кто-то сидел на каменном кресле, кто-то
на траве, некоторые стояли, но все с интересом слушали старика.
Левий оглядел всю эту картину, вдохнул запах рощи и сделал вывод:
— Мы не улетали. Мы в прошлом!
— Да, я чувствую запах нашего ручья и запах земли тот же, да и будка
та же, только хозяин имеется. Чистенькая, с цветочками по бокам. А
виноград как красиво ее обвивает, только вот дверей у нее нет, неужели этот
старик запрыгивает в дыру, — размышлял Барбос, представляя, как великан
запрыгивает в маленькое отверстие. — Гав! — рассмеялся пес.
— Тихо, — перебил веселье друга Левий, — раз мы здесь, то это не
случайно, давай послушаем историю, которой так бережно внимает этот
Мир.
И хоть старец с виду был строг и серьезен, но рассказ он вел понятный
и с улыбкой в глазах.
— …и было в том небесном мире весело и игриво, — трубадурил голос
великана. Но маленькому Ванюше грустно, и смотрел он на Землю-красавицу
и мечтал о ней: «Как же она красива, как же она мила. Зеленые травы
колышутся. В деревьях шепчет листва. Грозные океаны. Тихие моря. А
красота заката и восхода! А лунная дорожка, что отражается в волнах! Вот
это ощущение! Вот это моя мечта! Вот где хочу резвиться, играть и
веселиться!» — бил ножками Ванюша по облаку, крича. И услышал его
старший братец, что намного старше, тысяч на пятьдесят. И говорит:
— Ты что бунтуешь?
— Хочу на Землю! Хочу чувствовать аромат дождя, цветов и трав.
Мечтаю пробежаться босиком я по росе и ощутить твердость земли и
мягкость травы.
Задумался брат. Ваня всегда был немного странноват, а тут еще и
желания необыкновенно чудные. Но свобода воли — это святое. Это
нарушать нельзя.
— Хорошо, ты можешь пойти погулять, но перед этим ты должен
надеть вот этот костюм, — и показал ему на розовый, неприметного вида
скафандр. — Когда захочешь вернуться, сними его, и ты будешь с нами.
— Вот это здорово! — обрадовался Иван.
— Но помни, — продолжал братец, — одеяние это особенное, и
многие, кто примерял его, забывали о своем доме.
— Что ты, как я забуду о тебе, я всегда буду помнить о небесном мире.
— Свобода воли, — развел руками братец.
А Ванюша с радостью надел дарованное одеяние и побежал играть с
ветром и строить замки из песка.
Старец замолчал, посмотрел серьезным взглядом с искринкой в глазах
и раскланялся. Люди поблагодарили его кивком головы. И тут произошло то,
от чего Левий протер глаза, потому что он не верил в увиденное, а Барбос
чуть не подавился языком от удивления.
— Он все-таки в него запрыгнул, — опомнился Барбос.
— Великан превратился в туман и влетел в свой домик, — подытожил с
изумлением мальчуган.
А в то время, пока ребята стояли, окаменевшие от изумления, все люди
разошлись каждый по своим делам. Но одна девчонка осталась. А какая же
сказка без любопытной девчонки? Тогда это будет не эта сказка.
Левий очнулся оттого, что кто-то наступил ему на ногу.
— Больно! — огрызнулся он.
— Ой, надо же — живой?! — с лукавым взглядом произнесла девочка.
Барбос обалдел от такой наглости и даже гавкать не стал.
— Без толку, — решил он мудро.
— Вы кто такие? И почему стоите как истуканы на моей поляне? — с
явной иронией насмехалась бестия.
— Я Левий, а это мой друг Барбос. Да и не истуканы мы вовсе, мы как
раз собирались уходить.
И ребята сделали движение вперед, но не тут-то было.
— Я Улада, — перегородила им дорогу проказница.
На ребят смотрела девочка с многочисленными рыжими косичками и с
бесстыжими синими глазами.
— Очень приятно, — пожал плечами Левий.
— А почему я вас не знаю? Вы издалека? — издевалась синеглазая.
— Девочка, ты почему так грубо с нами себя ведешь? Тебе мама не
рассказывала о культурном поведении? — прогавкал Барбос.
К удивлению друзей, Улада повернулась в сторону обидчика и с
широко открытыми глазами ответила:
— Это я некультурная? Вы врываетесь в мое время, топчите мою траву,
ежика испугали своим шумом, — и показала в сторону убегающего колючего
зверька….
— Вот это да, — перебил ее пес, — она все знает и допрос устраивает!
— А как же я не знаю, я же вас вижу, поэтому и все о вас знаю, —
защищалась рыжая.
— Да ты что? И ты обо всех все знаешь? Да ты, я вижу, всезнайка! — не
унимался пушистый пес.
— Хватит иронии! — вмешался в разговор Левий. — Барбос, ты только
что обвинял Уладу в грубости, а сам как с цепи сорвался.
Пес опустил мордочку в землю и потупил взгляд.
— Левий, не ругай своего друга, — уже с нежностью произнесла
девочка и погладила пушистого по шерстке.
Пес онемел от такой перемены, но девочка была симпатичная, и он не
противился ласкам.
— Он хороший! — продолжила заступница.
Четвероногий с удовольствием вытянул мордочку и с умилением
прикрыл глаза.
— Я больше не буду водить вас за нос, — с лукавым взглядом отметила
Улада. — У нас бывают гости из разных миров и времен, которые слушают
учения Лель. Это они так хотят, а мы не спорим. Лель — наши учителя, они
нас любят и защищают. Поэтому мы им доверяем.
— Мы все обо всех знаем, — продолжала девочка, — о дереве, о
животном, о человеке, если видим — считываем информационное поле. Так
нас создали и вас тоже, но вы забыли об этом.
— Если вы все обо всех знаете, почему же вас учит Лель? —
поинтересовался Левий.
— Мы знаем обо всем, что видим, но видим мы совсем не все, — не
сдержалась и все-таки улыбнулась рыжая.
— А как Лель-великан попал в маленькую будку? — не удержался от
вопроса Барбос.
Девочка рассмеялась:
— Он же Лель, для него формы и объемы не имеют значения, хочешь
— будет мотыльком, хочешь — великаном.
— Он одеяние не надел, когда пришел из небесного мира, —
догадался Левий.
— Или надел иной костюм, в котором не имеют форм и не забывают о
небесном мире, — задумчиво добавила Улада.
— А он действительно живет в том каменном строении? — не
успокаивался мальчуган.
— Нет, это строение, как у вас телевизор. Лель может быть где угодно,
но общается он с нами только возле этих домиков. А почему так, я не знаю,
мне об этом никто не рассказывал. Но я уверена, что если вы тут, то для
вашего времени очень важна история о Ванечке.
И после этих фраз поднялся белый непроглядный туман и закружил, и
завертел. Но это уже было не страшно, ребята знали, что возвращаются
домой.
— Мы даже «до свидания» Уладе не сказали, — с грустью произнес
Барбос в голове у Левия.
— А может, это и не девочка вовсе, а Лель, — с серьезным видом
проговорил Левий.
— Может и Лель, но что он хотел сказать нашему времени? —
недоумевал Барбос.
— Чтобы мы заботились о своем одеянии, но помнили о том, кто его
носит, — протяжно проговорил Левий, вдумываясь в каждое слово.
— Или о том, что надо быть поосторожнее в тумане — мало ли куда
занесет, — улыбался пес.
Уставшие, но с ларцом впечатлений, ребята поужинали, а после пошли
смотреть не менее яркие сновидения.
— Мне кажется, что эта история оставит свой след в вечности, —
выговорил засыпающий Левий.
— Ну, в нашей жизни точно, — в дреме добавил Барбос.
Загрузка...
5 месяцев назад
#
Два брата
Здравствуйте, мои дорогие читатели!
Сегодня я вас познакомлю с историей двух братьев, которую нам
расскажет царь планеты Мут.
С некоторых пор Левия стало интересовать все таинственное и
загадочное. Из своих прошлых приключений он понял, что этот мир совсем
не такой, как ему кажется. Он намного красочнее и интереснее, чем думают
о нем взрослые. И вот мальчик услышал историю о хрустальном черепе. Кто
посмотрит в глаза этому черепу, тот увидит правду о Земле и о человечестве.
Ну, конечно, любопытство Левия разгорелось. Оно не давало ему ни спать,
ни есть, ни думать — вся правда о прошлом, вся правда о мире людей, о
мире не людей, о мире животных, о мире духов.;
— Барбос, нам надо посмотреть в глаза этому камню вечности!
— Левий, мы живем в мире и в достатке. Вкусно кушаем, бегаем по
траве, играем в мяч. Ну зачем тебе знать, что было или будет? Мы счастливы
здесь и сейчас!
— Ну как хочешь, живи и наслаждайся. А мне для жизни бега по росе
мало, я хочу знать, о чем думает роса, когда я тревожу ее покой. Все,
собираю рюкзак и завтра утром вылетаю на остров Сейб.
Барбос пребывал в недоумении.
— Как улетаешь? Без меня?
— Ну тебя же мяч интересует больше, чем мысли о Вечности.
Барбос обиделся. Его еще так никто не оскорблял. Гнев взял верх, его
пасть открылась для рыка, но лай так и не вырвался. Пес уже чувствовал
радость и задор в сердце мальчика. А в их головах звучали одни и те же
мысли: «Мы вместе! Плечом к плечу! Защищая друг друга!». И Барбос,
приплясывая под задорную мелодию, побежал готовиться к поездке.
И вот любители приключений прилетели на остров Сейб. По легенде,
именно здесь был спрятан череп мудрости.
— Ну и куда мы пойдем? — прозвучал Барбос в голове у Левия.
— Пойдем осмотримся, изучим остров и его обитателей.
— Угу… Вон та птичка, что летает у скалы, наверное, знает, где спрятан
череп, — с сарказмом проскрипел недовольный пес.
— Барбос, не драматизируй! Будь внимательным!
Остров Сейб был маленький. Плыл одиноко в океане, как корабль,
который отстал от флотилии, и о нем все забыли.
Но только не об этом острове. О нем вспоминали все древние легенды,
и все связывали его с наследием древних. Вот только где искать хрустальный
череп? Растительности мало, и, честно говоря, этот остров очень похож на
плавучий камень.
— Что я тут делаю? — причитал Барбос. — Здесь ничего нет, здесь
даже животных нет, откуда здесь черепа?
— Не ворчи! Хрустальный череп — это творение людей, а не зверей, —
успокаивал друга Левий.
И тут они услышали гром. Он прозвучал громко и утвердительно,
сообщая о скором дожде.
— Ну вот, даже небо злится! — припав всем телом к земле, с обидой
произнес четвероногий. — Нам надо найти укрытие!
Огромные капли дождя уже мочили остров. И они побежали. Левий
прислушивался к сердцу — куда оно его поведет. А пес доверял своему носу
— искал запах пещеры. Так, наверное, пахнет детская, если в ней забыть
водные растения на пару дней. Нос Барбоса не подвел.
— Левий, сюда, здесь навес!
Друзья стояли под каменным зонтом каменной скалы. Их дыхание
было громким, быстрый бег под дождем утомил.
— Прекрасно! — не удержался Барбос. — Мокрые, уставшие на этой
каменной глыбе! Чудно! И куда мы пойдем, мистер искатель приключений?;
— Да хоть вон туда!
Рука мальчика показывала на отверстие в форме двери в горе, около
которой они укрылись. И они пошли. Стены пещеры и пол были идеально
ровными. Друзья вошли в комнату. Она была круглой. А в центре — стол,
тоже круглый. На нем красовались разные надписи, странные буквы и
рисунки. Левий увидел очертания двух человеческих ладоней. Любопытство
взяло верх, и он положил свои руки на нарисованные. Весь мир завертелся
вокруг него, и он уже не стоял в пещере, а летел на свет. Мысли в голове
остановились. Он не слышал присутствие Барбоса, но его это не
интересовало. Время и мир быстро вращались. Все перестало существовать.
— Ну, вот и все! — пронеслась в голове у мальчика.
Искатели хрустального черепа лежали на траве, которая пахла
свежестью. Пушистый друг не шевелился.
— Барбос! Барбос!
Левий приложил ухо к груди пса.
И тут он скорее почувствовал, чем увидел улыбку зубастого друга.
— Ах ты, проказник! Не время испытывать дружбу, мы живы — это
плюс, но мы не знаем, где мы, — и это большой минус.
Барбос пребывал в прекрасном расположении духа. Казалось, что эта
странная вертушка к свету улучшила ему настроение. Карусель, вот только
куда она нас принесла? Мы стояли на поляне, а вот какой планеты?
Неизвестно! Ясно одно! Это не наш дом, не Земля. Воздух был очень
влажный, как после сильного дождя. Видимость была, как в сумерках, не
темно, но и не светло. А две Луны, которые красовались на темно-синем
небе, отчетливо давали понять, что мы в гостях. Оставался вопрос:
«Гостеприимны ли хозяева?»
Левий с Барбосом любовались небом, переливающимся от светло-
голубого до темно-синего. А два больших спутника царствовали на этом
небосводе. И так необычно это было для глаза землянина, что ребята не
могли оторвать взгляд.
— А вот и обитатели! — прозвучало в голове у Левия.
Стоило большого труда оторвать взгляд от магической картины неба,
но пришлось вернуться в реальность. Левий увидел людей. Шли они быстро,
как будто опаздывали на новогоднюю елку. Барбос на всякий случай
изобразил угрожающую мордочку и ощетинился. Левий внимательно
наблюдал за движением незнакомцев и пытался угадать их настроение.
Лица у них были веселые. Многие улыбались. А тот, который шел впереди
всех, был особенно добродушен. Он шел с раскрытыми объятиями и вот…
вот… точно — Левий оказался в крепких объятиях добряка. На мордочке
Барбоса читалось удивление, которое трудно описать словами. Так
удивляется улитка, в домик которой постучали и попросили выйти.
— Мы так вам рады! Добро пожаловать на Мут!
Вожак протягивал Левию руку. Рукопожатие было теплым. Мальчик не
знал, как себя вести — то ли радоваться, то ли огорчаться.
— Здравствуйте! Мы рады встрече с вами. У вас красивое небо над
головой, но мы не знаем, где мы.
Добряк изменился в лице.
— О, кажется мы не те, кого ждали, — прозвучал голос Барбоса.
— Вы с Земли?! — то ли спрашивал, то ли утверждал добряк.
— Да, мы с Земли. Я — Левий, это мой друг — Барбос.
— Меня зовут Илиан, — с плохо скрываемой грустью представился
вожак.
— У нас давно не было гостей с Земли. Мы рады вас видеть. Я хочу
познакомить наших гостей с нашим народом.
И они все пошли по поляне. «Я надеюсь, они собаками не питаются»,
— подумал Барбос.
Город Илиана был построен из камня. Каменные мостовые, каменные
дома разнообразных форм. Фантазия у этого народа была потрясающей.
Здесь были дома и в форме раковины улитки, и в виде панциря жука, и в
форме пирамиды, скорпиона, шляпы и паука.
Барбос задумался: «Странная фантазия. Будем надеяться, что они нас
не поведут в дом огромного паука. Что-то мне не хочется в это логово».
Опасения четвероного были напрасны. Илиан уверенно вел всех в дом,
напоминающий огромного каменного осьминога, который был в центре всех
строений. Все вошли в это здание. Внутри было сказочно красиво: пол
украшен разноцветной мозаикой, потолок переливался яркими красками.
Там были и металлы, и кристаллы, и хрусталь. Все это играло и плясало танец
гармонии и ощущения чуда.
Они прошли через все брюхо осьминога. Илиан направлялся к трону,
который был великолепен! Спинка стула в форме Солнца. Большой золотой
диск и исходящие золотые лучи, украшенные разнообразными самоцветами
и камнями. Илиан сел на трон, и казалось, что он в золотом божественном
тумане. Как будто он не здесь, а с небес смотрит на тебя.
— Да, вот это царь! — произнес Барбос.
В доме-осьминоге было много людей, и они все подходили. Лица у
всех безмятежные, довольные жизнью и очень добрые. Илиан сделал жест
жезлом, который был у него в руке, и во дворце воцарилась тишина.
Царь глаголил:
— Мои подданные! Жители планеты Мут! У нас сегодня особенный
день. К нам прилетели земляне. И в честь этого знаменательного дня я
желаю устроить пир. Веселитесь и радуйтесь!
И как по велению волшебной палочки из воздуха стали появляться
столы, тарелки, приборы и еда. Кушанья всех народов Земли. Там были и
мясные блюда, и деликатесы, и фрукты, и сладости.
— Кажется, удивление входит у нас в привычку, — подумал Левий.
— Ой, что-то мне это не нравится, — проворчал Барбос.
Люди подходили к столу и садились на удобные стулья, которые
возникли также из воздуха. За столом все веселились, ели, шутили и
смеялись. Барбос жадно уплетал шашлык в белом соусе. А Левий вел
доброжелательный разговор с улыбчивым соседом, из которого он узнал,
что Мут — это водная планета. Это единый океан с одним островом, на
котором они и живут. Население — человек сто пятьдесят, и все они сейчас
сидели за этим столом. Над планетой была сфера из водных капель, поэтому
климат на острове был теплый и влажный. Жители не знали, что такое жара
или зима. А еще постоянный сумрак, такое освещение, как у нас перед
закатом Солнца. Ребята, оказывается, прибыли на Мут на лифте. Такие
космические лифты есть на всех планетах Вселенной, где есть разумная
жизнь.
Много тысяч лет назад с Земли часто приезжали люди, обменивались
знаниями, а многие дружили. Но на Земле произошла трагедия, и гости
перестали приезжать на Мут. Поэтому люди с такой радостью и встречали
гостей. Каждый надеялся увидеть своего друга. Все живое на этой планете
существует очень долго. Левий так и не понял, они бессмертны или живут
много тысяч лет. Но спрашивать не стал, постеснялся.
Веселье было в разгаре. Кто-то плясал, кто-то увлеченно беседовал, а
кто-то смеялся и смешил друг друга. Атмосфера была дружеская, даже
родственная. Они уже много веков живут друг с другом и добродушно
приняли Левия с Барбосом в свою семью. Илиан величественно сидел на
троне, погруженный в свои думы. Левий видел грусть в его глазах.
Четвероногий был в своей стихии. Он громко подвывал под музыку, весело
вилял хвостом, а его глаза светились от удовольствия.
— Барбос, посмотри на царя, — прозвучал в голове Левий.
От неожиданности пес чуть не споткнулся, но с любопытством
посмотрел на трон.
— Что-то этот пир его не радует…
— И тебе так кажется?
— Мне не кажется, это чувствует мой хвост.
Левий собрался с силами, зажал свой страх в кулак и пошел к
сияющему солнцу. Землянин обратился к правителю:
— Илиан, а почему ты не разделяешь радость своего народа?
— У меня есть на то свои причины.
— Я могу тебе помочь?
— Нет, это не в твоей власти.
— Может, если ты разделишь свое горе со мной, тебе станет легче?
Илиан печально улыбнулся, но поднялся с трона и, пройдя через весь
дворцовый зал, направился к выходу.
Левий почувствовал теплое дыхание пушистого друга:
— Я не могу тебя оставить с ним наедине. Он неизвестный король. Я
буду волноваться.
Появление Барбоса совсем не смутило Илиана, и они пошли на поляну,
чтобы насладиться царственной красотой острова. Житель планеты Мут и
жители Земли смотрели на небосвод. Его великолепие вселяло покой и
умиротворение в их души.
— Когда-то у меня был брат, — начал свой рассказ правитель. — Мой
брат имел смелость и храбрость, которой меня обделили. Наша планета —
это живой организм. Она любит своих жителей и балует. Мут чувствует нас,
наши мысли. Она лечит и исполняет желания. Вы уже видели. Стол, стулья,
еда — это все дала Мут. Она делает реальностью мечты любого жителя, если
может это слепить из своих молекул. Еда, одежда, дома — это все дала нам
планета, потому что мы так захотели. Но раз в сто тысяч лет ее сила
ослабевает. Ей надо дать Солнце, символ которого у меня на троне. Раз в сто
тысяч лет у нас меняется правитель. В нашем мире рождается человек,
который несет в себе светило, которое должен отдать Мут на алтарь.
Человек, рожденный с Солнцем, это я. Я отдал эту силу, но рукой брата. Я
сижу на троне, а мой брат в изгнании. Ихи — мой брат-близнец. Раньше
всегда рождался один. Никто не знал, зачем второй. Почему моя царица-
мать родила двоих? Мы с братом любили друг друга и были очень дружны.
Но народ невзлюбил Ихи. Я с Солнцем пришел спасти планету и свой народ.
«А кто такой Ихи? Зачем он пришел?» — спрашивали люди.
И вот настал тот жертвенный день. Я должен отдать свой внутренний
огонь. Но мной овладел жуткий страх.
— Ихи, Ихи, помоги мне, отведи меня на алтарь, мои ноги не идут, а
сердце сжалось от ужаса!
Ихи принес меня на руках на священное место. Своими руками он
отделил светило и положил в дар Мут на священный камень. Планета
приняла жертву, а я потерял сознание. Страх и боль сделали свое дело, мое
сознание ушло из этого мира. Ихи решил, что я не очнусь. А народ кричал:
«Убийца брата!»
Мой брат был очень сильный, но это обвинение оскорбило его. Он
чувствовал вину за то, что вмешался в вечный процесс жертвы — возложение
Солнца на алтарь. Очнувшись, я понял, почему мы пришли вдвоем. Ихи
обладал мужеством и отвагой, которой был обделен я. Дар возложен на
алтарь только благодаря брату. Планета жива, потому что Ихи был со мной в
тот день.
Но народ кричал: «Предатель!»
То, что Ихи своими руками положил свет, возмутило народ: «Ихи хочет
свергнуть царственного брата!»
Мой брат покинул планету, и где он сейчас, никто не знает. Поэтому я с
такой радостью бегу к лифту в надежде получить весточку от брата — и
Илиан, тот, кто сидит на троне с Солнцем, расплакался.
Как печально! Как печально, что люди слышат только то, что хотят
слышать. Левию с Барбосом было очень жалко братьев, но они не могли
помочь. Друзья вернулись на Землю. И хоть они не нашли хрустальный
череп, но обнаружили что-то более важное — умение слушать и смотреть в
самое сердце истории.
Загрузка...