«Screaming Eagle», затаившийся дракон

Форма произведения:
Рассказ
Закончено
«Screaming Eagle», затаившийся дракон
Автор:
Артем
Аннотация:
1945 год. Сержант 101-й парашютно-десантной дивизии "Screaming Eagles" Джозеф Баерли попадает в плен. Немцы помещают его в концлагерь для военнопленных в Альт-Древице. Там он встречает Хранителя Добра, скрывающегося в обличии красноармейца Михаила Морозова, и своих двух друзей-сослуживцев. Вместе они решают совершить побег. Смогут ли четверо смельчаков выбраться из лагеря и избежать смерти?
Текст произведения:

Ich wiederhole, herr Bayerlie: ihr Dienstgrad, Einteilung und Aufgabe (Нем.: Я повторяю, господин Байерли: Ваше звание, часть и задание), – слова оберштумбанфюррера прозвучали в голове солдата слегка помутнённо. Яркий свет настольной лампы ослеплял. Он был в тёмном тесном помещении. «Negotiation room…Again…» – подумал солдат и сплюнул сгусток крови на пол. – «Nazi scum… That’s totally FUBAR. Damn it» (Англ.: Переговорная комната… Опять… Нацистские твари… Похоже, что я по уши в дерьме. Чёрт!).

– Du schweigst… – оберштурмбанфюррер подошёл к рядовому и посмотрел прямо в глаза. Что-то в этом образе показалось американцу настолько отторгающим, что его чуть было не стошнило на месте. – So… Schweig weiter, falls du willst, amerikanische Schwiene. Endlich werden wir alles wissen. Weg! (Нем.: Молчишь… Ладно… Молчи, если так хочешь, американская свинья. Всё равно мы всё узнаем. Увести!)

– Herr kommandant! – обратился к командиру солдат. СС-совец повернулся. – Was mit dem Russen? (Нем.: Господин командир! А что с русским?)

– Ah, ja! Ja, ja, ja… Ich weiss nicht, Kramer, – задумался немец и покосился на американца. Тот лишь усмехнулся и покачал головой. – Sein Geist ist sehr stark. Er auch wird uns nichts sagen. Teufel! Es ist sinnlos! Warum sind sie so dumm und stur? Mein Gott… Weg! Wir werden morgen forsetzen. Falls du nicht stirbst, wie ein schmutziger Hund. (Нем.: Ах да! Да, да, да… Даже не знаю, Крамер. Он очень силён духом. Тоже ничего не скажет. Чёрт! Это бессмысленно! Почему они такие тупые и упёртые? Господи… Прочь! Завтра продолжим. Если не подохнешь, как грязная собака.)

Джозеф почувствовал, как его берут под мышки и тащат в сторону двери. Он настолько обессилел, что даже не мог держать веки открытыми. Очень хотелось спать. Байерли вспоминал родной Мичиган. Хоть городок Маскигон и не был таким большим, как Вашингтон, не давал столько возможностей, как Нью-Йорк или Бостон, он был его настоящим домом. Немцы открыли дверь и потащили его к бараку. Наконец-то можно было подышать свежим воздухом. По дороге до барака. Джозеф вспоминал, как отказался от стипендии в университете Нотр-Дама, как будучи мальчишкой рвался на фронт, помогать своим товарищам, как радовался, когда попал в 101-ю парашютно-десантную дивизию. Он был одним из «Screaming eagles» – знаменитых «клекочущих орлов». «Встреча с судьбой»… Байерли усмехнулся. Теперь он понял, что это такое.

– We have a rendezvous with a destiny… – засмеялся десантник и начал петь гимн дивизии. – Our strength and courage strike the spark, that will always make men free… (Англ.: У нас встреча с судьбой. Наша сила и отвага разжигает искру, которая делает людей свободными.)

– Scheisse! Schweig! (Нем.: Нем.: Чёрт! Заткнись!) – воскликнул конвоир и ударил американца по лицу прикладом. Резкая боль охватила голову. Сознание поплыло. Джозеф был, как в тумане. Не успел он прийти в себя, как конвоир открыл дверь барака и швырнул его внутрь. Американцу казалось, будто бы полёт длился вечность, как его первый прыжок с парашютом, будто бы он вновь летит вниз, вот только вместо белоснежных облаков под ним – грязные доски барака. Обессиленное тело рухнуло на пол. Десантник был не в силах пошевелиться: бесконечные допросы выжали из него все соки. Он чувствовал вкус крови на губах. Нацисты никогда не жалели сил на допросах. В этом они были мастера.

– C’mon, c’mon, tough guy, I’ll give you a hand, – от английской речи Джозеф на мгновение опешил. Он не мог поверить своим ушам. Кто-то подхватил его за плечи и дотащил до кровати. В бараке было довольно людно: кто-то, словно призраки, шатался бесцельно взад-вперёд; кто-то сидел в углу и таращился в одну точку; кто-то спал в надежде немного отвлечься от чувства голода. Десантник почувствовал, как его положили на что-то твёрдое.

– Wow… They’ve beaten crap out of you… – незнакомец аккуратно прикоснулся к ранам на лице американца. – Let me patch you up a bit. So… What’s your name? (Англ.: Да уж… Хорошо они тебя отметелили… Дай-ка я тебя подлатаю. Так… Как тебя зовут?)

– Private Joseph Bayerlie, 101st Airborne, – представился солдат. – And yours? (Англ.: Рядовой Джозеф Байерли, 101-я парашютно-десантная. А тебя?)

– «Screaming Eagles»… Wow, you’re sure a tough nut to crack! – усмехнулся русский солдат и представился: – Private Mikhail Morozov. Unit… Well… (Англ.: «Кричащие орлы»… Ух ты, да ты крепкий орешек! Рядовой Михаил Морозов. Подразделение… Ну…)

– That’s alright, no need to tell, – успокоил солдата Байерли. – Man… I don’t know, if we’re gonna’ make it. I don’t know, where Brewer and Queen are. (Англ.: Всё нормально, не говори. Ну и ну… Даже не знаю, получится ли выжить. Я не знаю, где Брюэр и Куин.)

– They are your comrades? – спросил Морозов. (Англ.: Они твои товарищи?)

– The best fellows in the world, – усмехнулся американец. – We were really lucky not to be shot by those nazi bastards. Man… The war is about to end, but… I don’t think these fuckers gonna’ let us out alive. I know that your fellows are near, but… Our situation is just FUBAR… (Англ.: Лучшие ребята в мире. Нам очень повезло, что эти нацистские ублюдки нас не застрелили. О-ё-ёй… Война скоро закончится, но… Не думаю, что эти ублюдки оставят нас в живых. Я знаю, что твои рядом, но… Мы по уши в дерьме…)

В этот момент американец уловил на себе взгляд солдата. Этот взгляд ярко-синих глаз навсегда отпечатался в его памяти: они были полны решимости, в них сверкал блеск надежды, упорства и отваги. Байерли казалось, будто на него смотрел его командир. В душе тут же проснулась уверенность.

– Listen, Joseph, – начал Морозов, – you, americans, are one of the toughest fellows I’ve ever met. You value freedom above all else and ready to fight for it till your last breath. You stood against oppression in 1776, when everything seemed to go to hell. You fought for your liberty, you fought for freedom. As we did. Our nations have so much in common, Joseph, and one is our impeccable will and desire for freedom, desire to break the chains of oppression. Together we will beat the crap out of these fuckers and make the future for our children brighter than ever before, – Байерли воспрял духом. В нём проснулась решимость и желание во что бы то ни стало вырваться на свободу. Хранитель Добра увидел это и улыбнулся. – «Our strength and courage strike the spark, that will always make men free…» (Англ.: Послушай, Джозеф, вы, американцы, одни из самых крепких ребят, которых я когда-либо встречал. Свобода для вас превыше всего, вы готовы сражаться за неё до последнего вздоха. Вы сражались против тирании в 1776 году, когда всё летело в тартарары. Как и мы. Наши народы очень похожи, Джозеф, стремление к свободе, желание разбить оковы рабства – в нашей крови. Вместе мы всыпем этим ублюдкам по первое число, и будущее наших детей будет ярче прежнего. «Наша отвага и сила сечёт искру, что свободу всем несёт…»)

Строки из гимна дивизии раздались в голове десантника, словно артиллерийская канонада перед наступлением. Он ошарашенно посмотрел на нового друга. Откуда он знает этот гимн? В этот момент Хранитель Добра прикоснулся рукой к лицу американца, и последний зажмурился от внезапного ослепительного света. Через мгновение Джозеф вновь открыл глаза и почувствовал, что боль прошла. Десантник посмотрел в осколки зеркала и обомлел: от ран и ссадин не осталось и следа.

– What the hell?! How… How did you… – оторопел американец. Морозов усмехнулся: он видел, как переменился в лице его американский друг, как в глазах загорелась жажда свободы. (Англ.: Какого?! Как…Как ты…)

– So, private, – Хранитель Добра протянул руку незнакомцу. – Are you with me? (Англ.: Ну что, рядовой, ты со мной?)

– You russians are crazy, – засмеялся Джозеф. – And I like it! So, what’s the plan? (Англ.: Вы, русские, просто психи! И мне это нравится! Каков план?)

– Yeah, we’re at all ears, (Англ.: Да, мы внимательно слушаем), – Байерли услышал знакомые голоса. В душе что-то ёкнуло, солдат почувствовал, как в душе заискрился свет надежды. Солдат обернулся и не смог сдержать эмоций: перед ним стояли два сослуживца, два боевых товарища, с которыми он прошёл огонь и воду. Живые. Избитые, исхудалые, но живые. Джозеф почувствовал, как на его глазах наворачиваются слёзы. Один из них усмехнулся и распахнул руки:

– Your russian friend is right, Jumpin’ Jo, we’re toughest motherfuckers this world has ever seen! (Англ.: Твой русский друг прав, Прыгун Джо, мы самые крепкие ребята, которых видел этот мир!)

– Brewer, Queen! – радостно воскликнул Джозеф и ринулся обнимать товарищей. – Oh God… I thought… I thought you were goners! How did you… (Англ.: Брюэр, Куин! Боже… Я думал… Я думал, вам конец! Как вы…)

– We are really lucky that war is about to end, Jo, – объяснил Брюэр. – A nazi colonel sent us back, ‘cause he wanted his life be spared. Fortunately, he was Wehrmacht colonel. Otherwise, we would have been dead already. (Англ.: Нам очень повезло, что война скоро закончится, Джо. Нацистский полковник отправил нас обратно, потому что он хотел спасти свою шкуру. К счастью, он был из Вермахта. А то б мы тут не стояли.)

– It was really dumb to trust that old man… So, what’s your name, commie? – усмехнулся Куин и протянул Хранителю Добра руку. (Англ.: Было ой как тупо доверять этому старику… А тебя как звать, комми?)

– Private Mikhail Morozov, – представился наш герой. – Red Army, infantry. Call me Misha. (Англ.: Рядовой Михаил Морозов. Красная Армия, пехота. Зовите меня Мишей).

– So, Misha, what’s the plan? (Англ.: Что ж, Миша, какой план?) – поинтересовался Куин.

Хранитель Добра улыбнулся и принялся разъяснять детали.

***

Морозов осторожно выглянул из-за стены барака. На дворе царила кромешная тьма. Лишь тусклый свет луны и прожекторов с башен разбавлял мрак ночной поры. Шталаг, казалось, превратился в облитый кипятком муравейник: громко выли сирены, вдалеке слышался лай собак и «рявкание» охранников лагеря. План с дракой удался.

– It’s our chance, – сказал Брюер. – It’s now or never. (Англ.: Это наш шанс! Сейчас или никогда.)

– Yeah, the truck must be here in couple of minutes, – согласился Куин, поглядывая на часы. – Man, Misha, you’re a fucking mastermind! (Англ.: Ага, грузовик будет здесь через пару минут. Чёрт, Миша, да ты гений!)

– You’re flattering me, – усмехнулся Морозов. – I wish I could save more lives… (Англ.: Ты меня смущаешь… Вот бы спасти побольше жизней…)

– You cannot save everyone… – Байерли положил руку Хранителю Добра на плечо. – You gave us a chance, a hope that must never die. (Англ.: Ты не можешь спасти всех. Ты дал нам шанс, надежду, которая не умирает никогда).

Хранитель Добра кивнул и улыбнулся. Он вспомнил свои слова в тот самый день, когда враг шёл на Эльдорас. Похоже, они действительно прошли проверку временем. Морозов сосредоточился и принялся искать транспорт. На глаза попался «Opel Blitz», кузов которого был набит бочками. Вот он шанс!

– There! – солдат указал на грузовик. – We’ll hide in the barrels. Quick! We must hurry! It’s now or never. (Англ.: Вон! Мы спрячемся в бочках. Быстрее! Надо торопиться! Сейчас или никогда.)

– Let’s do this! (Англ.: За дело!) – согласился Байерли и припустил за Морозовым. Брюэр и Куин, озираясь по сторонам, последовали за ними по пятам. Путь до грузовиков пролетел незаметно, но эти несколько шагов были одними из самых страшных: одно неловкое движение, и пулемётчики не оставили бы никаких шансов. Но беглецам повезло : их никто не заметил. Они быстро вскочили в кузов и принялись помогать друг другу залезть в бочки.

– Okay, we’re almost through this… – сказал Байерли, закрывая крышкой бочку с Брюером. – Just don’t make any sound. When the trucks leave the area, we’ll jump out and run for everything we’re worth. (Англ.: Так, дело за малым… Только тихо. Как только грузовики уедут, мы спрыгнем и рванём со всех ног.)

– Where? (Англ.: Куда?) – спросил Куин.

– To my comrades, – объяснил Морозов. – They must be somewhere nearby. A huge operation is about to begin, so we won’t miss all the fun. (Англ.: К моим товарищам. Они должны быть неподалёку. Скоро начнётся большая операция, поэтому вся веселуха ещё впереди.)

Американцы усмехнулись. Красноармеец помог разрядить обстановку. Но радостное мгновение продлилось недолго: Хранитель Добра услышал немецкую речь и тут же приказал всем спрятаться. Брюер, Куин и Байерли попрятались по бочкам как раз вовремя: не успел Брюэр закрыть крышку, как возле грузовика послышались шаги. Все затаили дыхание. Один звук – и пиши пропало. Все слышали, как водитель выругался, залез в кабину, захлопнул дверь и сунул ключ в зажигание. Двигатель заревел. Все выдохнули. Грузовик тронулся и устремился к воротам. Беглецы не могли поверить, что свобода была уже рядом. Всего несколько метров – и они смогут добежать до своих. Байерли сквозь щели в бочке видел, как мимо проносятся бараки, высокие фонари, видел, как охранники проходят мимо и не останавливают «Опель». Ещё немного… Ещё чуть-чуть – и всё! Вот уже миновали ворота. Свобода! Наконец-то свобода! Теперь осталось только выждать, а там – наутёк, и поминай, как звали. Но едва грузовик достиг холма, беглецы почувствовали сильный удар. Бочки упали, выкатились из кузова и разбились о землю. Сердце Морозова замерло. По коже пробежали мурашки. «Только не это…» – только и успел подумать Хранитель Добра, как его ослепил яркий свет прожекторов. Дозорные подняли тревогу.

– Fuck! – воскликнул Куин. – We’re screwed! (Англ.: Чёрт! Мы в дерьме!)

– We gotta’ run! – сказал Брюер. – Joseph, get the hell out of here! Queen and I are gonna’ hold em’ off! (Англ.: Надо бежать! Джозеф, беги! Куин и я задержем их!)

– What the hell are you talking ‘bout?! (Англ.: Что за чушь ты несёшь?) – только и успел промолвить Байерли, как вдруг сзади раздалась автоматная очередь. Все тут же бросились в рассыпную. Джозеф опомнился и с ужасом увидел, как Куин корчится от боли, пытаясь остановить кровь. Возле двери стоял немец с дымящимся MP-40. Не успел немец спустить курок, как Брюэр тут же подскочил к нему и ударил по лицу. Немец не удержался на ногах и рухнул на землю. Оба сцепились в схватке не на жизнь, а на смерть. Водитель ударил Брюера в челюсть. На снег брызнула кровь. Не успел тот опомниться, как перед глазами показалось лезвие ножа. Немец давил вниз. Кончик лезвия неумолимо двигался к груди. Руки дрожат. Нет сил держать. Американец отчаянно закричал и приготовился прощаться с жизнью, как тут на помощь подоспел Морозов: Хранитель Добра превратил руку в лапу и вонзил когти в спину немца. Солдат закричал и рухнул о земь.

– You saved my life! Thanks! – поблагодарил Морозова Брюер. (Англ.: Ты спас мне жизнь! Спасибо!)

– You’re welcome, – кивнул наш герой и превратил лапу в руку. – We have to move. Now! (Англ.: Пожалуйста. Надо уходить. Бегом!)

– Queen! Queen! – опомнился Байерли и кинулся на помощь товарищу. Солдат пытался удержать потоки крови, хлеставшие из раны. Он тяжело дышал. И без того бледное лицо, казалось, сливалось со снегом. – No, no, no! Queen! (Англ.: Куин! Куин! Нет, нет, нет! Куин!)

– Jo, listen, listen… – дрожащим голосом пробормотал солдат. – I guess, that’s all for me now. You gotta’ run. With Misha. He’s a good guy. The soviets are near… (Нем.: Джо, послушай… Беги. С Мишей. Он хороший парень. Советы рядом…)

– No, I… I won’t let you down, – Джозеф схватил Куина за руку. Десантник чувствовал, как слабеет его товарищ, как от его сердца отрывается огромный кусок. (Англ.: Нет, я… Я не брошу тебя.)

– Brewer and I are gonna’ hold them off, so you and Misha can escape, – сказал Куин. – He can lead you to safety. He’s a nice guy. We were a hell of a team. Misha! (Англ.: Брюэр и я задержим их, чтобы вы с Мишей сбежали. Он классный парень. Мы были отличной командой. Миша!)

– What’s wrong? (Англ.: Что случилось?) – откликнулся Морозов и подбежал к десантнику. Тот тяжело дышал. Рана сильно кровоточила. Снег окрасился в красный. Наш герой понял – медлить нельзя. Он вытащил пулю и приложил руку к ране. Из ладони полился ослепительный белый свет. Не прошло и нескольких мгновений, как на месте не осталось и следа от страшного увечья. Куин и Байерли удивлённо посмотрели на Морозова. Хранитель Добра понимал, что сейчас нагрянет шквал вопросов. Сколько таких лиц видел он за сотни лет… Сколько таких взглядов ему довелось узреть… Зачастую, в последний раз.

– Who are you? – только и успел промолвить Куин, как вдруг вокруг снова засвистели пули. – You have to run! Now! (Англ.: кто ты такой? Тебе нужно бежать! Скорее!)

– No, no Queen! – воскликнул Джозеф. – We will make it together! Strength and courage… (Англ.: Нет, нет, Куин! Мы сбежим вместе! Наша отвага и сила…)

– Joseph, that’s an order! – огрызнулся Куин. – Misha will take care of you. Our war is over. Remember us. Remember, who we were and what we fought for. It was an honor to serve by your side. Now run! Run! (Англ.: Джозеф, это приказ! Миша прикроет тебя. Наша война закончилась. Помни нас. Помни, кем мы были и за что сражались. Для меня было честью служить вместе с тобой).

– Yes, sir, – кивнул Джозеф. (Англ.: Да, сэр!)

– Misha, – Куин обратился к Хранителю Добра. – You are the nicest guy I’ve ever met. Your spirit is unbreakable. I don’t know, who you really are, I don’t know, if you are a human, but all you do is just beyond this world. I fell that you have a great purpose, that you serve for a greater good. You must live. I believe that you will win and this world will be in peace. It was an honor, commie. Goodbye. (Англ.: Миша! Ты самый добрый человек из всех, кого я встречал. Твой дух не сломить. Я не знаю, кто ты на самом деле, человек ли ты, но всё, что ты делаешь, – не передать словами. Я чувствую, что у тебя великое предназначение, что ты служишь идеалам добра. ты должен жить. Я верю, что ты победишь и вновь настанет мир. Для меня было честью познакомиться с тобой, комми).

– Goodbye, Queen (Англ.: Прощай, Куин), – попрощался с американцем дракон. Немцы были уже совсем близко. Патроны были на исходе. Байерли и Морозов не стали терять времени и пустились наутёк, во мрак зимней ночи. Пробираясь сквозь снежную мглу, они всё бежали и бежали, бежали и бежали, пока лагерь совсем не скрылся из виду. Вскоре они оказались посреди белого безмолвия, впереди был лишь холод и мрак. Снег хрустел под ногами. Джозеф чувствовал, как силы постепенно покидают его. Он был истощён. Он замерзал. Больше морально, чем физически. Вскоре сил почти не осталось, и Джозеф решил сделать привал.

– Hey, Misha! You said that your troops are somewhere nearby… We’ve been walking for ages, I can’t see them, – начал Байерли, оглядываясь по сторонам. – I think, we’re lost. (Англ.: Эй, Миш! Ты сказал, что твои неподалёку… Мы уже вечность плетёмся, а я их до сих пор не вижу. Думаю, мы потерялись.)

Ответа не последовало. Байерли обернулся и увидел, что его знакомый держится рукой за живот.

– Misha! Misha! – воскликнул Джозеф и подбежал к нашему герою. Хранитель Добра лежал на снегу и тяжело дышал. На белоснежном ковре тянулся яркий алый след.

– The bandage… It… It didn’t work well… – пробормотал Морозов. – I don’t know, if I can… can… Go. Go without me. (Англ.: Повязка… Похоже, не очень-то хорошо помогла. Не знаю, смогу ли… Иди. Иди без меня.)

Байерли подошёл к дракону и осмотрел рану. Пуля не задела важных органов, но всё ещё представляла серьёзную опасность. Хранитель Добра посмотрел американцу в глаза. Тот отвёл взгляд в сторону и сжал кулаки.

– You saved my life, you gave me hope, you poured courage into my heart, made my friends bold, – начал Байерли. – I don’t know, who you are, I don’t know, if you are a human, but you proved that we must not lose hope, no matter how screwed we are. We must fight and go on. For Brewer, for Queen. For everyone. Our strength and courage strike the spark, that will always make men free! (Англ.: Ты спас мне жизнь, дал мне надежду, пробудил отвагу в моём сердце, в сердцах моих друзей. Я не знаю, кто ты, не знаю, человек ли ты вообще, но ты доказал, что нельзя терять надежду, даже если весь мир катится к чертям. Мы должны бороться. За Брюэра. За Куина. За всех. Наша отвага и сила сечёт искру, что свободу всем несёт!)

Внезапно разговор двух солдат переврал отдалённый прерывистый гул. Оба бросили взгляд на горизонт. Впереди раздавались яркие вспышки. Это работала артиллерия 1-го белорусского фронта. Бойцы поняли – спасение рядом. Нельзя было терять ни минуты. Десантник подошёл к Морозову, собрал все свои силы и взвалил его на плечи. Ноги задрожали. На спину будто бы взвалили тонну. Удержаться! Только удержаться! Байерли стиснул зубы и медленно выпрямил спину. Осталось только встать. Ещё рывок. За семью. За Брюэра, за Куина, за всех, кто будет жить в мире. Джозеф закричал и выпрямил ноги. Казалось, в этот момент сама земля задрожала от его силы. От силы его несгибаемого духа. Байерли выдохнул и пошёл вперёд. Один шаг… Второй… Третий… Каждый шаг давался с трудом, каждый раз, когда он ступал на снег, мышцы ныли от боли. Но он шёл. Он шёл и шёл, не останавливаясь ни на мгновение. Хранитель Добра смотрел на снег и думал. Думал о Куине, о Брюэре, о Сергее, о всех тех бесчисленных товарищах, которых он успел потерять. Но в то же время, несмотря на все ужасы, что он видел на этой страшной войне, Хранитель Добра понимал, что его битва за сердца людей ещё не закончена. Что в мире всё ещё есть те, кто могут дать отпор смерти, жестокости и равнодушию. Внизу медленно проносился снег, а они всё шли и шли вперёд. Проносились часы, дни, недели, а Байерли всё шёл и шёл вперёд на звуки канонады. Через ноющую боль, через усталость, через изнеможение и страх. Силы всё уходили, пропитания не хватало. Хранителю Добра казалось, будто дорога продлится вечно, как вдруг однажды ночью впереди замаячил крошечный свет. Бойцы не поверили своим глазам.

– Do you see that? – спросил Джозеф, указывая в сторону огонька. (Англ.: Ты видишь?)

– Yeah, I do (Англ.: Вижу), – кивнул Морозов и прислушался. «Я тебе что сказал, Соколов?! Где печка?! Печка, говорю, где?! – Так я это… Под «эмчей» оставил, товарищ капитан. – Красную культяпку тебе на воротник! У нас же масло так всё промёрзнет! Я тебе сказал её пятому принести, а ты! Эх ты, чучундра! А ну марш за печкой!» На лице заиграла улыбка.

– What? (Англ.: Что?) – удивился Джозеф. Через мгновение он всё понял. Оба переглянулись и засмеялись. Они смогли. Они выжили всем смертям назло.

– Could you call for help? – спросил Морозов. – I’m not in perfect shape to do that. (Англ.: Можешь позвать на помощь? У меня уже сил нет…)

– What should I say? – удивился Байерли и посадил друга на снег. (Англ.: Что мне сказать?)

– Repeat after me, – сказал Морозов. – Я американский товарищ. (Англ.: Повторяй за мной.)

– Ya amerikanskiy tovarish, – с трудом повторил Джозеф. – Hey, that was in my booklet! (Англ.: Эй, это же было в моём пособии!)

– Well done, – усмехнулся наш герой. – Now go. (Англ.: Молодец. А теперь иди.)

Джозеф достал из кармана пачку сигарет «Lucky Strike» и побежал в сторону части. Морозов слышал, как его брат по оружию пытался неуклюже выговорить фразу из разговорника. Он засмеялся и заплакал. От горя и радости. Горя, что не смог спасти товарищей своего нового знакомого. И радости, что судьба вновь дала ему шанс выжить в безжалостных жерновах войны и продолжать спасать жизни. Морозов вздохнул, шмыгнул носом и заковылял в сторону части.

***

Морозов и Баерли сидели в палатке и уплетали за обе щеки тёплую кашу. Оба очень хотели есть. Настолько, что даже не находили момента перекинуться парой слов. Да и это было не нужно: они понимали друг друга без слов. Хранитель Добра изредка притрагивался к повязке на животе. Повезло – рана оказалась неглубокая.

– Чудеса! – сказал лейтенант. – Так говорите, из плена сбежали? В грузовике?

– Так точно, товарищ лейтенант, – кивнул Морозов.

– Ну вы даёте! От черти! – засмеялся лейтенант. – Да вы ешьте, ешьте. Набирайтесь сил. Михаил Морозов и Джозеф Байерли, значит, – оба кивнули. – Ха! Крепкие вы орешки! С тобой-то Морозов, понятно всё, а вот что нам с американцем делать…

В этот момент в комнату вошли несколько офицеров. Среди них была девушка в военной форме с капитанскими погонами. На груди блестел орден Отечественной войны I степени. Она очаровала обоих с первого взгляда: длинная коса свисала почти до лопаток, в светло-карие глаза блестели оптимизмом и ребяческим задором. Все тут же вскочили с мест. Лейтенант приложил ладонь к фуражке и поприветствовал комбата:

– Здравия желаю, товарищ гвардии капитан!

– Вольно, – ответила девушка и подошла к беглецам. – Заместитель командира 1-го танкового батальона гвардии капитан Александра Самусенко. Так это вы из плена сбежали?

Морозов и Байерли переглянулись, закивали и улыбнулись. Предстоял долгий разговор.

+1
47
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!