Война по правилам

Форма произведения:
Миниатюра
Закончено
Война по правилам
Автор:
Алена Сказкина
Связаться с автором:
Рекомендуемое:
Да
Предложить почитать:
Да
Аннотация:
Однажды в приграничье встретились орк, эльф и Наблюдатели...
Текст произведения:

Страж приграничья Руаду ти'Эрлен еще помнил лихие свободные времена до первого созыва Союза Разумных Рас, постановившего, что война должна быть цивилизованной.

Хорошее время было, простое, понятное. Никаких Наблюдателей, никаких правил, кроме одного — чтобы выжить и убить врага, все средства хороши. А сейчас? Карательные рейды запрещены — не дай двуликая Дану, «мирное» население тронешь. Зазубренные наконечники запрещены. Обычные, пожалуйста, а зазубренные ни-ни — негуманно по отношению к противнику. Уже с лазутчиком спокойно разобраться не дают...

Страж скрипнул зубами от досады, опуская лук. Кряжистый лохматый орк осторожно выглянул из-за мшистого поваленного дерева, за которое нырнул минутой ранее, спасаясь от жалящих эльфийских стрел. Обвел свинячьими глазками подступающий к расщелине лес, ссутулившись, поковылял к разлегшемуся на канатах подвесного моста телу менее удачливого собрата.

— Совет Разумных Рас благодарен за добровольно предоставленную разведчику орды Крашу возможность отдать дань памяти павшим.

Добровольно, как же! Руаду скривился, будто разом проглотил половину неспелого плода кислики, покосился на оседлавшее соседнюю ветку пухлое, метр ростом существо в когда-то белом, а теперь просто грязном балахоне. Не иначе полевую форму Наблюдателей придумывал тот, чье знакомство с дикой природой ограничивалось ухоженными столичными парками. Либо же, учитывая жадность отвечающих за казну Совета карликов, ткань была выбрана умышленно, дабы тянуть с подписавших договор о сотрудничестве народов бесконечные пожертвования на прачек.

 Враг кряхтя перетащил мертвеца на твердую почву. Уселся напротив, принялся раскачиваться и выводить заунывные молитвы своему дикарскому богу.

Ритуальные действа грозились затянуться надолго.

Руаду отвернулся, снял с пояса полупустую флягу, хлебнул теплой воды. Поднял взгляд, ища спокойствия, к синеющему в просветах листвы небу. Солнце бросало на влажный мох подлесья россыпь зайчиков, заливало светом пожухлую от зноя траву поляны, протянувшийся над ущельем мост, ставший ловушкой для вражеских лазутчиков, замершего на краю обрыва второго Наблюдателя — пониже и потолще.

Орк старательно выл, рождая схожее желание у окружающих.

Эльф раздраженно передернул плечами, думая, что свинорылому медведь не просто на ухо наступил, а еще и потоптался. «Певца», не беря в расчет многовековую кровную вражду, стоило убить, дабы просто прекратить надругательство над музыкой. Почему-то вспомнился случай из детства, когда Руаду мальчишкой, уверенный в собственной безопасности, дразнил сидящего на цепи пса. Кобель неистово и бестолково рвался с надежной привязи... Сейчас эльф, пожалуй, понимал, что тот чувствовал.

Такой досады страж не испытывал с прошлого лета, когда напавшая на заставу орочья сотня утекла сквозь пальцы. Лесные отряды прижали врага к границе с Империей и уже предвкушали расправу, а противник не дурак, понимал, что от эльфов пощады ждать не стоит — перебежал через кордон и сдался тамошним егерям. Люди месяца три нарушителей помариновали и отпустили: у Империи что с ланами, что с ордой мирные договора. Межрасовое право, Дану его возьми!

И ничего не сделаешь. Ни тогда, ни сейчас. Наблюдатели, конечно, не вмешиваются ни при каких условиях, но неприятностей опосля способны устроить столько, что живые позавидуют мертвым. Руаду покосился на сопровождающего. Грязнобалахонец, не подозревая о недружелюбных мыслях эльфа, лениво ковырял мизинцем в ухе, придирчиво изучая остающуюся на пальце серу. На хитрой, словно у хорька, морде застыло выражение безграничной скуки.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем орк угомонился, а может, просто осип. Тело второго лазутчика вспыхнуло и осыпалось пеплом — без шаманства явно не обошлось. Руаду злорадно улыбнулся тоскливому выражению на лице врага, с которым тот посмотрел на близкие, а недоступные вещмешок и оружие соратника, прежде чем вернуться за бревно. Страж, порядком уставший от бездействия, снял с плеча лук, наложил стрелу. Сердито поинтересовался у Наблюдателя.

— Теперь-то я, наконец, могу его убить?

— Конечно-конечно, — закивал «хорек». — Это ваше неотъемлемое право, так сказать.

Эльф пару раз глубоко вздохнул, возвращая самообладание. Следовало завершать дела, пока не возникли какие-нибудь еще препятствующие обстоятельства, например, день рождения любимой орочьей бабушки. Враг-то будет сидеть в убежище до позеленения.

Дрожание тетивы, нетерпеливое и привычное, дарило уверенность. Руаду кровожадно оскалился: ничего, посмотрим, как свинорылый запляшет, когда через пару минут от его бревна останется пара щепок. Ветвь ти'Эрлен пускай и не относилась к жрецам, но тоже не осталась без благосклонности Двуликой Богини.

— Пресветлая Дану, ответь на зов сына твоего...

— Заклинание огненного взрыва включено в реестр запрещенных к применению, — лениво сообщил Наблюдатель. — Если вы воспользуетесь им, мы будем вынуждены направить ноту протеста главе эльфийских ланов.

Страж от неожиданности потерял контроль над магической формулой. Чары, не успев сформироваться, осыпались золотой пылью.

— С каких это пор?

— Согласно директиве двести тридцать четыре собрания Союза Разумных Рас от вчерашнего числа в перечень были внесены дополнения.

— Пресветлая Дану...

— Заклинание «Рой пчел» также отнесено к запретным. Напоминаем, что согласно поправке сто девятнадцать от тридцать шестого года за сознательное использование недозволенных заклинаний вы можете быть лишены права носить оружие на семь лет. При повторном нарушении...

— Чтоб вас всех Темнейшая прибрала, — выругался Руаду сквозь зубы, пользуясь тем, что обычную брань пока не включили в реестр.

Огляделся, ловко соскользнул на землю. Бесшумной эльфийской поступью страж, как и всякий представитель лесного народа, владел едва ли не с пеленок. Пока орк ждет выстрела с севера, можно незаметно сменить позицию.

Трум-хрум-трум.

Наблюдатель, ковыряя в ухе, задумчиво семенил за эльфом, умудряясь производить столько грохота, что мог соперничать с подсвинком, пробирающимся через бурелом. Наткнувшись на разъяренный взгляд обернувшегося эльфа, «хорек» опустил руку и недоуменно хлопнул глазами.

— Послушайте, не могли бы вы... вести себя потише? — прошипел Руаду, косясь на затаившееся бревно.

— Конечно-конечно. Считайте, что нас вообще здесь нет.

Трум-хрум-хрясь.

Эльф поднял глаза к небу: «Пресветлая Дану, дай терпения твоему недостойному сыну! Помоги сохранить ясную голову и незамутненный взгляд! Надели силой и удачей, дабы одолеть врага...»

Вжжжих!

Короткое орочье копье, никоим образом не похожее на благословение богини, просвистело в воздухе, взлохматило пряди на макушке и глубоко вонзилось в дерево за спиной рухнувшего на землю Руаду. Ответная стрела ушла «в молоко».

— Реликтовый мох! Какое варварство! — расстроено бормотал Наблюдатель, изучая несостоявшееся орудие убийства, пока эльф спешно переползал под прикрытие кустов. Куда делся выбравшийся из-за бревна орк, Руаду не успел отследить, а впрочем...

Трум-хрум-хрясь.

По противоположной стороне поляны под сдавленную каркающую ругань врага вальяжно переваливался толстый низенький «хорек».

— Пресветлая Дану, ответь на зов...

Страж вовремя опомнился, оборвал на полуслове усыпляющее заклятие. Захватишь противника живьем, ни убить потом — неоправданная жестокость по отношению к военнопленным, ни бросить в лесу — оставление заведомо беспомощного разумного существа в условиях, опасных для жизни и здоровья. Тащи в деревню, возись по всем правилам Светской конвенции.

Никаких сонных чар! Действовать следует наверняка и... быстро. Руаду подтянул лук, но стрелять передумал: орк искусно прикрывался деревьями, пытаться попасть — напрасно стрелы изводить. Если же вдруг ранишь, эльф неприязненно покосился на Наблюдателя, скажут ведь первую помощь оказывать, с них станется. Нет уж! Клинком вернее будет.

Страж настороженно вышел на край поляны. Орк с обнаженными ятаганами показался с другой стороны. Видно, тоже предпочитал разобраться сразу, а не играть в салки по лесу. Свиное рыло ощерилось в отвратительной щербатой улыбке.

— Что, листоухий, потанцевать захотелось?

— Настоятельно просим вас воздержаться от нетолерантных высказываний в адрес врага, — проблеял дальний Наблюдатель.

— Так я тебя уважу, — продолжил свинорылый, игнорируя замечание. — Так уважу — до смерти не забудешь!..

Судя по оскалу противника, смерть эта должна была быть скорой и весьма неприятной. Руаду, не тратя времени на разговоры, напал. Хватит! Уже орочьих песен наслушался! Сколько шутки шутить можно!

Колчан соскользнул по руке, превращаясь в весьма увесистый снаряд. Враг, не ожидавший такого поворота, все же успел подставить клинок. Ремни лопнули, и колчан, рассыпая стрелы, отлетел в сторону вместе с выбитым мечом. Враг взвыл. Наблюдатели переглянулись, но промолчали.

— Все, листоухий, конец тебе!

— Просим воздерживаться...

Скрестившаяся сталь заглушила слова.

Руаду быстро понял, что враг силен. И опытен. Несколько пробных атак увязли в грамотных блоках, ответный выпад едва не зацепил правое плечо. Впрочем, эльф не собирался полагаться только на клинок: честная сталь подходит для ритуальных поединков с сородичами. Для победы же над врагом любые средства сгодятся. Любые, что не запрещены правилами.

— Пресветлая Дану, услышь зов сына твоего, ослепи недруга!

Заклинание пыльным облаком устремилось в лицо орку и рассеялось, наткнувшись на защитный амулет. Впрочем, страж и не рассчитывал на успех, доставало того, что свинорылый на мгновение отвлекся. Эльф атаковал. Орк неловко парировал, клинки сцепились, и Руаду выпустил меч. Враг, не ожидавший подобного, дернулся, уклоняясь от летящего в голову навершия, споткнулся о внезапно вылезший из земли корень.

Страж не позволил противнику восстановить равновесие. Врезался плечом в грудь, свалил с ног, оседлал сверху, блокируя руку с ятаганом, целясь выхваченным из-за спины кинжалом в открывшееся горло. Орк успел вцепиться в запястье, страж насел. Лезвие медленно опускалось вниз.

Наблюдатели хранили молчание. Нарушений не было.

Противник бился под эльфом, словно дикая полосатая кошка туругу, обитающая на южной границе ланов. Да и рычал не хуже, скалился зверем в лицо, в глазах не осталось ничего разумного. Руаду каким-то чудом удавалось удерживаться сверху, хотя пальцы, которыми он прижимал к земле руку с ятаганом, уже сводило судорогой. Эльф жал...

Сталь коснулась кожи. Орку терять было нечего. Активацию артефакта, запрещенного на той неделе, страж ощутил, увернуться-защититься не успел. Бок обожгло болью, будто углей под куртку насыпали, и одновременно эльф всем весом навалился на клинок, вгоняя его в горло.

Враг засипел — на черных губах выступила вишневая пена — вздрогнул в последний раз и затих.

Пальцы соскользнули с рукояти. Руаду скатился в сторону, скорчился, прижимая ладонь к враз намокшей ткани.

— Пресветлая... Дану... услышь...

Мимо, оживленно болтая, протопали «хорьки».

— Мне показалось...

— Показалось. Только лишняя возня с отчетностью. Лучше скажи: ты «срисовал» драку?

— Угу, во всех подробностях, думаю, иллюзионисты будут довольны. Отличный материал для представления на ближайшей ярмарке...

Двое в грязно-белом неспешно пересекли мост, скрылись в зарослях на той стороне. Ни один не обернулся.

Столкновение закончилось. Правила соблюдены. Присутствие Наблюдателей больше не требовалось.

+2
353
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!