Святки в Бурсе

Форма произведения:
Рассказ
Закончено
Святки в Бурсе
Автор:
Чукча-писатель
Текст произведения:
Глоссарий

   Бурса - базисная учебная ресурсно-стандартная ассоциация
   ОТИ - оператор трансляции истории
   ОТФ - оператор трансляции физики
   ОТЛ - оператор трансляции литературоведения
   Татьяна Васильевна глубоко вздохнула и пристегнула к комбинезону жёлтый кружок с красным восклицательным знаком. Она сегодня дежурный Координатор. На гигантском экране засияли окна с панорамами пустых кабинетов.
Надо же, оператор трансляции истории - Прохоров Фёдор Сильвестрович (лунатик в третьем поколении, двадцать семь лет, не женат) - уже пришёл. Похвально. Не всякий явится задолго до занятий. Проверяет температурный режим. Правильно, в этом классе - дети земной колонии, больше плюс восемнадцати не должно быть. Что это он творит?.. Молодые трансляторы всё равно как бурсаки: не успеешь поощрить, а уже нужно ругать.
   - Фёдор Сильвестрович, - строго спросила Координатор у микрофона. - С какой целью вы подняли температуру до двадцати пяти градусов? Потоотделение и учащённое дыхание снизят концентрацию внимания и затруднят усвоение знаний. Понадобится дополнительная энергия на воздухообмен, а за превышение лимитов нужно будет отчитаться перед Советом контроля и качества обучения.
   Фёдор Сильвестрович завертел головой, как нашкодивший ученик. Покраснел, поправил воротник у комбинезона, но чётко доложил камере:
   - Изучаемая тема - совет в Филях. Температура и снижение освещённости передадут атмосферу натопленной избы, которая будет способствовать внушению...
   - Хватит, Фёдор Сильвестрович, - оборвала его Координатор. - То, что вы сотворили - тепло и темнота - вызовет у обучающихся сбой в циркодианных ритмах. Вы хотите, чтобы они заснули?
   А сама подумала: а неплохо бы получилось. Ведущему теоретику Бурсы были в тягость ученики.
   - Так что подготовьте кабинет согласно правилам, - продолжила она. - В течение занятий проконтролирую. Что это там у вас?.. Фёдор Сильвестрович! Кто позволил взять из хранилища натуральную овчину и кожаные изделия? Нет, вы хоть осознали, что натворили? Только аллергии не хватало... Убрать немедленно! Ещё есть время заказать имитаты из хранилища наглядных пособий.
   ОТИ понуро защёлкал клавишами, а Татьяна Васильевна улыбнулась, вспомнив, как она, начинающий оператор трансляции зоологии, вырастила с учениками лягушку размером со свинью. Давно это случилось, ещё до введения системы тотального контроля за обучением.
Счастливое было время! Воспоминания вызвали поток положительных эмоций, и в кабинете послышалось хихиканье.
Татьяна Васильевна усилием воли сжала губы, огляделась и нахмурилась: поговаривали, что и обитель координаторов имеет своих наблюдателей. Так, со сдвинутыми бровями и прикушенной губой, предалась грёзам о прошлом.
Помнит, помнит она лицо директора, когда ему под ноги выкатилась икринка размером с теннисный мяч. Зато какие знания получали обучающиеся! Любо-дорого было послушать, как экзаменующийся докладывал, исследовав панцирь членистоголова: тип планеты, примерная среда обитания...
А сейчас что? Выберите ответ на вопрос: сколько конечностей у церберийского пиплохава. Одна, две, пять... Пока тест создавался, биологи сделали открытие. У пиплохава нет конечностей, только рудиментарные хвосты. Но утверждённые Советом вопросы не обойти! И как теперь готовить бурсаков к ...
   - Что это она придумала? - вскрикнула Татьяна Васильевна, когда осознала происходящее в кабинете русской литературы.
Молоденькая оператор трансляции литературоведения, Данилова Ольга Ивановна (землянка, двадцать один год, не замужем), расставляла подсвечники возле небольшого зеркала. Настоящего зеркала!
Но не артефакт взволновал Татьяну Васильевну. Урок литературы готовился для детей с Глории, находившихся в Бурсе по межпланетному образовательному обмену.
Знания лобастых глорианцев ежедневно сражали наповал преподавательский состав, бросали вызов самому Совету. Вчера на физике ушлые детки пересчитали формулу энергоёмкости "кротовой норы" и предложили создать макет установки для её запуска. Но ОТФ, опытный преподаватель (венерианец во втором поколении, трижды вступил в брак на разных планетах и всего на одной разведён), проявил бдительность.
А сегодня против этих гигантов мысли - темноватое зеркало да подсвечники для учебных спектаклей! Нет, замысел милейшей Ольги Ивановны понятен... Ясно даже, откуда он появился... Нужно проучить ОТЛ, чтобы навсегда избавилась от пошлой романтики всех начинающих трансляторов гуманитарных знаний. Ишь, овчину и зеркало пытаются втиснуть в передовые образовательные технологии!
   - Ольга Ивановна, я сегодня буду присутствовать на вашем уроке, - строго объявила Татьяна Васильевна и чуть не задохнулась от удивления: ОТЛ, опустив глаза, присела в реверансе. Что это за неуставные телодвижения?!
   - И потрудитесь провести урок на должном уровне, чтобы не было стыдно за наше учебное заведение! Лидера нового направления в обучении!
   Татьяне Васильевне показалось, что подарочная миниатюрная голограмма - планета Глория - немного повернулась вокруг своей оси и чуть замерцала. Нет, всё в порядке. Это сказывается напряжение последних месяцев: бунт капризных юпитерских подростков, леность землян да свалившиеся как снег на голову глорианцы.
  
   Татьяна Васильевна против воли заслушалась исполнением баллады Жуковского. Есть что-то в Ольге Ивановне, есть...
Мягкий грудной голос переплёлся с ароматом воска и красноватыми отблесками свечей, удвоенных зеркальной поверхностью. Волнение, дрожь ожидания, затаённый страх и отчаянная жажда шагнуть за грань...
Татьяна Васильевна очнулась и посмотрела на глорианских деток. Они равнодушно, со спокойным вниманием разглядывали учителя. Вот же... нелюди. Пусть мозговитые, но совершенно неэмоциональные. Где им ощутить, как в слове оживает мир трёхсотлетней давности, как сакральное парит над научными революциями и заслоняет космические технологии.
  
   Пламя свечей дрогнуло, когда в темноте растаяли последние строки "Светланы". Татьяна Васильевна приложила ладонь к груди, словно пытаясь удержать их. И тут самый упитанный глорианский отпрыск гнусаво и громко спросил:
   - Не будет ли уважаемая ОТЛ любезна повторить последовательность действий героини баллады? Мы были бы счастливы зафиксировать модель донаучного поведения землян.
   Глаза Ольги Ивановны весело блеснули. Нисколько не задумываясь, она весело ответила:
   - Конечно!
   - Нет! - заявила насторожившаяся Татьяна Васильевна. - Нельзя! Это не входит в образовательный стандарт.
   - Содержание баллады не входит в стандарт? - удивился подросток и с наглой требовательностью посмотрел в глаза Татьяне Васильевне. - Количество открытых слогов в тексте входит, а описание обряда - нет?
   - Да ладно, Татьяна Васильевна. Мне не трудно показать, - вмешалась Ольга Ивановна, сняла преподавательскую шапочку и тряхнула рыжими кудрями.
   Татьяна Васильевна знала, что нужно всё это пресечь, но смогла и шевельнуться. Вязкая сонливость проникла под комбинезон, обвилась вокруг шеи, заложила уши.
Если бы знала Координатор бурсы (из первого поколения церберцев, сорок лет, член сообщества отрицания брака), что именно происходило с ней в тот момент!
  
   Ольга Ивановна повернулась к зеркалу и негромко, протяжно заговорила.
Татьяне Васильевне почудилось, будто темнота вздохнула. С каждым словом всё ощутимее становился поток душистого воздуха. Координатору было невдомёк, что запахло ладаном.
Волосы ОТЛ, рассыпанные по плечам, колыхались, вспыхивали золотистыми искрами. Ольга Ивановна почти пропела конечную строку заговора и повернулась к расслабленно мигавшим глорианцам и заворожённому Координатору.
   - Спасибо, уважаемая ОТЛ, - равнодушно прогнусавил подросток, и обучающиеся уткнулись в свои планшеты.
   - И это всё?.. - разочарованно спросила Татьяна Васильевна. - Вообще-то сегодня первый день Святок по старому календарю. Предполагала что-то более содержательное...
   Ольга Ивановна улыбнулась и стала ждать, пока глорианцы будут готовы к обсуждению темы.
   Татьяна Васильевна использовала паузу в уроке, чтобы справиться с обманутым желанием ну хоть какого-нибудь чуда. Глянула на зеркало и замерла...
  
   Желтоватая от времени поверхность не отражала ничего! Будто мутное свечение гигантского бельма подменило древнюю амальгаму. И прошлое подслеповато вглядывалось сквозь временную и пространственную завесу в новый мир.
Татьяна Васильевна протянула руку к пульту управления освещением, щёлкнула кнопкой, но под потолком не вспыхнули лампы. Наоборот, темнота сгустилась вокруг Координатора и встала стеной между ней и Ольгой Ивановной с бурсаками.
"Бельмо" приобрело фиолетовый оттенок, испустило волну седого тумана и начало чернеть. Татьяна Васильевна задрожала.
А когда из агатового мрака, заключённого в раму, вдруг протянулись две руки цвета колец Нептуна, она подскочила со своего кресла в маленькой ложе для посетителей уроков.
Мысль о том, что данный феномен может быть опасен для детей с Глории, даже не пришла ей в голову. Татьяна Васильевна пережила ужас - древний, как Вселенная.
Воздух не попадал в судорожно напрягшееся горло, пол вздрагивал под ослабевшими ногами. Стены накренились, будто собрались упасть.
Татьяна Васильевна не стала кричать, все силы ушли на то, чтобы выбраться из кабинета, увернуться от стен, языков тумана и ледяных прикосновений чего-то невидимого. Она знала: оглядываться нельзя. И всё же оглянулась...
  
   На неё надвигалась кошмарная фигура: верхние конечности со множеством пальцеобразных отростков жадно шевелились, а из пасти с акульими зубами высовывался раздвоенный язык, разбрызгивая слюну.
  
   Татьяна Васильевна завизжала и бросилась в спасительный лабиринт коридоров, от ужаса ничего не видя перед собой. Ткнулась лицом в остро пахнувший мех и потеряла сознание.
  
   Пришла в себя в координаторской. Разулыбалась знакомым лицам: обеспокоенному директору, заплаканной Ольге Ивановне, Фёдору Сильвестровичу, врачу и работнику службы безопасности.
   - Татьяна Васильевна, голубушка, как я рад, что вы очнулись, - сказал директор (лунатик первого поколения, пятьдесят лет, не женат) и подал ей стакан воды.
   - Где оно? - снова встревожилась Татьяна Васильевна, оттолкнула стакан и вдруг расчихалась.
   - Дорогой соотечественник, - обратился директор, любивший церемонные старинные выражения, к Фёдору Сильвестровичу, - будьте добры, вынесите отсюда этот тулуп. Знаете, чем дальше от Земли, тем сильнее аллергия на натуральное...
   - Где оно? - истерично выкрикнула Татьяна Васильевна. - Меня преследовало чудовище!
   - Успокойтесь, голубушка, - ласково молвил директор. - Не было никакого чудовища. Всё это... как бы сказать... не настоящее.
   - Я не подвержена галлюцинациям! - заявила Татьяна Васильевна. - Меня тестировали, я все испытания прошла!
   - Не нужно волноваться, всё позади. И это была не галлюцинация, - продолжил успокаивать директор, потом строго посмотрел на Ольгу Ивановну.
   - А... так вы меня загипнотизировали! - обрушила гнев на ОТЛ Татьяна Васильевна. - Захотели отомстить за контроль и постоянные замечания! Решили, что я оказываю на вас неоправданное служебными целями давление!
   Ольга Ивановна разрыдалась.
   - Мотив мести за служебное преследование верен, - грустно, но твёрдо сказал директор. - Опять же Ольга Ивановна ни при чём. Вот, послушайте.
   И директор взял пульт.
  
   На экране появился кабинет психолога. Бесстрастные глорианцы закончили заполнять какие-то тестовые бланки.
   - Значит, этот прибор помогал вам так быстро усваивать знания? - возбуждённо спросил психолог.
   - Конечно, - меланхолично ответил толстый подросток. - Он стимулирует мозговое вещество, активизирует и синхронизирует биоэлектрические процессы. Мы его называем миелопрессор, потому что он может действовать... в... разных направлениях. А также донести любую мысль до другого индивида.
   - А почему вы задействовали прибор в другом направлении именно на уроке литературы? - поинтересовался психолог. - Вам не нравится предмет? Или ОТЛ?
   - Нам не нравятся стандартизированные знания, - лениво проговорил глорианец. - Мы предпочитаем личностный подход.
  
   Директор выключил экран и сделал коллегам знак выйти из координаторской.
   - Я видел запись происходившего на уроке, - обратился он к Татьяне Васильевне. - Действительно, не было никакого чудовища. Просто глорианцы одновременно передали вам некий не существующий в реальности образ...
   - Нелюди... гады... бесчувственные... - прошептала Татьяна Васильевна, и горькие слёзы потекли по её щекам.
   - Ну что ж вы так, голубушка, - укоризненно сказал директор. - Вовсе не бесчувственные. К примеру, очень любят своего преподавателя и готовы его защитить. Хотя и родились на Глории, но ощущают связь с земной культурой, традициями.
   Татьяна Васильевна вспомнила замерцавшую голограмму, вызов в глазах толстяка... Покраснела и еле вымолвила:
   - Мне ужасно стыдно...
   - А я горжусь вами, - неожиданно заявил директор и, встретив недоумевающий взгляд Татьяны Васильевны, объяснил: - Вы так вдохновенно слушали чтение баллады.
  
   Вечером свет звёзд гладил купол орбитальной станции. Время и пространство дрожали в крохотном карманном зеркальце, доставшемся Татьяне Васильевне от прапрапрабабушки. "Суженый, ряженый...", - шептала Координатор и улыбалась, потому что точно знала, кого увидит в зеркале.
  
  
0
181
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!