Римма и маленькие обжорки

Форма произведения:
Рассказ
Закончено
Римма и маленькие обжорки
Автор:
Elina
Связаться с автором:
Аннотация:
Однажды девушка Римма Готова, отдыхая летом в дачном домике, обнаруживает народец, имеющий свои привычки и слабости
Текст произведения:

Римма Глотова отдыхала с детства в дачном доме, вокруг которого росли липы с зелеными размашистыми кронами. За окнами зеленела полянка. Дом был хороший, сухой, но только для лета. Три комнаты, большая просторная кухня с электрической плитой, конфорками и вытяжкой над ней. На стене – натюрморт с арбузом.
Вечером зажигала на кухне абажур, красный, с бахромой - он создавал уют. На полу кухни была постелена ковровая дорожка. На стене висели шкафчики со стеклянными дверками, столешницы.
Римма стала замечать, что по ночам на кухне что-то копошилось. Думала – мыши, что ль? Домик-то в деревне. Не полтергейст же!
Один раз вечером услышала шорох и пошла на кухню прямо в пижаме. Только пришла – шорох прекратился. Утром решила попить чай и заметила – трех шоколадных конфет не хватает!
Можно было погрешить на мышей, но дома давно их не бывало.
Каждое утро, наливая кофе, замечала – то одной печенинки нет, то трех конфет. Римма рассказала об этом подруге Ленизе.
– Маленькие обжоры! Ничего поделать не могу! – засмеялась Римма.
– Дома завелась маленькая сладкоежка, которая любит конфеты! Купи мышиный яд или мышеловки, – ответила Лениза.
Римма не сказала никому, но мышиный яд покупать поколебалась. Решила окончательно убедиться, мыши это или тараканы, поставив мышеловку. А мышеловок в доме нет, была старая, и то выкинули, как оказалось.
– Залезли ко мне в целях полакомиться, – как-то раз жаловалась подруге Римма.
– А может, просто ты все ешь и сваливаешь в подсознании? – хитро улыбнулась Лениза.
– Нет, они обгрызли торт, который я купила на День Рождения.
– Ты не поправилась?
– Нет, лето – слежу за фигурой.
***
Прошел день. Было жарко. Пушистые липы за окном подергивались от легкого ветерка. Римма собралась на улицу, но вдруг неожиданно услышала шорох на кухне. Пошла проверить, тихо, медленно. Шорох повторился, как раз в тумбочке. Римма заглянула…
Ее словно током ударило – в пакете, где лежали конфеты со сгущённым молоком, сидела крошечная куколка с ярко-накрашенными глазами, в фиолетовом платьице. Римма остолбенела. Куколка пошевелилась, вытаскивая из мешка очередную конфету. Римма поняла – она живая! Тут же заметила, что у нее два стрекозиных крыла! Девушка схватила ее в руки, желая рассмотреть!
– Что? – тихо вскрикнула «куколка» и толкнулась.
– Ты что тут…
Римма еле-еле говорила.
– Хочется полакомиться на ночь, не боясь испортить фигуру.
Римма была уверена, что это розыгрыш, или игрушка. Но нет!
– Ты кто?
– Ты тут живешь? – снова спросила «куколка».
Римма пыталась верить произошедшему или хоть как-то понять ситуацию, разобраться. Римма автоматически выпустила ее, ту, которая облюбовала дом в поисках пропитания... А та схватила две конфеты и поволокла. Римма проследила, как «куколка» старается быстро дотащить ношу до двери.
Но вскоре все забылось. Девушка вышла на улицу. В конце августа дни солнечные, хоть и не слишком жаркие. Римма подошла к озеру, расположенному недалеко от улиц, спустилась к воде. Давно не была у воды так близко, – подумалось. Вокруг никого, только она.
На другом берегу пруда был «Дом Подарков». Это название придумала Римма, причем с детства. В Новый Год и Дни Рождения она покупала там подарки. Это ближайший к ее дому хороший магазин. Там самообслуживание, как в супермаркете. Был отдел, где продавались конфеты – шоколадные в коробках, карамель в ярких фантиках, леденцы на палочках, драже, полосатые в виде крючков. На выходе можно было выпить чашечку кофе с прекрасными пирожными. На витрине висели огромные картонные конфеты.
Вспомнилось, как однажды Римма под Новый Год покупала торт. Очереди не было, только женщина с пакетом, на котором был нарисован шпиц в костюме. Под потолком висели муляжи пряников, красные шарики, елочная мишура. Продавщица Селестина, коротко ее звали Лес, работающая давно, была в ободке символа года Мыши.
Римма узнала магазин в десять лет, тогда она была кудрявой девчонкой с большими глазами, летом любила ходить в платье. Помнила, как первый раз зашла туда одна….
Сейчас Римме уже двадцать пять, и волосы теперь длиннее, но этот магазин так и остался самым любимым. Летом приятно обогнуть пруд, перейти через маленькую асфальтированную дорожку, ведущую к магазину, потом зайти и …

***
День Рождения Риммы в середине августа. Скоро ей исполнится двадцать шесть. К торжеству покупала конфеты в «Доме Подарков», выбрала коробку за 200 рублей. На именины Римма готовилась к чаепитию, поставила на стол вазочку с купленными вчера конфетами. Приятно справить День Рождения, да еще выходной, лежать на кровати и смотреть в потолок, когда ждешь гостей.
– День Рождения и с чудом! В детстве ждала чудес, а во взрослом возрасте увидела! – незаметно улыбнулась воспоминанию.
Римма услышала шуршание. Думала – гости, но поняла, что оно совсем рядом. Вдруг заметила, что около вазочки на столе что-то шевелилось. Это же та самая «куколка» сидит на пустой конфетнице! Римма долго рассматривала чудо. Существо слезло с вазочки. Римма снова не могла поверить ситуации.
– Наколдуй вкусненького, – голосок прозвенел, как маленький колокольчик.
– Ты меня приняла за фею? Я же не конфетная фея, – Римма засмеялась, осознанно идя на контакт. Куколка встала важно, подбоченясь.
– Ох, как жалко! – сказала «куколка».
Римма уже верила в происходящее. Пыталась додуматься – кто такая эта…
Приходили гости. Среди них Лениза. К счастью, Римма успела убрать вазочку, разрезала торт. Зазвонил телефон – это мама.
– Вот сидим, тортик скушали, кофейку попили, – рассказывала девушка, беря трубку. Про загадочное не сообщила.
***
На следующий вечер Римма, наливая себе чай, увидела на кухне что-то яркое. Подошла к столу. Под тумбочкой мелькнуло красное. Только она начала всматриваться, как заметила в ящике стола лимонно-желтое пятно. Голоса, похожие на мышиный писк, раздавались из тумбочки. Римма замерла. Красное мелькнуло снова. На этот раз Римма подошла ближе. Оно застыло и оказалось крошечной фигуркой. Римма схватила мальчика, одетого в костюм клубники, причем натуралистичный. Он запищал. Римма посадила его на стол.
Желтое тоже очутилось рядом. Ой, это тоже крошечный мальчик, но в костюме лимона! Тут же зашуршало снова в ящике стола. Римма заглянула и туда. А там еще один – уже в апельсиновом костюме! Римма словно в бреду. В лимонном костюме уже скрылся, а другой остался. Римма рассмотрела его – он старался не убегать. А тот, который в апельсиновом костюме, вылез и встал рядом. Девушка взяла их в руки. Они замерли.
Волосы у них разные, но лица похожи. Уши оказались немного заостренными, как у эльфов. Костюмы сшиты из неизвестного материала, на ощупь ни на что не похожего.
Внезапно раздался писк. Римма увидела недавнюю «куколку». Она будто приказывала их отпустить. Римма невольно послушалась, посадила их на стол. Куколка выглядела озлобленной, свела брови и сморщилась недовольно. Появился и тот, в костюме лимона. Римма для виду оглядела кухонный стол. Взгляд упал на банку с кофе. И что? – там заметила еще одно маленькое существо, уже с черными торчащими волосами, в темноватой кофточке. Оно уже не пряталось, рассматривало банку с неподдельным интересом и принюхивалось.
Около электрической плиты увидела еще двоих. Одна в розовой шапочке и в розовом бантике на изящных шортиках, а другой – в коричневой шапочке и комбинезончике того же цвета. Наблюдение за ними ей напомнило высматривание муравьев. Куколка что-то пропищала. Римма от любопытства наклонилась, позволяя нашептать в ухо.
– Это они. Это брат и сестра!
Римма поняла – она может понимать их речь еле-еле из-за тихого голосочка, похожего на шелест ветра. Ее голос для них кажется громким, но она поняла – не боялись теперь. Они друг друга называли по именам, и так она с ними невольно познакомилась.
Стало ей забавно, старалась не напугать их своим голосом, выработала особый тембр. Метнулась к шкафу, достала остатки торта и положила на стол перед ними, еще принесла три конфеты, оставшиеся после Дня Рождения. «Куколка» подошла.
Все крошечные непонятные существа столпились около принесенного. Между ними начался какой-то разговор. Они построились в ряд по ранжиру, а «куколка» ходила около них, словно полководец, осматривая строй. Римма решила поучаствовать в их разговоре.
– Вот это со сгущённым молоком! – сказала Римма и подтолкнула конфету к ним.
– Ничего себе! Красиво! Конфеты! О!
– Я не люблю конфеты! – это сказал «Апельсинка».
– У меня нет зубов, я шоколад жру, – тихо заметила один из двух, в розовой шапочке и в розовом бантике на изящном комбинезончике. Голосок тоненький. Римма поняла – это существо женского пола.
Второй посмотрел на спутницу удивленно.
– Я шучу. У меня все нормально, – сказала та самая и показала маленькие зубки. Римма боялась их напугать. За окном больше стемнело. Дверь пока не закрыта на замок. На стене в тени натюрморт с арбузом. Скоро сладостей уже не осталось.
Римма вышла во двор, на прохладу, чтобы перевести дух. Летний свежий воздух приятен. Небо вдали розовое. Вокруг тихо, Другие дома расположены поодаль.
– Хорошо, что никто не знает, что происходит у меня на кухне. Даже голосов никто не слышит, – подумала она, – А то потом доказывай.
Римма готова была сколько угодно наблюдать сценку на столе. Решила уйти домой, в комнату, посидеть на кровати. Позже пришла на прежнее место. На кухне пусто. Взгляд ее упал на тарелочку, где лежали конфеты. А тарелочка – тык-тык-тык! Пошла! Римма остолбенела. Тарелочка прошла до конца стола и остановилась. Из-под него вылез один из человечков в костюме (клубники) и тоненько засмеялся.
Скоро заметила еще одного, в костюме лимона. В конце концов, она осталась наблюдать за ними до утра. Наутро потом они сами разошлись, каждый в свою сторону.
На следующий день она налила им чая, в чай положила меда, выжала лимонного сока, именно учитывая того в лимонном костюме (его звали Лимонка).
Пока трое, включая его, подошли к чашке, которая для них казалась ванной, и стали пить, она незаметно присела на корточки и подслушала разговор Лимонки и Апельсинки.
– В чай меду переборщила. С лимоном смесь получилась. Ненавижу мед!
Римма тут же налила чай без меда, но с лимоном. Видно, они поняли, что она их слышит. На лице Лимонки застыло удивленное выражение.
Римма начала к ним привыкать. Лимонка стал на кухне чего-то искать. Человечек ростом такой же, как все, волосы у него светлые. Костюм лимона похож на настоящую лимонную кожуру. Римма поняла, что он любит лимоны, хоть они кислые.
Вечером было тихо. Никто не звонил, в том числе и подруга Лениза. Римма не забывала о чуде. Судя по погоде, тепло уходило безвозвратно. Только Римма закрыла в комнате занавески, как услышала звук, будто открывались дверцы шкафа на кухне. Словно призрак! После увиденного уже ничего не страшно, поэтому она уверенной походкой подошла к деревянному шкафу, посмотрела туда. Да, это снова они. Теперь только Лимонка и Апельсинка.
***
У соседки тети Маши был День Рождения. Она самая близкая к Римме, в любой критической ситуации девушка обращается к ней. Соседка давно жила в своем доме, в разговоре с Риммой часто и много рассказывала про свою бабушку, как та любила наряжаться в цыганские шали, яркие юбки, однажды даже показывала вещи в старинном сундуке. Вообще, много в ее доме антикварных вещей. Прабабушка тети Маши рассказывала, что однажды видела домового – он сидел на сундуке.
Сегодня она пришла, и, как всегда на ее дни рождения, принесла угощения.
Одета тетя Маша была нарядно, в красивое голубое платье, с яркой шалью на плечах.
– Угощайся, у меня День Рождения! – сказала она, обняв Римму.
– Поздравляю Вас с праздником! Желаю всего хорошего! Счастья и удачи! – сказала Римма, обнимая тетю Машу.
Римма узнала по логотипам на пакетах, что та принесла сладости, купленные в Доме Подарков. Это оказались профитроли и коробка конфет-бутылочек.
Римма достала коробку фруктовых профитролей. Скоро раздалось шуршание. Римма краем глаза заметила что-то разноцветное под столом. Заметила двоих – один в розовом, другой в коричневом. Это Шуга и Гаш! Сделала вид, что не заметила. Тетя Маша прислушалась. Пока отвернулись, шуршание усилилось. Когда достали профитроли, шорох усилился. Римма поставила чайник.
– Может, чая попьем? Ведь у меня же тоже недавно был День Рождения, хотела Вас пригласить, но Вы уезжали в город к сестре.
– Да, ездила, – ответила тетя Маша, присаживаясь на диван.
Стала отвлекать тетю Машу расспросами, чтобы она не слышала шороха. Заметила на столе еще одного – теперь в костюме клубники. Потом Шугу и Гаша – уже в другом месте.
Вдруг Шуга оказался прямо около коробки с фруктовыми профитролями. Тетя Маша, похоже, заметила! Римма замерла. Не знала, что сказать! Но соседка восприняла появление маленького человечка как нормальное явление.
Скоро около коробки оказался Клубника, затем – прочие, как муравьи. Она поняла – увидели. Они начали делить: профитроль с желтым кремом – предназначен Комме, с зеленоватым – Шуге, а остальные другим, кроме Лимонки и Апельсинки. Тетя Маша сказала, к удивлению Риммы: «Ишь, какие!»
– Кто? – еле выдавила Римма.
– Обжорки, бабушка так их называла.
Римма удивилась спокойствию тети Маши, а та продолжала: «За моим домом пень, весь гнилой. Один раз заметила – он весь скрыт высокой травой. Как не прокашиваешь, там снова трава. Когда скосила, заметила маленькие росточки клубники… Маленький домик, беленький. Хотела снести. Он внутри как настоящий. Окна, закрытые занавесками. Вечером решила проверить. Вокруг пахло скошенной травой, летали светлячки.
Подойдя близко, заметила – на клубничном ростке кто-то маленький шевелится. Подумала, насекомое. Для интереса наклонилась, а это маленький мальчик. Увидев меня, он спрятался за листик. Сорвал одну ягоду. Позже я поняла, что он питался клубникой. Не верила, что он живой».
Римма удивлена. Тетя Маша не отгоняла их от профитролей, налила чай. Римме тоже кое-что досталось из сладостей. Они сновали вокруг профитролей, надкусывали, облизывали – тоже справляли День Рождения.
Римма поняла, почему обжорки не спрятались от тети Маши – они ее знали. Соник старался укусить побольше, открывал широко рот, ухватывая крошечные кусочки. В итоге поднадкусывал, сколько мог.
Смешно! – мысленно прокомментировала она, когда он второй раз откусил большой кусочек фруктового профитроля. Соник получил прозвище за манеру спать постоянно, конечно, когда не ел. Один раз кто-то о нем сказал: «Да, спит в одном ботинке».
Конфеты «Мартини» и с ликером в виде бутылочек неустойчивые, но их все-таки поставили на стол. Римма принесла соломинку – обычную травинку, пустую внутри, разломила на две части. Шуга проделала дырочку в конфете, просунула соломинку внутрь. В итоге двое попробовали начинку-мартини, потом начали сильно веселиться.
Одной конфеты хватило на двоих. Раскраснелись, Гаш прилег. Римма пребывала в шоке.
– Ты когда уезжаешь? – спросила ее тетя Маша.
– Скоро. Лето заканчивается.
Позже тетя Маша ушла. Все человечки попрятались в тумбочку на кухне.
***
Римма зашла в кафе. Была акция: «Кофе в подарок». Девушка вспомнила о Кофике, том самом маленьком любителе кофе с торчащими черными волосами.
Близ «Дома Подарков» была кофейня, там подавали особые виды этого напитка, необычные, названные «Феликс Фелицис», «Экспекто Патронум и другие. Римма очень давно здесь давно не была.
Вошла в долгожданную экзотическую кофейню – синие стены, прохлада, тишина, помещение маленькое. Под потолком висели большие зерна кофе, на которых раскачивал лувак, кофейный запах шел из калорифера. Чашки были в форме кофейных зерен, только с ручками. Столики тоже напоминали зерна.
Сумку положила на стол, почувствовала – что-то в ней новое, услышала и поняла в чем дело, когда открыла, чтобы достать кошелек. Девушка испугалась – что теперь будет? На дне сумки сидел Кофик, довольно улыбаясь. На ремне у него висели два мешочка с кофейными зернами размером с чайный пакетик, соломинка и ложечка. Рядом была крошечная чашечка, наполненная кусочками сахара.
Когда он выскочил, она стала его ловить. Скоро кто-то из посетителей оглянулся на нее, так что пришлось сделать вид, что она просто смахивает крошки со стола. Заказала кофе. Следила за удивлением, как Кофик расположился на столе у бариста, но тот его не замечал.
Выискал по запаху все виды кофе за стойкой у бариста. Когда нашел любимые, сел вместе со своей чашкой к большой для него чашке, с маленькой трубочкой в руках. Втихаря попробовал весь кофе, положил туда кусочки сахара, которые были у него собой. Обычно он добавлял сахар, когда было не сладко, вот и сейчас Римма увидела – бросил маленький кусочек сахара. Римма рассмеялась, ей одновременно и нравилось, и нет.
Она отвлекала бариста разговором, попросив чашечку с водой разбавить кофе. Сама незаметно схватила Кофика за шкирку, отчего он досадливо крякнул, зажала в ладонях, потом посадила назад в сумочку и закрыла защелку. Затем сжалилась, посмотрела, что он там делает. Он был напуганный, и пришлось его выпустить. Посадила рядом со своей чашечкой, прикрыв ото всех платяной салфеткой на всякий случай. Он сразу стал веселым. Привычным жестом запихнул в чашечку соломинку, и стал потягивать кофе со свистом. Римме смешно.
Позже она вообще сделала открытие: если в речи попадались слова в рифму к «кофе», то Кофик непременно выбегал и стоял в ожидании, например «морковь», «кофр».
– Ох, перепробовал все виды, начал сначала с капучино, потом эспрессо…,– шутливо заворчала она, Но он не реагировал. Сидел, довольный и икал. Кофе его взбодрило и надолго, как поняла Римма, он плохо спал. Точнее, вообще ночью слышала писк, по тембру напоминающий именно его – он, видно, с кем-то разговаривал, тогда как других не было слышно.
С пор тех брала Кофика с собой, когда ходила пить кофе куда-нибудь. А однажды, в конце августа, Римма незаметно взяла других – Шугу, Комму, Соника, пригласила так же подругу Ленизу и пошла с ними в кафе в «Доме Подарков». Маленькие друзья поместились у нее в дамской сумочке. Решила побаловать Комму, она завоевал у нее симпатию.
Римма садилась часто за один и тот же кофейный столик. Продавщица Селестина узнала ее. В Доме Подарков мало покупателей. Одна женщина спрашивала про торт «Фантазия», и еще про что-то из теста. Подошли к прилавку.
– Надо на десерт что-нибудь сладенькое забацать, или круассан с шоколадом, – решила Лениза.
– Слойка провалится, а сэндвич останется, – добавила Римма. Подруги сели за стол. Римма открыла дамскую сумочку и смотрела туда краем глаза.
Она слышала их диалог, но его можно было понять только если очень вслушиваться.
– Откуда писк? – внезапно спросила Лениза. Римма сделала вид, что не слышит, а сама насторожилась.
Думая, что там происходило, девушка невольно засмеялась. Когда поели, решила купить еще конфет с собой (для Коммы, Шуги и Гаша, конечно).
– С ананасом есть что-нибудь? – поинтересовалась для вида у продавщицы.
– С ананасом? – уточнила Селестина.
– А что-то смородиновый давно не был мусс, – Римма вступила с ней в диалог, набирая пакеты с конфетами – стараясь накупить вкусного для Коммы. Она наклонилась к дамской сумочке и услышала: «Три зеленых, одну бежевую». Говорили про макаруны.
– Тирамису. Капуччино, пирожное или мусс, – пищали они наперебой.
– Мне кофе, – пискнул кто-то.
– Мне кофе, – повторила девушка и нагнулась в сумочку, как будто ища что-то, и громким шепотом сказала: « С чего это Вы стали пить кофе?»
– Как это? Я же всегда пил кофе.
Она не поверила своим глазам: Кофик сидел со всеми! Ну и проныра!
– Какой? – спросила Римма вредным голосом.
– Капучино, – пропищал Кофик.
– Холосе, – спаясничала Римма.
Один покупатель разговаривал с Селестиной. Видно, просто, зашел поговорить, пообщаться, не настроен на покупки: «Профитроль какой красивый».
– Где? – спросила продавщица.
– А, вот. Да, видно кто-то в ударе был, – сказал он.
Селестина, отвлекаясь, набирала для Риммы под удивление Ленизы. После того, как накупила, заглянула в полный пакет, а потом в сумочку.
Если очень напрячь слух, можно было услышать такое:
– Ты все не съешь, – сказала Комма.
– Обижаешь, – усмехнулся Гаш.
– Я все буду есть, – сказала Шуга. – Ну, шоколадку мы съедим, может быть.
– Не едят шоколад. Сначала едят это, потом шоколад, – пояснила Комма, указав на пирожное Павлова.
Девушка расплатилась за все и пошла с Ленизой.
Та не задавала больше вопросов.
***
Придя домой, Римма достала купленное из пакетов и положила на кухонный стол. Потом выпустила из сумочки спутников. Случайно обнаружив мятную жвачку в кармане, добавила: «Кого угостить жвачкой». Попробовать захотела Шуга. Римма объяснила, что ее жевать, а не глотать.
Скоро привыкла и к остальным, в том числе Лимонке. Научилась понимать его слова. Один раз принесла ему целый лимон, а он сказал: «Лимон немытый». Помыла, порезала на куски. Позже отдавала ему лимоны из чая, даже кожицу. Ему тоже нравилось, казалось ей, что от чайного лимона он полнеет.
Комму кормила сладостями. Та скоро начала просить, чтобы та принесла угощения. Начала намекать, чего купить. Она оказалась намного женственнее, чем на первый взгляд. Намекала жестами, писком.
– Пряников?
– Нет, не пряники. Зефир, зефирчику купи.
Римма покупала именно для нее, часто в «Доме Подарков». Римма никому пока не говорила о своей тайне. Все видели, что она стала покупать много сладостей, думали «для кого покупает?», знали, что она не фанат сладостей.
Когда она заходила в магазин, то нарочно Селестине говорила, что ждала гостей и покупала сладости к чаю. Купила много всего – творожный мусс, мусс шоколадно – клубничный, чизкейк, панна-котту, коктейль «Три шоколада», еще зашла в кафешку прихватила для них две булочки со сгущенным молоком – «Сластену» и «Сладкоежку». Обжорки ели мало, но

любили разнообразие.
Римма принесла конфету – леденец с единорогом. Комме она понравилась больше всех, хоть размером для нее крупная. Она съела ее одна, хоть процесс поедания длился очень долго. Сначала испугалась нарисованного единорога, а потом…
Когда поела, ее стрекозиные крылышки начали стрекотать.
У Лимонки и Клубники были маленькие крылышки стрекозы, а у Шуги и Гаша, Кофика и Соника не было крыльев.
Один раз девушка принесла чизкейк к чаю. Подвинула рядом с Соником, он стал есть. Она всегда умилялась, когда Соник готов съесть больше себя. Но весь, конечно, не съел. Потом опять уснул в чашке. Доели чизкейк остальные.
Апельсинка любил апельсиновый сок и апельсины. Они ему нравились в любом виде. Как-то Римма принесла домой апельсиновый десерт. Он ел вместе с ней, жадно.

***
Август уже заканчивался. Римма готовилась к отъезду в родной город Опальск, собирала вещи. Надеялась, что маленький народец забудет, а она никому не скажет. Перед отъездом отдала им остатки сладостей. Но про отъезд ничего им не говорила. Тетя Маша пришла проводить уезжающую. Девушка понимала, что маленькие друзья будут жить теперь у нее.
Конец августа, день поездки, был дождливым. Уже пахло сентябрем, во дворе валялись желтоватые листья. Римма вспомнила рассказ тети Маши о маленьком доме около пня. Хотела бы она сама сделать им домики.
Девушка ехала в электричке. Народу было много. Сбоку в вагоне громко разговаривали.
– Некурящий человек, – сказал кто-то немного со смехом. Римма тоже показалось смешно. Она была рада приехать в город.
Никому пока решила не рассказывать про обжорок, иначе не поверят. Вспоминала смешные ситуации с Лимонкой и Клубникой, Кофика...
Начало сентября было солнечным. Городская квартира Риммы многокомнатная, на восьмом этаже. Кухня просторная, из окон вид на высокие дома. Раньше она тут жила с родителями, а теперь они жили отдельно.
Римма купила апельсинового сока, потом пришла на кухню. Одна в квартире. Налив стакан оранжевой жидкости, решила включить телевизор в спальне. Включив, вернулась за стаканом.
Тут же остолбенела от удивления: ее стакана не было, а вместо него стоял Апельсинка с маленьким стаканчиком того же сока.
– Ой, ты тут откуда? – воскликнула Римма.
Он начал пить сок медленно.
Римма же старалась не вывезти их из деревенского дома, проверяла все вещи, когда уезжала. Как он сюда попал?
Квартира, видно, ему понравилась. Две комнаты, кухня просторная. Он бегал по кухне, потом захотел жить в шкафчике. Римма поняла – придется всем сказать о «новом госте», уже не спрячешь. Как он тут очутился? Она, когда собирала вещи, оставила сумку открытой. Скорее всего, Апельсинка незаметно юркнул под вещи, сжался, притаился. Как она могла не заметить его яркий костюмчик или крылышки?
Как вернуть его назад?
Сок пил каждый день. Как-то купила для него апельсин. Когда порезала на куски и подала, заметила на столе … еще что-то маленькое! Это Соник. Он спал на той же чашке с драконом.
– Не хватало еще! Как теперь объяснить Ваше существование? Если Вас кто-то увидит здесь – как я объясню?
Римма в шоке.
На следующий день Римма шла со своим другом Сашей по улице. Он ел булку. На пути фитнес-клуб «Рыся».
– Что за бзик у них, – проворчал Саша Ширанков.
– У кого? – не поняла девушка.
– Вот, наешься печений-кошек и потом пойдешь в тот фитнес-клуб сбрасывать вес, – сказал он.
Это, конечно, к Римме не относилось, просто ей стало смешно. Она вспомнила, что Селестина называла «рысью» печенье в виде кошачьей мордочки. Сразу подумала: в городе такие не продаются.
К счастью, она это печенье не очень любила. Но вспомнила, как хотела покормить ими Комму и Апельсинку.
– Неделю будешь ужинать огурцами, неделю будешь ужинать стейками. Кругом одни пекарни и булки, – проговорила Римма.
– Я просто все сжираю за один день, может, выпьем какого-нибудь йогурта или смузи? – ответил парень.
– Не надо.
– Решила худеть? – осведомился Саша.
– Решила не есть.
– Пошли в кино, – предложил Ширанков.
– В кино? – переспросила девушка.
Осень солнечная была. Не знала, когда в следующий раз поедет на дачу, но понимает, что их надо везти и очень строго запретить прилетать –Апельсинка способен на дальние перелеты, а Комма – нет.
***
Когда девушка шла на работу, с удивлением почувствовала, что сумочка стала чуть тяжелей.
Недавно на работе поставили новый компьютер, две женщины – сотрудницы Риммы пили кофе.
– Набрать, что ли, от чего таблетки такие, можно ли принимать, если болит голова, – протянула одна из них.
Другая отвечала невпопад.
– Кусковой сахар. Ты сластишь?
– Я и так сладкого не ем!
– Мне этого куска достаточно!
Однако некоторые куски сахара были на полу, некоторых вовсе не хватало, судя из разговора сотрудниц. Что такое? Завелся полтергейст. Когда Римме сказали, она почувствовала неладное, но виду не показала. Ближе к вечеру, когда собиралась домой, заметила в сумочке шевеление. Поняла – там что-то есть. Открыла – а там Кофик! Приветливо подмигивая, он лежал на дне. Ей сразу пришла на ум песня «Четыре таракана и сверчок».
Весёлая компания
Под крышкою сидит
И, распевая песенки, усами шевелит.
Римма в шоке. Будто ей снится, но это был не сон. Глазам своим не верила, старалась не вскрикнуть. Она понимала его не легче, чем остальных. Пока рядом никого не было, наклонилась к нему.
– Сегодня пил кофе с сахаром, – пропищал он.
– Выпил? – спросила удивленная Римма.
Да, обворовал кофе и сахар везде, в том числе и директорский, наверное, поняла девушка.
Потом она забрала его домой.

***
Высокий бежевый дом. Пешеходный переход, светофор. На улице была холодная погода. В сумке копошился Кофик. Наверное, замерз. Римма уже подходила к дому. Пройдя пустующую детскую площадку, песочницу с собачками, качельки, маленькую горочку с нарисованным слоником, вошла в подъезд. Заметила – на почтовых ящиках, висящих на лестничной площадке, налипли кленовые листья. Осень была уже в разгаре. Войдя, Римма увидела – Опалислав спал на столе, сонный, довольный. Называть «Апельсинкой» его было уже невозможно. Он поменял имидж, придумал себе новое имя. Сейчас спал с кусочком колбасы прямо на доске, около жареной курицы. Он поел и лег спать. Объел колбасу, но курицу не съел.
Девушка налила горячего молока ему на случай, если он проснется.
Она аккуратно сняла его с доски, убрала курицу.
Кофика вытащила из сумки, он куда-то убежал.
Скоро Опалислав проснулся, открыл темноватые глаза.
– Вставай, – приказала Римма.
Он попытался встать, зашелестел крылышками, ничего не получилось. Тогда она поняла: сильно переел.
– Вот что бывает, когда ты меняешь свое питание. Ел апельсины – легкий был, – сказал Римма, убирая чашку с молоком от него. – Где костюмчик твой?
На нем была одета незнакомая одежда поваренка. Римма не знала, где взял ее. Но со временем она, протирая пыль со стола, нашла под скатертью скомканный костюмчик апельсина.
– Ну и припрятал! Маскировщик-поваренок, – усмехнулась.
Сделала вид, что не заметила. Сжав в кулаке, спрятала в ящике стола. На ощупь одежка похожа на настоящую кожуру, плотная, материал непонятен.
***
В конце осени к Римме приехала мать. Девушка налила ей чая. Римма открыла шкаф, чтобы взять пакет с конфетами, а там, как оказалось, были Соник и Опалислав. Они быстро разбежались в стороны.
– Ой, мыши! – вскрикнула мама Риммы. У нее плохое зрение, она не разглядела мелких человечков, приняла за мышей. Римма для виду поддакнула.
– Надо вызвать дезинфекторов, чтобы морили мышей.
Римма согласилась, чтобы успокоить маму, наобещала сделать.
Когда мать ушла, она нашла всех троих: Кофика, Соника и Опалислава, начала им говорить: «Вы не должны тут жить. А то Вас поймают, посадят в клетку, будут изучать. Так что я Вас отвезу обратно».
Римма увещевала их, подпугивая.
Опалислав, видно, не захотел. Ему понравилось в городской квартире, он тут и имидж поменял. Но девушка продолжала.
– Ваше место не здесь. Вам тут будет хуже. Вас посадят в клетку, как хомяков.
– А что такое хомяк?
– Зверек такой, больше Вас, но меньше меня. Еще они очень жирны, как Опалислав.
Опалислав стал поворачиваться во все стороны, смотрясь в полированную ложку. Его живот подпрыгивал из стороны в сторону, бока свисали.
***
Римма в выходные повезла их на дачу. Они не хотели лезть в рюкзак, но она уговорила, насыпала туда всяких вкусностей.
Девушка с удовольствием ехала на дачу в электричке, предвкушая, что они вернутся в свой дом.
Рассчитывала переночевать у тети Маши из-за холода. Отопления не было, дом летний. Она никогда в холодное время туда не ездила.
Римма свернула с дороги на тропинку, пошла к «Дому Подарков», купила много гостинцев к чаю и вернулась на дачу. Она даже не захотела заходить, представила, что там холоднее, чем на улице. Дом казался отстраненным и чужим. В палисаднике пожухлая мята, липы сбрасывали оставшиеся листья, как одежду, и готовились к зимнему сну.
Римма пошла к соседке. Вошла во двор, там было уныло, пусто. В загончике белели куры. Собака залаяла, вылезла из будки. Девушка испугалась, потом начала задабривать, разговаривать. Собака вспомнила голос и успокоилась.
– Надо найти пень. Может, сразу высадить их туда, – решила она. По описаниям тети Маши быстро нашла его в саду. Он был весь гнилой, засыпанный листьями. Рядом сухие ростки клубники. Она присела на корточки, чуть не на коленки встала.
А там маленький домик, беленький. Если не знать, куда смотреть, можно ничего не заметить. Рядом стоял чемоданчик, крохотный. Около чемоданчика что-то шевелилось. Римма нагнулась – это оказался кто-то из маленького народца, но не

знакомый человечек.
Посмотрела поближе. У него светлые волосы, розоватое лицо, Римма поняла, что он такой, как ее друзья, но только немного другой – неухоженный, отстраненный, одежда была сделана из листьев и с оторочкой мхом, на голове шляпка от желудя...
Она хотела выпустить туда своих, но передумала. Услышала – открылась дверь дома.
– А я думала, что это собака лает, а это ты, Риммочка! – удивилась соседка.
Пошла к тете Маше. Дома у нее тепло, натоплена печь. На столе самовар.
Римма достала сладости, купленные в «Доме Подарков». Коробка конфет была облеплена обжорками. Сразу вспомнилось, как видела на рынке печенье, облепленное осами. Тетя Маша взяла тряпку и стала их, как ос, отгонять. Те плюхнулись на стол.
По столу бежали остальные: Комма, Шуга и Гаш, Лимонка и Клубника. Шуга что-то пропищала в ответ и полезла на стол. Римма помогла ей влезть. Больше всего их интересовали не гости, а сладости, хотя на столе было варенье.
Клубника, видно, не узнал Апельсинку в новом имидже – встал со стола, начал пищать. Опалислав снял поварской колпак, показал лицо и волосы. Теперь узнал.
– Ой, это ты! А я не знал! – дружески похлопал по плечу и обнял, продолжая есть свое варенье. Комма взяла крошку от конфеты, которые лежали в вазочке на столе, тоже встала, начала что-то пищать громко. Римма поняла – она ругалась, отчитывала за то, что они убежали. Комма вела себя как командир. Шуга и Гаш по-прежнему сидели и ели варенье, к которому их приучила тетя Маша, взамен мороженого и разнообразных сладостей.
– Какие Вы молодцы, – похвалила Римма, нагнувшись, – что остались.
– Вот Вам за это шоколадка, – сказала и каждому дала по медальке.
А потом повернулась к остальным – Опалиславу (бывшему Апельсинке), Кофику, Сонику и сказала: «А Вы ничего не получите, будете знать, как бегать за мной и не слушаться».
– Знаю я их, – ответила тетя Маша со смехом, а Римма в ответ:
«Представляешь, они за мной убежали, увязались, залезли в мою сумку и все. Я нервничала, от Сашки пришлось скрывать.»
– Из-за этого, – она показала на Кофика, отнимая у него со злостью кусок сахара, – был скандал на работе, маму напугали. Хорошо, что у нее зрение плохое, она без очков пришла в гости, думала – мыши завелись. Столько было шума, она вызвала дезинфекторов, к соседям ходила, ругалась. Да еще они уезжать не хотели. Еще раз за мной увяжитесь – не знаю, что сделаю».
– Не беспокойся, Римма, я им покажу, как за тобой увязываться, – ответила тетя Маша, со смехом подмигивая обжоркам. – То, что ты скрыла от Сашки, правильно делала. Я, когда в молодости своему пыталась рассказать, так потом оставшиеся годы доказывала противоположное. Но он все равно, когда выпьет, так все время смеялся надо мною: «У тебя глюки». Но это было давно и неправда. Не буду говорить, что это чудо. Ведь люди не знают, где смотреть.
Римма вспомнила, что та же самая мысль ей пришла в голову, когда она смотрела на маленький домик.
Похоже, маленький народец тоже слушал. Лимонка затаился. Остальные ели молча.
После чаепития девушка пошла спать. Наутро тетя Маша рассказала случай.
– Сметана на столе была в маленькой баночке. Вчера, когда ты пошла спать, поставила. Утром смотрю – пустая. Потом замечаю его, – кивнула на Опалислава, – на краю стола.
– Они поели с ним?
– Нет, только он, – ответила тетя Маша, тыкнув на спящего довольного Опалислава.
Римма посмотрела на него. Он спал, как и тогда в городской квартире. Пустая баночка из-под сметаны валялась. Римма негодовала.
– Слушайте, тетя Маша, я все хотела Вас спросить. Я вчера около Вашего пенька видела еще какого-то, в одежде из растений, со светлыми волосами, – заговорческим шепотом признесла она.
– А, это Ленька, – со смехом отмахнулась тетя Маша.
Римма не стала больше спрашивать.
Вечером шла мимо пня, гнилого, и увидела – что-то копошилось. Это тот, светловолосый. Он прятался в листьях. Скоро заметила около него остальных, всех, которые наелись. Он их увидел, сначала сторонился, потом начался разговор. Римма встала, решила подслушать. Осеняя погода холодила.
Девушка прислушалась.
– Мы сегодня ели. Там поесть у нее есть чего, в свое время настучала другу, – пищала важная Комма.
– Кофе тоже, – сказал, видно, Кофик.
– Клубничное варенье, – услышала Римма голос Клубники.
– Много сладкого. Нас тоже приучила к варенью, – сказала Шуга.
Потом она начала тихо рассказывать что-то. Римма прислушалась к разнобою голосов. Чтобы подслушать, она буквально легла на траву.
– Есть другой мир.
– Там дома такие большие, потеряться можно!
– Мне нравилось в большом жилье.
– Какой? Город?
– Нет. Космос, – это ответил Леня. Римме показалось, что он маленьким пальчиком указал на небо, где уже загорались звезды.
– Да мы в большом мире были. А что за космос? Я там не был, но хотел бы побывать, – пропищал кто-то.
– Прогресс наступает, – подумала Римма. – Еще и в космос полетят. Нет, надо бежать, – и быстро-быстро пошла на вокзал. На всякий случай оставила все сумки у тети Маши, обшарила карманы, убедившись, что пусто, никто не забрался.
Уехала на электричке. Уезжая, чувствовала свободу, но и некоторые опасения тоже – знала противный характер маленького народца. По дороге смотрела в окно и думала: «Почему некоторые их видят, а некоторые нет? Или маленький народец сам выбрал, когда и кому показаться?» Вспомнила фразу «Люди не знают, где смотреть».
– Я могла бы не узнать, но те, кто узнал, держит в строгой тайне, как тетя Маша.
Она считала себя носительницей тайны. Это было приятно, но жаль, что нельзя ни с кем поделиться.
С этими словами Римма незаметно доехала до города.
Римма уже подходила к подъезду. Снежная крупка хрустела под ногами – то ли снег, то ли дождь с градом. Рада была видеть свой дом. Вышли хозяева с собачонками на свою вечернюю прогулку. Римма вошла в квартиру, поставила чайник и увидела на столе что-то. Подумала, что это маленькая конфетка. Взяла в руки, а это оказалась маленькая игрушечная фея с конфетами, с маленькими крошечными крыльями.
– Какая красивая куколка. Комма, наверное, играла в нее. Это конфетная фея. Ладно, может быть, на Новый Год съезжу к ним, отвезу.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
0
27
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!