НЕОТЕНИЯ

Форма произведения:
Рассказ
Закончено
НЕОТЕНИЯ
Автор:
НИКА
Текст произведения:

НЕОТЕНИЯ

Автор:НИка
Неотения – явление в зоологии,
когда существо, не достигшее степени взрослой особи,
начинает размножаться уже на стадии личинки.
Оно никогда не превратится во взрослую особь,
потому, что в окружающей ее среде не хватает какого-то фактора,
чтобы личинка завершила свой цикл.

На задворках Галактики на маленькой заповедной планете под названием Сэльфиус, куда можно было попасть только с величайшего разрешения Межгалактического Совета, азартно дулись в пинг-понг два заслуженных астронавта-спасателя. Планета эта была объявлена заповедником ровно пятьдесят лет тому назад, когда один из играющих сейчас здесь астронавтов пытался спасти представителей местной расы, оказавшейся слишком чувствительной к завезенным сюда вместе с гостями безобидным бактериям.
Пинг-понг, с легкой руки астронавигаторов планеты Земля, распространился по галактике довольно быстро. На каждом уважающем себя межгалактическом корабле, даже на разведчиках-малютках, можно было найти складной столик и ракетки. А несложные правила этой забавы сделали ее невероятно популярной. Единственное, что постоянно менялось, так это сами правила. В зависимости от физиологических особенностей игроков.
И эти два огромных уроженца планеты Сиринити тоже не были исключением. Они играли сразу двумя ракетками, сжимая их второй парой рук, в то время, как первая пара в это время отдыхала, и двумя мячами красного и желтого цвета, чтобы лучше отслеживать траекторию полета.
Помимо двух пар рук, у отдыхающих здесь астронавтов имелись массивные тела с толстой, гладкой и влажно блестящей кожей голубовато-серого цвета, крупные головы, увенчанные небольшими костяными наростами, в которых скрывались смешные круглые ушки, щелеобразные рты и короткие, вздернутые кверху носы. Маленькие глазки-пуговки прятались в толстых складках кожи век, придавая тяжелым лицам обманчиво-лукавое выражение.
Прямоугольные массивные туловища гигантов крепко держались на длинных мощных ногах, обутых в высокие шнурованные ботинки со свинцовыми подошвами, потому что сила тяжести на этой маленькой планете резко отличалась от той, к которой привыкли астронавты. Короткие толстые, резко сужающиеся к концу хвосты, играющие какую-то сложную роль в обменных процессах, продлевали линию позвоночника до середины бедер.
В целом игроки немного походили на прелестных бегемотиков, которых пару лет тому назад видели на Земле во время очередной спасательной экспедиции, и никак не могли смириться с тем, что эти симпатичные животные не имеют разума.
Разрешение провести здесь несколько дней, чтобы набраться сил и расслабиться, друзья получили в награду от Службы Спасения за доблесть, проявленную во время последнего опасного задания, на которое они вызвались добровольцами. «18+» — «миссия невыполнима» — под таким грифом вышел тогда на них приказ. Но они вернулись. Оба. И теперь, как дети, радовались жизни на планете Сэльфиус.
Тишина и покой планеты привели астронавтов в восторг. Степь, волнующаяся разнотравьем, горьковатые терпкие запахи, которые доносил до них ветерок, небольшие оазисы, в одном из которых располагался их дом, все им очень нравились. Очаровывала даже сама возможность находиться вдали от суеты цивилизации.
Им оставалось пробыть здесь всего два дня, и астронавты чувствовали себя прекрасно отдохнувшими и готовыми к дальнейшей работе.
— Слушай, Уэфф! А ты случайно не знаешь, почему эту планету сделали заповедником? – в который уже раз продувая партию своему более сильному товарищу, поинтересовался Прест, младший по званию спасатель, который не стеснялся спрашивать у руководителя группы то, что было непонятно,
Уэфф ухмыльнулся, внезапно перехватил ракетку третьей рукой и нанес короткий режущий удар по красному мячу, резко ушедшему в сторону от не вовремя расслабившегося противника.
— Так нечестно! – обиженно завопил огромный, как шкаф, Прест, кидая ракетки на стол, — Я же тебя спросил! А ты хитришь!
— А не надо расслабляться. – весело хохотнул старший, — Следи за мячом. И так продуваешь с разгромным счетом!
— Ладно! — обреченно махнул рукой проигравший, — Проиграл так проиграл. Согласен! Но все же, почему? Природа здесь так себе. Растительность тоже не ахти какая… Степь в основном. Оазисов очень мало. Погода все время сухая и жаркая. Единственное достоинство или недостаток, я даже не знаю, так это то, что все триста девяносто четыре дня в году здесь светит яркое солнце! Дожди идут редкие, а местные оазисы существуют исключительно за счет подземных источников. Не знаешь, почему именно она?
Уэфф индифферентно пожал квадратными плечами и, тоже кинув ракетки на стол, стал разминать пальцы.
— Видишь ли, друг мой… Заповедником эту планету сделали сразу после того, как по непонятной причине здесь исчезли все аборигены сразу.
Прест вытаращил глаза.
-Это как — исчезли?
— А вот так… – задумчиво ответил Уэфф, — Я и попал тогда сюда, чтобы помочь А пришлось мне искать пропавшую расу.
— Кого? – с изумлением переспросил младший, — Разве может пропасть сразу целая раса?!
— Выходит, что может. Видишь ли, эта планета находится на окраине галактики. Здесь нет никаких полезных ископаемых, нет ничего вообще, что могло бы заинтересовать Совет. Так что она никогда не имела стратегически важного значения, поэтому сюда мало кто забредал. Стерильная планета, одним словом. Да и сами местные жители тоже были очень специфическими…
— В каком плане? — удивился Прест, — Уж каких мы только с тобой субъектов не спасали, и ты никогда так неприлично ни о ком не выражался! Что с ними было не так? Ты вообще-то видел кого-нибудь до того, как все исчезли?
Уэфф кивнул.
— Успел увидеть. Прежде всего, они были очень маленькими. Размером с твою ладонь! — слегка приподняв свои нависшие веки, он демонстративно протянул вперед верхнюю пару рук, — Да еще с крылышками! А тела как у дракончиков, у тех, что мы с тобой на Тау видели. Помнишь? Только крошечные!
У Преста в буквальном смысле слова отвисла нижняя челюсть.
— И они летали?!
-Ну, да, летали! Крылышки вроде как у бабочек, только гораздо прочнее. Похожи были на тонкую ткань, мне как-то один до них разрешил дотронуться. Они вообще такие доверчивые были, совсем как дети… И цвета такого потрясающего были! Мерцающие, радужные, аж в глазах рябило, когда они стайкой подлетали. И еще они телепатами были, я это сразу понял. Уж не знаю, как они это делали, но я их прекрасно понимал, этих крох. Веселые такие были, все смеялись, словно колокольчики звенели!
По-моему, у них было коллективное сознание, как у пчел. Но я слишком мало с ним общался, чтобы понять. В общем, странная такая смесь насекомого и рептилии…
Он задумчиво оглядел свой хвост и добавил:
— И, знаешь, тогда природа совсем не такая была, пятьдесят лет назад! Здесь такие чудесные леса были. Цветы кругом, кустарники… Красиво очень, словно в ухоженном парке. Они, сэльфы эти, умели с деревьями разговаривать.
— Правда, что ли?! – наивно изумился Прест.
— А чему ты удивляешься? Забыл, что ли уже про растения, от которых мы с тобой экипаж «Каатеи» спасали? Ну, те, что нами еще очень хотели пообедать?
— Помню, конечно. — отмахнулся Прест, — Но те растения были монстрами, они же самостоятельно передвигались. А это — обыкновенные деревья, я же видел!
— Если ты не умеешь с ними общаться, — сурово парировал Уэфф, — то это не значит, что с ними нельзя общаться вообще.
Младший согласно кивнул и тут же поинтересовался:
-А как они воспроизводили себе подобных?
Уэфф весело захохотал.
-А я-то все думаю, когда ты об этом спросишь! У тебя же, по молодости, это главный вопрос!
Прест набычился и отвернулся.
-Ладно, не парься, друг! – утерев выступившие от смеха слезы, сказал Уэст, — Они яйца откладывали, как бабочки. Это все, что я знаю. Никто их толком и исследовать не успел. Знали только, что существует какой-то особый фактор, без которого они просто не могут появиться на свет. Ты про наши с тобой хвосты вспомни!
При этих словах оба загоготали.
-Ну, вот. И у них тоже свои заморочки с размножением! — отсмеявшись, продолжил Уэфф, — А какой именно фактор — сэльфы не рассказали. Может, боялись, а может, просто не успели сообщить. А потом среди них начался жуткий мор… Бедняги подхватили какую-то инфекцию от заезжих. Ты знаешь, как это бывает!
Их и так было чуть больше тысячи, а осталось тридцать, когда я прилетел. А через день все разом пропали. Вот так вот… Ну, что, доиграем? Продолжим семь из девяти?
И астронавты начали новый сет.

…Он вздрогнул и тут же проснулся. Тьма наполняла окружающее пространство. В нем не было времени, оно покоилось в бесконечных недрах продолжительности. В нем не было разума, ибо не было существ, которые могли бы вместить его. Была лишь бессознательная жизнь, робко пульсирующая в этом ограниченном пространстве Вселенной…
Было привычно темно и сыро. Но только что во сне он смутно видел совсем другое, невероятно прекрасное. Огромное светлое пространство, заполненное множеством крылатых созданий. И он был там, одним из них, такой же легкий и стремительный, как они.
Он глубоко вздохнул, чтобы прийти в себя. То, что ему снилось, всегда выбивало его из колеи и заставляло тосковать о чем-то смутном и недостижимом. А ему всего-навсего нужно было искать пищу, чтобы жить.
Он вздохнул еще раз, напряг свое неуклюжее тело и пополз вперед. Потому что он был всего лишь неприглядной личинкой. Рядом с ним в скользкой теплой субстанции ползали точно такие же, как он. Их было много, очень много. Одни из них, огромные, с осклизлой кожей, покрытой толстыми поперечными складками, и раздутые словно шары, большей частью лежали неподвижно, и другие носили им пищу. Это были самки. Периодически их тела содрогались в страшных конвульсиях и из приоткрывшихся отверстий появлялись все новые и новые крошечные личинки.
Те из новорожденных, что не успевали вовремя отползти в сторону и спрятаться, были раздавлены более крупными и сильными собратьями, проползавшими мимо в поисках пищи. Не было никакого злого умысла в уничтожении новорожденных. Их просто не видели, потому что глаз ни у кого не было. Да и кому нужны глаза в кромешной тьме?
Другие особи беспрестанно двигали челюстями, поедая ту слизь, в которой ползали. В углу пещеры несколько личинок покрупнее атаковали молодую самку. Судя по не слишком толстым складкам тела, это была совсем еще юная особь. Но феромоны, исходившие от нее, ясно давали понять, что она готова к воспроизведению потомства, и тут же привлекли к ней самцов. Мужских особей здесь было намного больше, чем женских. И потому каждая самка-личинка была на вес золота. На какую-то долю секунды ему смутно стало жаль эту молоденькую глупую самочку, так не вовремя выползшую сюда. Лежала бы себе тихонечко в углу и не высовывалась! А сейчас она тоже станет фабрикой по производству личинок.
Никто из них не знал, для чего они существуют, потому что никогда об этом не задумывались. Но что-то очень сильное, не поддающееся определению, какой-то могучий и древний инстинкт заставлял их существовать и размножаться в стадии безмозглых личинок, чтобы сохранить свой вид хотя бы на том уровне, на котором он сейчас находился. Главным для них было сохранить вид.
Откуда-то из глубины подсознания, особенно после таких странных сновидений как сегодня, к нему иногда приходили смутные мысли о том, что не всегда они жили в этом крошечном, темном и замкнутом мирке. И выглядели они тогда совершенно иначе.
Но дремлющий в ожидании своего часа мозг, чтобы сохранить особь, просто отбрасывал тревожные мысли, и они тут же терялись в постоянном чувстве голода, который гнал на поиски пищи, благо питательной слизи здесь было более, чем достаточно…

— Лови, малыш! – громко крикнул Уэфф, посылая мяч в левый угол.
Прест резко изогнулся, стараясь дотянуться до мяча, но не удержался, и всей своей огромной массой впечатался в стену. Нога в ботинке со свинцовой подошвой ударила в деревянную стену и одно из бревен не выдержало удара гигантской конечности спасателя. Оно с треском проломилось, обнажив неожиданно пустую сердцевину. Лучи яркого солнца устремились в разлом.

…Дикая вспышка вдруг больно ударила по его несуществующим глазам. Яркое, мерцающее и манящее тепло с такой непреодолимой силой поманило его к себе, что он не мог противиться зову. Он живо устремился к этому слепящему теплу, словно желая быть сожженным заживо. Следом за ним туда рванулись все остальные.

Прест отшатнулся и выругался. Из разлома на него вдруг посыпались до отвращения крупные личинки.
Но, попадая в лучи солнечного света, они неожиданно легко сбрасывали оболочку и взмывали вверх, раскрывая радужные, словно у бабочек, крылья. И вскоре над головами изумленных астронавтов кружилась целая стайка маленьких, переливающихся всеми цветами радуги дракончиков.
А рядом с ними буйно и ярко зеленели выросшая трава, кустарники и деревья, покрывались цветами новые луайки. Мгновенно покрылась чудесными растениями вся планета. Это было похоже на чудо… Это и было настоящим чудом! Вернулись из небытия хозяева планеты.
Сэльфам не хватало всего лишь солнечного света, чтобы превратиться в то, чем они являлись по своей сути – крошечными лесными божествами. Пятьдесят лет назад они спрятались в стволе дерева, чтобы набраться сил и выжить. Но строители срубили дерево, живой силой которого малыши питались, замуровав их в этой пещерке на долгие пятьдесят лет.
И понадобился неуклюжий и смешной спасатель Прест, чтобы сломать невольную тюрьму и возродить их к жизни.

— Слушай, малыш… – приходя в себя, пробормотал Уэфф, — А ведь, похоже, мы с тобой войдем в историю! Ведь ты только что обнаружил и с риском для жизни спас пропавшую расу… Вот, оказывается, какой у них был секретный фактор — солнце!
И громко и весело заржал.
— А ты им его взял и дал! Да еще как! Одним могучим пинком возродил к жизни всех пропавших сэльфов. Нарочно такое не придумаешь! Вот уж, действительно, спасибо пинг-понгу! Представляешь, друг, поставят они тебе памятник. Стоишь ты с гордо поднятой головой, а в руках у тебя куча ракеток. Здорово, да?
Да хватит тебе валяться, приятель. Ну, как, будем доигрывать восьмой сет? Или пойдем пообщаемся с возрожденной тобой расой?
И, продолжая смеяться, протянул руку, чтобы помочь подняться ошалевшему Престу.

+2
69
RSS
23:40
Отличный добрый рассказ с неожиданным финалом. Читать легко и приятно. Спасибо.