Фантазия

Форма произведения:
Рассказ
Закончено
Фантазия
Автор:
GrLebedev
Связаться с автором:
Хочу критики!:
Да
Аннотация:
Ещё один рассказ на тему снов.
Текст произведения:

It’s your world, friend.

In your control is to change

or to destroy it.

Артём сидел перед зеркалом с лампочками-шарами дневного света на раме. Он молча смотрел на своё отражение, затем взгляд его будто попытался пронзить стекло. Дверь в комнату распахнулась, и раздался резкий мужской голос:

- Публика в предвкушении, люди аплодируют уже 10 минут, чтобы твоё высочество изволило их порадовать своим талантом! Что ты сидишь?!

Артём встал с кресла, одёрнул воротник синей шёлковой рубашки и повернулся к человеку. Этот менеджер раздражал его всем своим видом и манерой поведения. «Можно подумать, ты незаменим» подумал Артём и взял со стойки гитару.

Сколько он повидал, куда только не ездил и на чьих вечерах только не выступал. Артём Диков был популярен – выступления каждый месяц в дорогих клубах, регулярные концерты в Лас-Вегасе, городе-удаче, где толстосумы и их обворожительные жёнушки сорят деньгами, пока не наскучит. Ему рукоплескали в европейских концертных залах, его приглашали на саммиты и конференции. А он выбирал, в зависимости от настроения в конкретный момент, то или другое.

Разумеется, когда в 2009 году ему пришло письмо от её Величества с предложением выступить в Лондоне на концерте памяти легендарных «The Beatles», он ни мгновенья не раздумывал и согласился. Добившись известности, особняка в пригороде Женевы, бунгало на Кубе, личного самолёта и имея в коллекции с десяток классных авто, на которые пускают слюни парни и которыми восхищаются девушки, Артём, однако, оставался талантливым музыкантом и в отличие от многочисленных рок и поп групп, долго и упорно работал над своими треками, получая в итоге альбомы с мировыми лейблами.

Его друзья радовались, поддерживали и слушали его. Некоторые приходили на концерты в клубах. Но кого-то среди них всегда не хватало, и это понимание пустоты давило на музыканта. Он пытался вспомнить кого-то, но не мог. И тогда на него нападала хандра, он выгонял очередного менеджера, запирался в своём особняке и пил-курил, пока не становилось тошно.

- Не нервничай Ванёк,- сказал Артём и, хлопнув бывшего шоумена по плечу, вышел из комнаты.

Ходьба по коридору, овации в зале, объективы телекамер направлены на него. На сцене давно зевает приглашённый ударник, проверяет кабели клавишник. Артём сел на стул, пододвинул микрофон, кашлянул и произнёс стандартную речь для очередного клуба. Оглядел зал и, заметив старую знакомую, махнул рукой и начал играть.

В такие моменты он чувствовал ради чего стоит жить. Музыка вырывалась на свободу, устремлялась в зал, мягко окутывала сознание публики, затем обрушивалась своей сложностью и ритмикой, заставляя людей улыбаться, хлопать и вскакивать со своих мест.

Отыграв три песни, он прервался и попросил минералки без газа. Взглянул на ухмыляющегося менеджера Ивана Урганта. Иван, заметив, что Артём смотрит на него, сделал серьёзное выражение лица и показал поднятый вверх большой палец, подмигнув. «Мол, всё супер, паря!»

«Всё-таки он клоун. Мне что нужен клоун?! По-моему, менеджер или хоть администратор, как не назови – суть одна, не должен корчить из себя кого-то. Уволю к чёртовой матери! Да, решено, на следующей неделе уволю и позвоню Ахмеду, пусть хорошенько поищет мне достойного человека» подумал Артём и, переглянувшись с музыкантами, стоя заиграл следующую композицию.

У него не было постоянного состава, он предпочитал каждый раз нанимать местных ребят, которым не нужно было много денег, да которые мечтали погреться вечером в лучах славы талантливого музыканта.

С годами таких людей становилось всё больше, девушки с красивым вокалом закидывали его почтовый ящик с письмами, полными надежды и тепла. Иногда он соглашался, и на каком-нибудь концерте очередная девушка с хорошими данными пела его песни. Но он и сам был не прочь блеснуть своим мелодичным голосом.

И кстати здесь опять была зарыта собака Баскервилей. Артём Диков помнил, что когда-то у него была пара друзей, с которыми он занимался музыкой, и они собирались вместе что-то записать не один раз, но всё как-то не получалось.

А ещё он никак не мог вспомнить, что же было до его славы и известности. Чем он занимался, где жил, любил ли кого-то. Всякий раз, когда он копался в прошлом, он напарывался на глухую стену в своём сознании. Некоторые музыканты употребляли наркотики, некоторые были просто чокнутыми. Артём не хотел, чтобы его отнесли к первым или вторым, и поэтому проблемы с памятью оставались внутри.

Да, конечно, он мог поделиться своими соображениями с кем-то из друзей или других музыкантов. Мог даже сходить к психоаналитику, но боялся. Боялся, что о нём поползут слухи, потом появятся заголовки в жёлтой прессе, а он так не любил папарацци и сквернословов-журналюг.

Концерт прошёл, как всегда на ура. Артём подписал несколько своих дисков, сфотографировался с директором клуба и покинул заведение. Сидя в иномарке с открытым верхом, вдыхая ночной воздух Санкт-Петербурга, он глядел на звёзды и полную Луну. Да, августовские ночи в Питере темны, но так приятны. Среди мрака и фонарей, среди зданий, выстроившихся в ряд будто солдаты, среди церквей и соборов, и, конечно, красавицы Невы… Немного машин в столь поздний час на улицах Санкт-Петербурга.

Артём остановился во дворе жилого дома на Малом проспекте Васильевского острова, вышел из машины и, включив сигнализацию, вошёл в подъезд. Пешком поднялся на четвёртый этаж и открыл дверь квартиры. Здесь он всегда жил, когда приезжал в Северную Пальмиру. Почему? Этого он тоже не помнил.

Положив гитару на стойку в коридоре, он на ходу расстегнул рубашку и, умывшись в ванной, налил виски в бокал, выпил залпом. «Скука смертная» подумал он и пошёл в спальню, упал на кровать и вскоре заснул.

 

Ему снился странный сон. Будто бы он пришёл в гости к какому-то человеку, по общению было понятно, что это хороший знакомый. Они обсуждали современную музыку, смеялись над металлом и напевали какой-то бред про дятлов. Затем этот приятель включил компьютер и показал набросок своего произведения, Артём прочёл его и одобрил. Внешность этого знакомого он не запомнил.

Артём никак не мог понять… Этот сон, вроде бы он был там одним из действующих лиц, и в то же время смотрел на происходящее откуда-то извне. Проснувшись около полудня от звонка мобильного, он выругался и снял трубку.

- Вставайте, граф. Вас ждут великие дела,- приветствовал его менеджер.

- Что у нас на сегодня, Ваня?- поинтересовался музыкант, встав с кровати и шагая в ванную.

Пока его менеджер бубнил что-то про музыкальный вечер в очередном клубе, где будут выступать русские группы, он, включив громкую связь и положив телефон на полочку, умылся и расчесал длинные волосы.

- Так кто, ты говоришь, там будет выступать?- закончив туалет, спросил Артём.

- Я же только что перечислил всех исполнителей!- взвыл Ургант.

- Спокойней, Ваня. Я тут немного занят, понимаешь?

- Конечно, ты у нас всегда чем-то или кем-то занят… Вспомнить хотя бы оргию с десятью девицами в твоём особняке в ночь перед концертом в парке. Надеюсь, ты остепенился?

- К делу.

- В том числе будет твой знакомый – Василий К. У него недавно вышел новый альбом «Фимоз спинного мозга».

- Можно подумать, я об этом не знаю. Во сколько и где? С Василием я давно не виделся.

- 21:00, «ГЭЗ». Будут только свои. И пожалуйста, держи себя в руках.

- Жди меня там в это время,- сказал Артём и закончил разговор.

Пошёл на кухню, открыл двухкамерный холодильник, с минуту придирчиво смотрел на продукты на полках, затем вынул два яйца, майонез и плавленый сыр. Позавтракав яичницей и бутербродами с сыром, подогретыми в микроволновке, выпив чашку кофе, музыкант помыл посуду и направился в гостиную комнату.

Плюхнулся на диван, включил телевизор. Новости, ведущий в строгом костюме вещал об очередном скачке цен на нефть, новой экономической политике Центробанка РФ и встрече Обамы с Медведевым в Вашингтоне.

- Бла-бла-бла,- пробурчал Артём и выключил телевизор.- Снег бы у них там пошёл что ли. Август месяц, а в Штатах сыплет снег. Вот было бы прикольно. Или какое-нибудь цунами на Флориде, чтоб там что-нибудь смыло раз и навсегда.

Он попытался вспомнить какие стихийные бедствия обрушивались на человечество за последние 2-3 года, но не смог. Голова разболелась. Он прекрасно помнил катастрофу на Чернобыльской АЭС, крах Советского Союза и гибель подводной лодки «Курск». В памяти всплывали американская кампания в Ираке, землетрясения в Турции, которые некоторые учёные связали с применением американцами ракет на Ближнем Востоке, цунами в Тайланде… Все эти события пронеслись калейдоскопом в его сознании. Но чего-то по-прежнему не хватало. Часть воспоминаний оставалась за глухой стеной.

Артём умылся, включил ноутбук и вышел в сеть. Почитал комментарии пользователей в социальной сети, письма на ящике электронной почты, послушал пару трэков новой музыки, затем запустил игру «Star Wars: Empire at war» и углубился в сражения джедаев с ситхами космического масштаба.

Когда ему наскучило уничтожать планеты сопротивления, он выключил ноутбук и взял гитару. Сочиняя нечто новое, он скоротал время до вечера. Перед уходом в клуб он включил телевизор и, услышав о выпавшем снеге в Вашингтоне, о мощнейшем цунами, бушевавшем у полуострова Флорида, удивился.

«Невероятно. Мои пожелания воплотились? Или это простое совпадение? Но как это проверить? Хочу, чтобы на улицах не было людей, чтоб никто не глазел на меня, чтоб не было машин» подумал он.

Когда он выехал на Малый проспект Васильевского острова, на улице не было ни души. Обычный августовский вечер. Где же пьяная молодёжь? Где гопники и менты? Проезжая по улицам, Артём не видел ни одного автомобиля, бросая взгляд на дома, он заметил, что в большинстве домов темны окна. Город будто погрузился в какую-то дрёму, всё куда-то спряталось.

Переехав Дворцовый мост и выехав на Невский, Артём ощутил знакомый запах непонятной вони, той, что всегда есть на центральной улице Санкт-Петербурга.

- Ни хрена не смешно!- воскликнул он.- Неужели моё желание исполнилось?! Как такое возможно? А если…

И он подумал, что лучше бы всё оставалось по-прежнему. И словно кто-то щёлкнул пальцем, словно кто-то изменил вокруг пространство и время. Справа и слева от его иномарки возникли автомобили, на тротуарах появились пешеходы, и город ожил.

Чертыхнувшись, он прибавил скорость и вскоре вышел из машины в дворике около клуба «ГЭЗ». Улыбнулся музыкантам, поздоровался со знакомыми, поднимаясь по лестнице, закурил сигарету, усевшись за столик недалеко от сцены.

Откуда-то вынырнул Ургант в блестящем сиреневом пиджаке и мятых брюках, чёрной бабочке на вороте белой рубашки и остроносых туфлях. «Опять вырядился как клоун! Точно уволю» подумал Артём.

- Ты чем-то недоволен? Выглядишь напряжённым,- поинтересовался менеджер, сев рядом и сделав глоток сока из стакана.

- Всё нормально,- отрешённо отозвался музыкант.

Он любовался женщиной в чёрном платье на сцене, проверяющей микрофон. Её длинные светлые волосы падали на плечи, в глазах читалось ожидание.

- Кто она?- спросил Артём.

- Эта? Маша Малиновская, не узнаешь что ли? Бывшая телеведущая, бывшая депутатка Государственной думы. Подалась на сцену, Матвиенко в неё вложил солидную сумму, раскрутил как надо,- рассказал Иван.

- Посади к нам после выступления. Вроде ничего.

Ургант по-идиотски ухмыльнувшись, кивнул головой.

 

Вечер прошёл как обычно. Выступили несколько питерских коллективов, с большими амбициями, но пока без хорошей программы. Затем гламурная киса Малиновская поведала в трёх песнях о своих несчастьях в жизни. Артём отметил про себя, что все тексты были о несчастной любви, расстояниях и разлуке. И под конец Василий К осчастливил собравшихся четырьмя песнями с нового альбома.

После выступления Василий подсел к Артёму, и они погрузились в воспоминания о музыке 60х-70х XX века. Их прервал Ургант, приведший очаровательную певицу Малиновскую.

Напившись, выкурив волшебную травку, музыканты собрались отчалить по домам. Маша изъявила желание поехать вместе с Артёмом. Всю дорогу до дома она трещала о скуке в Государственной думе, глупости на телевидении и несомненном таланте Дикова.

«Так я тебе и поверил, курва. Льстишь, хочешь примазаться к моей славе» подумал Артём и улыбнулся.

На следующий день он проснулся в 14:26 местного времени, потянулся и ощутил приятный аромат кофе, идущий с кухни. Видимо, Маша недавно проснулась.

Они вместе позавтракали, Малиновская сказала, что у неё встреча с продюсером и, поцеловав музыканта на прощанье, убежала.

А вечером Диков улетел на своём самолёте в Женеву.

 

Вечером последних дней лета 2009 года Артём сидел на балконе своего особняка в столице Швейцарии. Он просматривал почтовые конверты, принесённые слугой Сэмуэлем Паркинсом. В отличие от менеджеров и администраторов, которых Диков менял как перчатки, Паркинс прочно закрепился на своём рабочем месте. Сколько помнил Артём, этот пожилой седой человек с вежливым голосом, внимательный и неспешный, следил за особняком в отсутствие хозяина, а когда Диков возвращался домой, он всегда был доволен порядком.

- Мм… Предложение выступить на благотворительном вечере фонда борьбы с глобальным потеплением в Париже, какой бред! Они, наверно, держат меня за идиота. Так, концерт 11 сентября в Нью-Йорке памяти погибших людей во время теракта. Сколько?! Пожалуй, это неплохая сумма. Что ещё? Письма с просьбами о совместных выступлениях? Посмотрим, кто тут у нас. Нет, нет и нет. Всё это попса и металл,- рассуждал вслух музыкант, читая корреспонденцию.

Глотнув виски, Артём взглянул на чёрное небо, усыпанное звёздами. Созерцание всегда умиротворяло, мысли о глупых людях, политике и деньгах уносились прочь, оставляя сознание открытым. Именно в такие моменты он был счастлив.

Покой был прерван звонком мобильного телефона. Артём выругался и нехотя ответил на вызов:

- Нет, Иван, ты уволен. Я не шутил вчера. Да, я серьёзно. Всё, не хочу слышать этот трёп. Ищи себе новую работу. Что? Не знаешь, куда податься? Ну, позвони Собчак, пусть возьмёт тебя в свой бордель в прямом эфире. Не нравится? Да мне наплевать!

Артём хотел выключить телефон, но передумал и набрал номер Ахмеда.

- Здравствуй, дружище. Да, я насчёт нового администратора. Порадуй меня. Кто? Работал с «Оргией праведников»? Конечно, подойдёт. Пусть прилетает ко мне послезавтра. Спасибо.

Новость о новом менеджере немного подняла настроение, и музыкант стал насвистывать мотив одной своей песни с нового альбома.

 

Артём Диков остался доволен новым администратором: человек молча выслушивал все желания музыканта, делал всё возможное и никогда не давал оценки поведению Артёма на концертах, вечеринках и в гостях.

Когда золотые дни сентября истекли, когда холодные ветры и дожди стали мешать загородным прогулкам, когда он выступил на двух концертах и обеспечил себя деньгами до зимы, Артём подумал, что неплохо бы отправиться в круиз туда, где тепло.

И вот 29 октября 2009 года в 19:39 местного времени он сидел в шезлонге на палубе лайнера, направляющегося на Кубу, где на юго-западном берегу острова его ждало собственное бунгало. До прибытия оставалось ещё 4 дня, а Артёму было скучно. Пассажиры на корабле соответствовали стоимости билетов и всем своим видом показывали, как много у них денег, наличных и безналичных. Например, был там один толстяк, раскуривающий сигару от зажжённой стодолларовой купюры или длинноногая девица в донельзя откровенном купальнике, крашеная блондинка, часами валявшаяся в соляриях, всюду таскающая с собой чихуахуа на поводке с бриллиантами.

Одни и те же лица, разбавленные напитки в барах, игры в казино, бассейны и ночные вечеринки – всё это утомило музыканта. Он искал уединения, любуясь звёздным небом в тёмное время суток за бокалом сока, играя на гитаре на верхней палубе, наблюдая за вахтой помощника капитана (за это он выложил неплохую сумму).

Корабль плыл положенным курсом, погода была превосходной. Артём стоял на носу судна и любовался водой. Внезапно ему пришла в голову дикая мысль. «А здорово было бы, чтоб где-нибудь неподалёку оказался айсберг. В этих широтах их отродясь не было, какое бы это вызвало удивление. Увидеть бы физиономии этих зажравшихся людишек».

И только он подумал об этом, как впереди на расстоянии 50 морских миль возник ледяной гигант, вынырнув из морской пучины. Дежурный заметил объект, протёр глаза и, убедившись в реальности глыбы, позвал капитана и его помощника по громкой связи.

Лайнер сбавил ход, изменил курс. Пассажиры тоже заметили айсберг и обалдели. Налетевший порыв холодного ветра прогнал их в каюты.

А Артём Диков остался на палубе и довольно улыбался. Кто знает, какая идея родилась в его голове, да только непостижимым образом произошла поломка на мостике. Затем начался пожар в двигательном отсеке. Красавец-лайнер снова изменил курс и теперь неотвратимо мчался к ледяному исполину.

И вот уже из громкоговорителей раздался строгий голос капитана. Люди в панике собирали вещи, забирались в спасательные шлюпки. За ними последовали и члены экипажа.

Стоя на палубе, любуясь ледяным гигантом, Артём заметил, что небо заволокли чёрные тучи, вода за бортом стала тёмно-зелёной и волны врезались в металл судна. Никто не хватился известного музыканта; в катастрофичной ситуации большинство людей думает только о том, как спасти свою шкуру.

Столкновение! Удар! В корпусе лайнера появилась трещина, пожар в двигательном отсеке распространялся по соседним помещениям. Корабль начал погружаться в тёмно-зелёные воды Атлантики.

В небесах грянул гром. Артём засмеялся, вскинул руки к небу и закричал:

- И это всё?! Я хочу больше разрушений!

Стихия ответила на вызов новым раскатом, высверками молнии, и Диков почувствовал как корабль переворачивается на бок, при этом заполнившая через трещину вода потянула его ко дну. Музыкант успел схватиться за металлический поручень у борта. Последнее, что он помнил – как поток морской воды обрушился на него, а впереди маячил ледяной исполин, источающий величие своим видом.

 

Артём очнулся с головной болью на кровати в своём особняке в пригороде Женевы. Он потянулся, взял с тумбочки из красного дерева стакан с минералкой и две таблетки анальгина, выпил их.

Встал, надел мягкий халат и пошёл в ванную. Умывшись, он принялся рассматривать свою физиономию в зеркале. Ничего. Он развязал пояс халата, осмотрел торс и руки. Тоже ничего.

«Странно. Если я плыл на лайнере, он затонул, а я не спасался на шлюпке с другими пассажирами, должны же быть какие-нибудь травмы?» подумал он.

В задумчивости он вернулся в спальню, переоделся в льняную рубашку и выглаженные брюки, сунул ноги в пушистые тапки и направился в столовую. Там его встретил мистер Паркинс с подносом. Артём с удовольствием съел яичницу с беконом, тосты с сыром и запил это кофе с молоком.

- Сэмуэль, давно я дома?- спросил Диков, покончив с трапезой.

- Со вчерашнего вечера, сэр, - ответил Паркинс и убрал посуду со стола.

- Значит, меня вчера привезли домой? Как я выглядел? У меня были ушибы, гематомы?

- Вчера вы изрядно надрались в каком-то баре,- выговорил с акцентом на русском слуга, продолжил уже на английском.- Ваши приятели привезли вас на машине и отнесли в спальню.

- Бред! Я же попал в кораблекрушение. Я плыл на лайнере на Кубу, собираясь пожить некоторое время в бунгало… Или нет? Какой сегодня день, Сэмуэль?! – воскликнул Диков.

- 29 октября 2009 года. Местное время 19:39. Сэр, вам плохо? Может пригласить доктора?

- Нет! Никаких врачей. Они упрячут меня в психушку надолго. А начнут, знаешь, с чего? Мол, у вас переутомление и вам стоит пройти короткое обследование.

- Как вам будет угодно,- кивнул Паркинс и ушёл.

- Неужели мне всё это приснилось?- удивлённо пробормотал Артём, вернувшись в спальню.

Надев свитер и куртку, кожаные ботинки, он вышел на балкон и взглянул на затянутое тучами небо. Собирался дождь.

Диков сделал глубокий вдох и, наслаждаясь чистым воздухом, подумал: «Пусть это был сон, но какой реальный!»

Позади послышались шаги, и музыкант обернулся.

- Сэр, к вам посетитель. Он требует встречи,- сообщил слуга.- Говорит, дело очень важное.

- Хорошо, впусти его и проводи в гостиную. Я сейчас приду,- кивнул Артём.

 

Спустя 15 минут Артём Диков вошёл в гостиную. На стенах были дорогие обои, при включённом свете на них становились видны золотые блёстки. Прекрасная люстра, изящные торшеры освещали комнату. Паркет не скрипел, не потемнел несмотря на возраст. Две репродукции работ Айвазовского, китайская ваза эпохи династии Минь, карликовая пальма у большого окна и великолепные кожаные кресла у камина.

В одном из них сидел незнакомец в чёрной рубашке, выглаженных по стрелочкам брюках и тапках, поданных по просьбе гостя Паркинсом. Он был плотного телосложения, рослый.

Услышав шаги, незнакомец встал с кресла и улыбнулся. Внезапная боль пронзила голову музыканта. Он вскрикнул и закрыл глаза. Часто задышал, вовремя подставленное плечо незнакомцем, и Диков добрался до кресла. Плюхнулся в него и открыл глаза. Лицо гостя показалось ему знакомым.

 

- Г... Гриша?- удивился Артём, разглядывая меня.- Странно, как я раньше о тебе ничего не знал… Да, не знал. Как ты меня нашёл?

- Здравствуй, друг,- произнёс я, пожал руку и сел напротив.- Действие блокираторов истекло, поэтому у тебя и болит голова. Вспоминай! У нас не так много времени. От того, что ты вспомнишь, зависит как долго будет существовать эта фантазия.

- Что ты говоришь?! Чушь! Хотя совсем недавно я сомневался в реальности вчерашних событий. Периодически я начинаю сомневаться в действительности происходящего со мной.

- Вспоминай, на кону многое. Я немного помогу тебе. 15 октября 2020 года ты позвонил мне, сказал, что тебе плохо, что здоровье иссякло, и ты не знаешь как быть дальше…

 

Артём ошалело уставился на меня, затем выдохнул и сосредоточился. Головная боль прошла, очевидно, он успешно преодолел последствия воздействия блокираторов, введённых ему. Я молча наблюдал за ним.

Мой друг вспоминал… Да, 15 октября 2020 года он снова проснулся с жуткой головной болью. Таблетки уже не помогали, травяные отвары оказались бессильны. Рвота, слабость, нарушение координации не давали покоя ему последний год.

Продолжительное чрезмерное употребление спиртного, курение и отсутствие режима дня сделали своё дело – у Артёма развивались опухоли головного мозга. Ему относительно повезло – аденома гипофиза относится к медленно развивающейся форме рака. Гораздо хуже было то, что кроме неё у него были сосудистые опухоли.

Он знал свой диагноз уже полгода, прошёл курс химиотерапии, который не принёс положительных результатов. Врачи настаивали на операции, советовали к кому обратиться, но Диков хотел найти профессионала.

И тогда он обратился ко мне, а я позвонил старому другу – Константину Власову, главному нейрохирургу специальной клиники в Мюнхене. За годы нашего знакомства многое изменилось. Если я стал изучать сознание и подсознание человека, уровни памяти и пребывание во снах, то Костя в последние годы редко принимал участие в операциях. Зато в весовой категории и я, и он остались прежними.

22 октября Диков прибыл в Мюнхен и лёг на обследование в клинику, где работал Константин. Результаты были неутешительными: аденома гипофиза хоть и медленно развивалась, однако удалять её было уже слишком рискованно – центральный орган эндокринной системы перестал бы вырабатывать гормоны. Конечно, можно было попытаться пересадить Артёму новый гипофиз, но вероятность того, что орган приживётся и будет нормально взаимодействовать с гипоталамусом была мала.

И тогда я предложил радикальное средство – погружение человека в иллюзорный мир посредством глубокого сна. Пока пациент будет витать в своих мечтах, у врачей появится время детально исследовать поражённый орган и восстановить работу сосудов головного мозга. Шанс того, когда мозг отдыхает, можно будет что-то сделать с гипофизом с помощью специального лазера, был мал, но попытаться стоило.

- Мне терять нечего,- сказал вечером за чашкой чая Артём.- Если получится, буду жить. Если не получится, поживу ещё немного и сдохну.

Он так и оставался худым, болезнь сильно сказалась на его лице, прорезав морщинами лоб, добавив постоянные чёрные круги под глазами и бледность губ. Лишь волосы оставались длинными и немного посветлели.

- Нравится мне твоё оптимистичное настроение,- покачал головой Константин, взглянув на пациента.- Для проведения этой операции нам нужно дорогостоящее оборудование, специальные препараты, воздействия которых на мозг человека я не изучал. Вдруг он проснётся во время операции? Что тогда?

- Скорее всего, умрёт,- произнёс я, скрестив руки на груди.- Надо попытаться. Рискнуть. Оборудование в моей лаборатории, завтра же его погрузят и отправят к нам. О лекарствах не беспокойся, у меня есть один человек, которому я доверяю в этих делах всецело.

- Куда вы меня втягиваете!- воскликнул хирург и взмахнул руками.- Ну как можно работать с идеалистом? Как мы узнаем, что с ним происходит? Где витает его сознание?

- Коконы специально соединены, между спящими есть связь. Если один засыпает раньше, второй попадает в сон первого. Вы погрузите меня в сон следом за ним, и я смогу наблюдать. До поры до времени буду невидим для него. Только мне будете вводить малые дозы препарата, чтоб я мог просыпаться и координировать ход операции.

- Ты вконец помешался на снах и изучении реальности! Ты уже 10 лет ищешь способ пребывания сознания человека вне тела и не…

- То есть ты отказываешься? Хорошо, я найду другого хирурга.

- Какого другого?! Где ты сегодня найдёшь равного мне? Не дури.

- Значит, по рукам?- улыбнулся я и протянул руку другу.

- Чую, пахнет опаснейшей авантюрой в моей работе. Валяй, вези сюда оборудование,- согласился Константин, пожимая руку, затем взглянул на молчавшего музыканта.- А ты, дружище, готовься.

 

На следующий день я позвонил в лабораторию и попросил как можно быстрее переправить в Мюнхен моё оборудование. Спустя 3 дня специальный транспортный вертолёт доставил в пригород металлические коконы, соединённые между собой, сканеры и мониторы, батареи питания и рабочие документы.

Пока персонал клиники занимался подготовкой помещения и установкой оборудования, Артём проходил дополнительное обследование. Я же позвонил Пенелопе Касл, фармацевту из Нью-Йорка, именно она подбирала все лекарства для моих исследований.

Пенелопа с радостью приехала к нам, но когда узнала детали плана, засомневалась.

Мы стояли у застеклённой операционной, где Диков проходил последний тест.

- Что ты затеял…- сказала она, глядя мне в глаза.- Грег, это слишком рискованно.

- Пенни, ты знаешь меня уже 7 лет,- произнёс я, взяв её за руку.- Ты же помогала мне всё это время. Я убедил Власова взяться за операцию, неужели ты откажешься?

К нам подошёл Костя в зелёном халате, шапочке и марлевой маске. Он окинул фигуру гостьи оценивающим взглядом сквозь очки и посмотрел на меня так, будто хотел спросить «Где ты нашёл такую симпатичную и свободную девушку?»

- Пенни, это Константин Власов, мой старый друг,- представил я хирурга подруге.

Пенелопа улыбнулась и, кивнув, сказала:

- Значит, вот так выглядит всемирно известный нейрохирург. Что ж, рада знакомству. А теперь прошу меня извинить, я встречаюсь с местным фармацевтом Клаусом Штрафе через полчаса. Он обеспечит нас необходимыми препаратами.

Она пожала мне руку на прощание и ушла. Мы посмотрели ей вслед. Не стану скрывать, Пенелопа Касл мне очень понравилась при нашем знакомстве в Нью-Йорке в 2013 году. Я тогда ещё умел производить на девушек нужное впечатление, а ей было 22.

Я задумчиво смотрел на двери, понимая, что внешне она осталась очень привлекательной. Годы не сказались на её фигуре, лица не коснулись морщины, а каштановые волосы были всё также длинны до плеч и блестели.

- Знаешь, Власов,- обратился я к другу.- После операции я сделаю ей предложение.

- Оо да!- хмыкнул Костя и хлопнул меня по плечу.- Хотя вы давно знакомы и, как я вижу, отношения у вас тёплые. Ладно, пора проверить нашего пациента.

 

29 октября 2020 года мы вчетвером вошли в просторный кабинет, где было установлено всё необходимое оборудование. Я и Артём раздетые по пояс, Власов и Касл в зелёной униформе хирургов.

- Устраивайся поудобней,- сказал я другу, постучав по крышке кокона.- Здесь ты проведёшь N времени.

Диков почесал за ухом, залез в кокон. Почувствовал вибрацию аппарата, несколько цветных лампочек замигали над его головой, загудел здоровенный агрегат, к которому тянулись кабели кокона.

Пенелопа подсоединила маленькие датчики ко лбу и вискам Артёма. Длинных волос как не бывало – музыканта коротко подстригли. Я проверил показания сканеров и кивнул. Она сделала укол, и музыкант почувствовал как волна слабости накрывает его. Спустя 5 минут он спал.

 

- Охренеть!- воскликнул Артём и, вскочив с кресла, заходил по комнате.- Знаешь, что самое страшное, Гриша? Я понимаю, что это правда. Значит, неспроста мне порой казалось, что этот мир нереален… И всё-таки в голове не укладывается.

- Сейчас я тоже немного растерян,- признался я.- Этот мир кажется таким настоящим, таким желанным. Так, теперь у нас есть ещё некоторое время.

- Знаешь, мне казалось, что происходящее вчера на лайнере реально. А когда я ехал по пустому вечернему Питеру, я подумал, что с алкоголем принял экстази. Снегопад в Вашингтоне, цунами у Флориды…

- Ну, это плод твоего подсознания. Здесь всё реально.

- А что было дальше, после того, как я уснул?

- Я нырнул следом за тобой…

 

- Всё нормально, Костя?- спросил я, глядя на изображение на мониторе.

- Что может быть нормального у больного раком!- воскликнул хирург и взглянул на меня.- Ты уверен, что хочешь отправиться за ним?

- Разумеется. Сколько будут действовать блокираторы памяти Артёма?

- 48 часов. Ах да… Сколько в фантазии… Я думаю, месяцев 9-10.

- Отлично.

- Повезло тебе, Гриша. Ты увидишь мир иллюзий музыканта с большими амбициями.

- И не говори. Пенни, коли меня.

Подруга сделала мне укол, коснулась рукой моей шеи и прошептала «Удачи». Я провалился в мир фантазии.

 

- С того времени я периодически просыпался, разговаривал с Костей и снова погружался сюда,- сказал я, встав с кресла и подойдя к окну.- Есть хорошая новость: сосуды твоего головного мозга восстановлены.

- А плохая новость?- поинтересовался Артём, стоя рядом.

- Нам не удастся вылечить гипофиз. Даже в состоянии сна, пребывая в этом мире, ты не перенесёшь такой операции. Удаление аденомы лазером приведёт к постепенному отмиранию гипофиза. Лучевая терапия не поможет.

За окном было темно. Свет уличных фонарей был мягким, наверно сейчас было бы здорово прогуляться по пригороду Женевы.

- То есть я проснусь по-прежнему больным?! А если аденома распространится на другие органы? Что тогда?- спросил Диков.

- Не знаю,- ответил я и посмотрел другу в глаза.- Помнишь, недавно ты удивлялся. Стоило тебе подумать о катастрофе или перемене погоды и это случалось? Так вот, это распространяется на весь этот мир. Фантазия может рассыпаться в песок, едва ты подумаешь об этом.

- И моё сознание вернётся в тело? Я проснусь?

Я взглянул на часы на руке и, кивнув, сказал:

- Действие снотворных подходит к концу. Больше уколов не будет. Операция на мозге завершена, ты очнёшься со швами.

Внезапно я ощутил колебания пространства вокруг. Китайская ваза разбилась вдребезги, репродукции картин Айвазовского слетели со стен и завертелись под люстрой, которая зазвенела. Паркет под ногами затрещал, окно заскрипело и вылетело наружу. Всё вокруг стало как будто плавиться, искривляться.

В изогнутом дверном проёме возник силуэт Паркинса. Он попытался подбежать к нам, но странно вывернулся и скомкался в чёрный сгусток.

- Пора, друг!- закричал я, чувствуя невероятную тяжесть.

Фантазия рушилась. Особняка не стало. Иллюзорный мир ломался, осыпался, раскалывался и плавился. На моих глазах исчезали материки, испарялись океаны. Спустя каких-то 7 минут (наручные часы продолжали отсчитывать время) мы болтались во мгле.

Я видел рядом Артёма. Видел свои конечности, но не чувствовал ничего. На душе было спокойно.

- Фантазии больше нет,- пробормотал друг, разведя руками.- Прекрасного мира, моего мира больше нет. Я возвращаюсь в реальность, где меня ждёт болезнь и медленная смерть.

- Надежда жива, пока ты веришь,- произнёс я, взяв Артёма за руку.- Мы найдём способ вылечить тебя. Не отчаивайся.

Он горько усмехнулся и исчез.

 

- Он вернулся!- услышал Артём женский голос.

Музыкант огляделся, увидел лицо Пенелопы, провода от кокона и Константина. Лампочки над головой погасли, датчики на лице продолжали передавать информацию.

Хирург щёлкнул пальцами, проверяя реакцию пациента, и сказал:

- С возвращением. А Гриша?

- Что, Гриша?- удивился Диков.

- Где носит его сознание?!

- Он… Не знаю. Я думал, мы… Фантазии больше нет.

- Тьфу ты, чёрт. Это я понимаю. Но почему он не приходит в себя? Пенелопа!

- Он без сознания,- сообщила Касл, проверив показания приборов.

И вдруг… Изображение на мониторе стало меняться.

- Константин!- воскликнула Пенелопа.- Смотри!

Нейрохирург уставился на монитор. Артём привстал в коконе, проводки натянулись. Он глазел на происходящее и недоумевал.

Аденома гипофиза сокращалась в размерах, словно какая-то неведомая сила сжимала её. И вот осталась чёрная точка, ещё миг и она пропала.

- Ничего не понимаю,- пробормотал Костя, сняв очки и протирая стёкла.- Никогда такого не видел. Воды!

Пенелопа подала Власову стакан воды, он выбросил марлевую маску в мусорную корзину и одним глотком опорожнил стакан.

- Константин, опухоли больше нет?- не веря увиденному, спросил Артём.

- Получается, нет.

- И рака у меня больше нет?

- Получается, нет.

- То есть я здоров?- спросил пациент, выбравшись из кокона и разглядывая в зеркале швы.

- Да,- кивнул нейрохирург.- Но мы проведём контрольное обследование через 2-3 дня. Знаешь, у больных раком бывают рецидивы. Так что теперь тебе регулярно придётся бывать здесь.

- Я думаю, всё будет окей,- сказал я, выпрыгнув из кокона и подойдя сзади к друзьям.

- Ты вернулся?- уставился на меня Костя, пощупал пульс и вздохнул.- Не кажется. Он, действительно, вернулся.

Пенелопа подошла ко мне и, обняв, прошептала на ухо «Никогда больше не пугай меня».

- Как ты себя чувствуешь?- спросил Артём, разглядывая моё лицо.

- В форме, как всегда,- ответил я с улыбкой.- Есть хочу. Собирайтесь, пора отпраздновать выздоровление нашего пациента.

Мы переоделись и поехали в ресторан в двух кварталах от клиники. На улице было темно, ветер бил в лицо порошею снега.

- Какой сегодня день?- спросил Артём, когда мы закончили с салатом.

- 31 октября 2020 года, 21:28 местного времени,- буркнул Константин, вытирая рот салфеткой.- Пришлось немного растянуть операцию. Официант! Несите горячее.

- Я всё ещё не верю в случившееся.

- Главное, что вы вернулись,- сказала Пенелопа и посмотрела на меня.

- А знаете, обидно даже,- произнёс Артём.- В этой фантазии я всего добился, стал известным музыкантом, регулярно выступал и отдыхал, сколько хотел. И вот её нет.

- Дружище, у тебя всё впереди,- сказал я и хлопнул Дикова по плечу.- Успеешь добиться всего, что было у тебя там.

- Поглядите на него!- воскликнул Константин.- Он чудом вылечился от рака и недоволен. Поразительно!

Мы засмеялись.

 

Спустя 1,5 часа мы вышли из ресторана и остановились у машины Пенелопы.

- Поехали ко мне,- предложил я подруге.

Она кивнула.

Константин отвёл меня на пару шагов от авто и прошептал:

- Это ведь ты сделал?

- Нет,- я покачал головой.- Он сделал это сам. Узнав правду, оставшись наедине с болезнью, он не испугался. При пробуждении его мозг запустил какой-то скрытый процесс. Знаешь, некоторые люди, оказавшись в безысходной ситуации, проявляют неизвестные способности.

- И ты это видел?

- Костя, неужели ты думаешь, что я мог увидеть то, что происходило в его голове?

- Тогда почему ты задержался? Почему твоё сознание некоторое время где-то блуждало? А?

- Мм… Я не буду отвечать на эти вопросы,- сказал я и пошёл к машине, сел в салон.

Константин нагнал меня, я опустил стекло.

- Как хочешь,- сказал он.- Но на днях я мы серьёзно побеседуем о твоих исследованиях. Оборудование пока останется в моей клинике. Доброй ночи.

Артём подбежал к машине и слегка толкнул в плечо нейрохирурга.

- Давай, пошли уже,- сказал он Косте.- Дай людям побыть наедине.

- Конечно,- кивнул врач и пошёл по улице домой.

- Спасибо вам, друзья,- сказал Артём и побежал за Константином.- Эй, Власов! Я не прочь заглянуть к тебе в гости сегодня. Всё равно мне нельзя пить алкоголь трое суток… Эх, сейчас бы пива!

Пенелопа засмеялась, услышав чертыханья нейрохирурга. Машина наполнялась теплом обогревателя, из проигрывателя послышалась мелодичная музыка.

- Clapton, «Promises»,- сказал я, взяв подругу за руку.- Эта песня играла в кафе в день нашего знакомства, где я предложил тебе работать со мной.

Она улыбнулась, и мы поехали в отель. В баре я заказал горячий глинтвейн, мы вышли на балкон номера. Попивая приятный напиток, мы любовались звёздным осенним небом, накинув пледы. Я рассказывал о дне, когда захотел заняться изучением головного мозга человека, памяти и подсознания, о первых опытах глубокого сна и сотрудничества с ФСБ.

Она зевнула, я взглянул ей в глаза и, взяв на руки, отнёс в номер. Утром 1 ноября 2020 года я сделал Пенелопе Касл предложение и спустя месяц мы поженились.

 

Вечером августовского дня я поднимался по эскалатору на станции метро «Приморская». Идея родилась утром, за день она обросла и превратилась в набор образов, мест действия и персонажей, проносившихся вихрем в моём сознании.

Я вышел на улицу, направился к дому. «Да, перекушу и начну писать» решил я.

 

В 2009 году я написал рассказ, основанный на своём сне. Неделю назад я ехал на работу утром, и у меня появилась идея «Фантазии». Я благодарен друзьям за разрешение использовать их образы в этой истории.

«Фантазия» – это альтернативный взгляд, связанный со «Сном» идеей, являющийся самостоятельным произведением.

Иллюзорность реального, сотворение чего-либо и крушение надежд, справедливость. Это было, есть и будет в моих произведениях.

 

Август 2010 года, Санкт-Петербург.                                                                                   

0
44
RSS
19:28
+1
Хороший рассказ, правда хороший. Но я позволю себе несколько комментариев по нему.
Для начала старайтесь автор меньше писать в стиле сухого описания действий-он пошел, снег пошел, он сел в машину, и так далее. Почти каждое предложение в рассказе у вас звучит как отбойный молоток. Постоянно описывается дейтсвие без окружения что ли. Сложно описать, но прочитайте ваш рассказ еще раз отвлеченно, может найдете как переиначить некоторые предложения.
Далее хотела бы сказать что наиболее удачным окончанием было бы когда Пенелопа села в машину. То что было сделано предложение на следущий день и все остальное после-это как смаковать послевкусие после послевкусия. Оставляйте читателю возможность самим додумать свадьбу и прочее. Когда вы разжевываете все до мелочей, то получается очень по графомански-думайте больше как читатель когда пишете-как бы вы хотели закончить рассказ читая его.
Так же предлагаю вам пересмотреть некоторые американизмы в тексте. Складывается ощущение что очень сильно на вас повлияли старые детективы американские — классические. Если ваш персонаж русский, то и пишите диалоги как с русскими, не пытайтесь штампировать фразы или тем более образы-дамочка с собачкой с ошейником из бриллиантом и толстосум который подкуривал сигару от стодолларовой купюры-это клише. И таких клише у вас в рассказе еще можно набрать много. Попробуйте показать штапмованый мир не упоминая штампы-знаю, что сложно, но необходимо.
А так очень интересный рассказ — и если это и правда вам приснилось-то мне нужны таблетки или что вы там курите чтобы вам такие яркие сны снились))) шутка конечно-но и правда очень реальный сон)
11:47
+1
Спасибо за отзыв, Саша.
Сейчас, спустя годы, я понимаю, что концовку стоило сделать такой, как ты указала. Это было бы занятно, да. И насчёт резкости предложений и формулировок тоже согласен. Сейчас пишу иначе.
Образы взяты не случайно — это ведь фантазия, то есть выдуманная история. Это компиляция чего-то, увиденного мной и запомнившегося. И подача диалогов выбрана не случайно, это тоже приём для создания иллюзии происходящего. В плане того, что иллюзия не только то, что снится Артёму, но и всё остальное.
Таблетки не употреблял, а вот трубку курил, да))