Что хотела сказать нени?..

Форма произведения:
Рассказ
Закончено
Автор:
Чукча-писатель
Текст произведения:

   Измученная солнцем степь затихала, вздыхала тяжело и душно. Закат окроплял землю, нагрешившую за день. Прибой льнул к песчаной косе и тоскливо всхлипывал.
Я сидел у костра и следил, как схлёстываются в пляске языки пламени.
Неподалёку лежал увечный пёс, спасённый мною несколько дней назад. Из головы не шли истории Селены, и я ждал, когда в сумерках появится согнутая фигура с клюкой.
Звёзды набирали цвет и яркость, с неторопливых волн срывался и летел к берегу солёный бриз, а Селена всё не шла. Но без легенд, которые родились давным-давно посреди морского и степного просторов, мне, безродному бродяге по прозвищу Плутань, не заснуть. Они - цель моего появления здесь. И они же - начало новых странствий. Когда я слушал гортанный старухин голос, чувствовал странную связь с этой пустыней и бороздившим её народом.
  
   Пёс поднял голову, и в глотке, помятой петлёй живодёра, зарокотало рычание. Это подошли подростки. Они уже считали зазорным спать в повозках рядом с матерями и младшими братьями-сёстрами. Но их ещё не пускали к большому костру, у которого молодёжь всю ночь пугала темноту звонкими голосами.
   - Зачем тебе собака? Охранять-то всё равно нечего, - сказал парнишка с шустрыми недобрыми глазами.
   Я промолчал, а он не успокоился:
   - Чем кормишь? У самого со вчерашнего вечера в брюхе пусто. Нени Селена ещё не вернулась, а деди прогнал тебя от котелка. Я видел.
  
   Как объяснить мальцу, что и с пустым брюхом человек не может пройти мимо, когда живую тварь волокут на смерть?
Вот и нени Селена не смогла... Подобрала Плутаня, избитого её соплеменниками только за то, что не вовремя попался им на пути. Растолкала малых ребят по углам повозки, уложила раненого, перевязала и неделю отпаивала горькой степной травой. Потом сказала: "Ожил? Ступай себе..." Но каждый вечер кричала от костра: "Эй! Поешь остатков. Они, остатки-то, сладки!" - и протягивала кусок хлеба с сыром или остывший кондёр в гнутой миске. А то плескала в кружку пенистого горького пива.
  
   Деди Шатуло, угрюмый старик, говорил ей: "Расповадила. Гони прочь, пока человек по-собачьи не залаял". Сегодня увидел меня поблизости и замахал своей палкой; "Опять ты? Уходи, а то пришибу!" Вытаращил из-под кустистых бровей глаза и заковылял в мою сторону, шепча в усы ругательства.
  
   Мимо костра, шурша новыми шёлковыми юбками, прошла русоволосая синеглазка Риула. Край городской ажурной шали, подметая степь, нацеплял репьев и сухой травы. Риула направилась к отмели, на которой засыпал прибой. Девушка всматривалась в густо-лиловую полосу, где море сливалось с близкой ночью, спотыкалась, но к земле взгляд не опускала.
  
   - Потаскуха, - сказал, покосившись на красотку, сердитый парнишка. - Шляется каждый вечер к морю. Непонятно, то ли ждёт, то ли ищет.
   Я сразу заинтересовался:
   - А что она ищет? Красивая девушка. Поёт хорошо.
   - Никто, кроме Риулы, не знает. Может, счастье или судьбу. Ты, Плутань, не слушай его, - высокий плотный подросток указал на товарища. - Он потерял брата из-за Риулы, вот и злится. И не расспрашивай ни о чём. Нени Селена сказала, что разговорами о чужом горе мы привязываем беду к своей судьбе.
   - Плутань разговорами вместо хлеба сыт, - сердитый посмотрел на меня и по-лисьи оскалился, будто собрался укусить. Посерьёзнел и снова стал самим собой - ушлым, но добрым дитём бродячего племени. Добавил, вороша палкой уголь: - Всего год прошёл, а брата уже не вспоминают. Мне обидно. Часто кажется, что его тень идёт за повозкой.
   - Тени человеком не стать. Тоже нени сказала, - заметил рассудительный.
   Очень захотелось узнать историю Риулы, и я заговорил, подражая распевным речам Селены:
   - Мы привыкли о животе заботиться, чтобы цел был и полон. А про душу забыли. Только придёт час, и землёю станем. Куда уйдут наши мысли, привязанности и ненависть? В землю? А вдруг да мчатся они за людьми, просят чуточку внимания? А мы холодно отворачиваемся - это же просто тени...
   Рассудительный поморщился, подыскивая в памяти подходящие слова из наставлений нени. А сердитый заговорил, выглядывая в темноте силуэт Риулы:
   - Влюбился брат. И в кого? В мотыля бесцветного...- малец прервал разговор, помолчал для важности и презрительно потряс головой, как это делали мужчины на рынке, рассматривая сработанные горожанами ножи.
   - Акробатка с площади в Ликсоре лучше, - ввернул товарищ, чтобы посмеяться над ним.
   Я не дал вспыхнуть потасовке, подозвав пса, который обнажил жёлтые громадные клыки, а потом положил лобастую голову мне на босую ступню.
   - Себя брат потерял, всё о Риуле думал. А она на него не больше, чем на земляного жука заглядывалась. Сейчас, поди, жалеет...
  
   Парнишка говорил, а сумерки оборачивались жарким днём...
  
   ... Девушки сушили волосы, вороша костяными гребнями смоляные, русые, рыжие пряди. Неподалёку от них перевалился через песок и уткнулся в прибой каменный уступ. Когда-то, в незапамятные времена, здесь была горная гряда, но её разрушили подземные силы. С такой мощью расшвыряли скалистые вершины, что теперь от одного обломка до другого за день не дойти. Никто не мерил морскую глубину у камня, но поговаривали, что живому человеку до дна не достать. Парни любили нырять с уступа и дразнить погибель, которая таилась там, где вода становилась чёрной. Один из них нашёл жемчужницу и подарил своей любушке. В ней оказалась перламутровая горошина, которая так и горела в солнечных лучах. Все красавицы тотчас затеребили ухажёров: "И мне, мне достань!"
  
   Риула не просила. Рассматривала три жемчужины в ладони: чья крупнее... Каково было видеть это влюблённому юноше? Сравнялся лицом с пеной на волнах-бурунах, да и ринулся с уступа в море. Парни усмехнулись и стали петь и плясать с девушками. Не одна песня разлетелась вместе с ветром над берегом, а юноши всё не было. Погиб ни за что ни про что...
  
   Но вскоре на волнах заколыхалось тело. Море баюкало в объятиях мёртвого пловца. Парни прыгнули в воду, вытащили его. Окоченевшие пальцы сжимали громадную раковину с тёмными наростами и соляными разводами. Подарок с глубины передали Риуле, к утопленнику позвали родителей - проститься и снять с шеи родовой знак, кусочек кожи с вытравленной на нём древнеязычной надписью.
  
   Риула гадливо отбросила безобразную шипастую раковину.
Три дня валялась на солнцепёке жемчужница, не похожая ни на одну раковину на свете. Потом гигантские створки раскрылись, испустили такой смрад, что нельзя было подойти.
Но Селена, для которой всё едино: и сладкий аромат степной розы, и вонь падали - ножом расколупала останки моллюска и извлекла жемчужину, равной которой никто не видел. Отмыла её в море и отдала Риуле.
Девушка продала подарок в городе, накупила нарядов. Там же сыскался для неё жених - устроитель народных зрелищ. Будет теперь вместе с ним веселить горожан, петь на площади.
  
   Жизнь часто предаёт людей, а уж человеческую любовь - чаще всего.
  
   - За что ты ругаешь Риулу? - переспросил я, когда малец замолчал.
   - Да, мне тоже интересно, - раздался из мрака низкий, грудной и прекрасный голос.
   Это Риула незаметно подошла. Задумчиво посмотрела на угли и уставилась на сердитого мерцающими глазами.
   - А хочешь со мной в город? Помощником будешь. Потом - звероводом или акробатом. Мир посмотришь, заработаешь денег...
   - С тобой - не хочу, - буркнул мальчишка.
   - Вольному воля, - рассмеялась девушка, развернулась и пошла в ночь. Крикнула не оглядываясь: - Коли надумаешь, приходи с рассветом к родительской повозке. За мной жених приедет.
  
   Подросткам уже не сиделось возле умиравшего костра. Они подразнили друг друга, потолкались, пытаясь стянуть с голов и отбросить в темноту шапки, а потом убежали. Я услышал, как сердитый крикнул товарищу:
   - Я лучше помощником к звероводу пойду. Возле клеток всегда народу больше!
  
   Отчего-то не спалось, тревожно щемило сердце. Пёс поднялся, стал бродить возле костровища, нюхая землю. Потом поплёлся к холмам, и вскоре оттуда донёся тоскливый вой.
Я решил наведаться к повозкам, узнать, вернулась ли Селена, которая с дочерью Авилой и зятем ещё утром пешком отправилась в город - торговать связками раскрашенных ракушек, разноцветных стеклянных бусинок и разными амулетами.
  
   Тревога усилилась: возле большого костра стихли песни, темнота зашевелилась от приглушённых людских голосов. Я незаметно подобрался поближе и втиснулся в толпу.
  
   У пламени обессилено сидела Авила, её муж с перевязанной головой жадно глотал из фляги. Пятна на повязке из разорванного женского фартука казались чёрными в красноватых отблесках костра.
  
   Кто-то, дыша шумно, с оттягом в хрипотцу, протолкался через сонных, но обеспокоенных людей. Деди Шатуло... Сейчас он всем задаст за ночной переполох.
   - Селена? - спросил старик у дочери. Скользнул взглядом по повязке и снова глухо и безнадёжно потребовал: - Скажи, Авила... Где Селена, моя жена?
  
   Из речей Авилы я понял, что обычное для степных бродяг происшествие обернулось бедой. На шумном, богатом на плутовство и кражи базаре опять кто-то что-то стянул. Разборки закончились дракой, которая переросла в побоище.
Прибыли солдаты и стали хватать тех, кто был одет не по-городскому. Попалась и Селена с дочерью и зятем. Такое часто бывало.
Арестованные могли, конечно, просидеть на казённых харчах целую неделю - а чем плох дармовый хлеб? Потом бы отпустили: тут ведь или весь город под замок сажай, или всех воров отпускай. Но через день - великий праздник. Решили отбиться.
Селену ранили штыком в живот. Она привыкла терпеть боль, не обращать внимания на увечья, и не сразу поняла, что дело серьёзное. Отвела глаза солдатам, которые стали бросаться друг на друга, последние силы истратила на грозовую, с градом, тучу.
Уже за городской заставой увидела, что юбки коркой взялись, а с подола сыплются на землю красные горошины. Повиснув на руках детей, еле доковыляла до рощицы.
  
   - Не хочу в тень, - сказала, глядя на расплавленную солнечную медь в пронзительно-синем небе. - Жара - милосердный враг, который прикончит быстро и не даст измучиться. А вы идите... Чую, здесь скоро солдаты будут... Пересчитают раны, что друг другу нанесли, и не успокоятся... пока не найдут кого-нибудь и не отомстят. Идите, идите...
   - Не оставлю тебя здесь ни живой, не мёртвой! - взвыла дочь.
   - Дура... - прошептали материнские губы, уже пропитавшиеся желтизной. - Всегда была дурой... Сколько ни старалась я... уму-разуму научить... Разве хуже быть... пищей падальщикам... чем червям? Поди прочь... наши пусть уезжают... Плутаню скажи...
  
   По застывшему Селениному лицу дочь поняла: не обыграть ей смерть со слабыми, куда там до материнских, навыками. Отступилась Авила.
  
   Я ожидал, что люди заплачут, ибо нени Селена для каждого значила гораздо больше, чем родная мать. Но они молча разошлись, и даже Шатуло поплёлся к осиротевшей повозке без единого слова.
  
   Луна распыляла мертвенный блеск, превращая степь в скопище чёрных и голубовато-призрачных теней. Я улёгся на душистый ворох сухой травы и заслушался ночными звуками. Пёс так и не появился, поэтому Авилу заметил не сразу.
  
   - Не узнала я, Плутань, что тебе хотела сказать Селена. Поешь вот сладкого... ради памяти нени.
   Рядом зашуршала бумага. Звякнули стакан и бутылка.
Сухая тёплая рука коснулась щеки, провела по волосам. Послышались удаляющиеся шаги.
Вот и всё... Не будет больше древних легенд, которые могли напитать сытнее хлеба - красотой и мудростью мысли. Смерть всегда по-предательски забирает самое дорогое.
  
   Из темноты выскочил мохнатый зверь, с урчанием набросился на свёрток. Тренькнуло стекло, ударившись о землю, и в воздухе разлился пряный аромат. Только на миг задумался, и на тебе - остался без ужина. Пёс проглотил его вместе с бумагой и уселся рядом как ни в чём ни бывало.
Я вытряс в рот оставшееся вино и снова улёгся. В груди разрослась тёплая пустота, которая могла вместить, кажется, всё огромное небо с далёкими сверкающими мирами...
  
   - Разлёгся, уголовщина, - сказал кто-то надо мной, и дыхание прервалось от тяжёлого отвесного удара в грудь.
   Когда воздух наконец-то попал в ставшее тесным горло, рёбра хрупнули, и я чуть не подавился кровью. Только потом открыл глаза.
Трое солдат с отвращением и злобой рассматривали кафтан, которым я был накрыт, поломанную безлошадную повозку и осколки вчерашней бутылки.
  
   Я отбросил чужую одежду, которая пахла дымом и конским навозом, вытер липкую струйку на подбородке. Сел, держась за рёбра. Они хрустели, а грудь стонала от каждого движения.
Чуть поодаль над раскинувшим лапы псом жужжали мухи. Эх, бедолага... недолгой была твоя жизнь подле меня: от крюка живодёра до отравы.
Осмотрелся: на ровной, как морская гладь, степи - ни следа от повозок. Ни души, кроме незадачливого Плутаня да троих обманутых солдат.
  
   - Бутылка-то из погреба винодела, - сказал один. - А кафтан как у местечкового мельника. В прошлую ярмарку пропал. Всё, поймали вора. Поднимайся, сволочь!
   - Может, это не он, - вымолвил самый молодой и просительно посмотрел на напарников: - Расспросить бы.
   - Наше дело маленькое, - ответил пожилой, со свежими ссадинами на кирпичном недобром лице. Потрогал заплыший глаз и отчего-то вызверился: - В городе я из него правду вытрясу. Не захочет языка лишиться - расскажет. Ступай, гад, вперёд. Бежать даже не думай. Пристрелю.
   - Днём раньше, днём позже, - усмехнулся в усы третий.
  
   Я шёл впереди и чувствовал направленные мне в спину ружья. Умом понимал народ, который безвинно передал меня в лапы закона ради общей безопасности. Такова судьба Плутаня-одиночки.
Но в душе ощущал пустоту.
Время от времени смотрел по сторонам - не бежит ли рядом мохнатая тень? Не стоит ли на каменном уступе отчаянный искатель любви и жемчуга? Не выходит ли из рощицы, усеянной мерзкими крикливыми птицами, сгорбленная фигура? Пусто...
  
   Не заботила уготованная мне судьба. Мучило только одно: что же хотела сказать, умирая, нени?..
  
  
0
515
RSS
16:15
Рецензия на рассказ «Что хотела сказать нени?..»
Ну я, право, даже не знаю, что мне сказать по поводу этого рассказа…
Скорее всего, по крайней мере, хочется надеяться, автор закладывал в свое творение какой-то глубинный смысл, но запрятал его настолько глубоко, что я его не увидел. А может не увидел потому, что смысла нет и вовсе. Не знаю.
Первые же строки заставили напрячься. Ну не люблю я этот пафосный слог, когда авторы пытаются обычные вещи показать с излишней красивостью. Иногда это бывает удачно, согласен, но кра-а-айне редко. А учитывая, что в данном случае такое встречается всего раз, лишь в первом абзаце, то я вообще не понимаю целесообразности сего творческого решения. Ладно бы целиком рассказ состоял из подобных предложений (правда тогда его вряд ли бы смогли читать, я-то уж точно), либо же они равномерным слоем были распределены по всему тексту. Но нет же…
О чем рассказ – непонятно. Если главная его мысль узнать, о чем сказала ГГ нени, то это останется загадкой для читателя навек, потому что тут и гадать бессмысленно.
Вот, кстати, кто такая нени? Что означает это слово? Если «деди» еще вроде как можно понять, то нени… Судя по тому, что это жена деди, скорее всего это бабушка какая-нибудь, «беби» ее не назовешь, это понятно.
Пару раз, как мне показалось, автор забывал, в каком лице ведется повествование и перескакивал на время на третье. Ну, бывает… Хотя при вычитке, если она проводилась, такие моменты должны были быть устранены.
Персонажи не раскрыты. Разве что рассказана история Риулы, но к чему она? Для чего она здесь?
В общем вопросов, как и к рассказу-оппоненту, вагон и малая телега. Где происходит действие? Что за община такая, похожая на цыганский табор? Кто есть главный герой, почему у него такое положение в обществе?
Все же, несмотря на все вышеперечисленное, мне этот рассказ больше приглянулся. Поинтереснее он, занятнее. И есть над чем поработать.
ИТОГ:
Грамотность – 9.
Сюжет – 2.
Раскрытие персонажей – 2.
Раскрытие темы – 5.
Стиль – 7.
Общий балл: 5.
Чукча
17:12
Спасибо за отзыв smile Этот рассказ — стилизация под раннюю романтическую прозу М. Горького, отсюда особая образность, символика, характеры, общая модальность текста. Вы не обратили внимания на строки о жизни-судьбе, но это даже здорово smile Значит, не поняли, в чём автор кощунственно противоречит великому писателю. Ну, а о том, что именно хотела сказать «нени» (выдуманное слово, таки фэнтези), нельзя догадаться, не зная о «хождениях» писателя и его восприятии жизни в начале и конце творческого пути. Естественно, что мало кто помнит и строку Бродского из стихотворения «Пилигримы»: "… И значит, остались только иллюзия и дорога" smile Но автор и не надеялся на понимание :)
А можно узнать, за что именно снижена оценка «грамотность»? smile
19:37
Была пара моментов, за которые взгляд зацепился. Точно не скажу, а перечитывать, уж пардоньте, не буду) Скорее всего пунктуация, либо буква пропущенная… А 10 я ставлю только если вообще ошибок нет, либо я не заметил, что крайне редко бывает)))
01:12
Начало красивое. Даже очень образное. Думал какое-то фэнтези. Эти «деди», «нени» очень красят и не портят текст. Но тут автор ввернул слово «зять», которое сразу стало чужим и каким-то деревенским советским. Я не помню, чтобы даже Дюма употреблял это слово. Ну и дальше пошли уже и «солдаты», и «штыки», что полностью развеяло картину фэнтези. А ведь рассказ бы только выиграл, если бы автор выдержал стиль! Заменил солдат — стражниками, а штыки — мечами. Ну и финал, опять смазан, стерт и непонятно стало, что хотел сказать этим рассказом автор. Отклоняясь от линии, отвлекаясь на второстепенных персонажей, автор так и не донес главную идею рассказа. Бродяги показаны, они есть. Но тут можно было покопать глубже. Показать два мира — богатый городской и бедный бродяжий, сравнить их. Завязать интригу, конфликт. А получилась просто зарисовка из жизни цыган. Увы. Но, работать есть над чем, да.

Придирки

и протягивала кусок хлеба с сыром или остывший кондёр в гнутой миске


А это что? конденсатор? наверно, очень вкусно)

к отмели, на которой засыпал прибой


Игра слов, 1) «засыпал прибой» — песком засыпал. или 2) «засыпал прибой» — ветер стихал и волны стали успокаиваться. Что имел ввиду автор, не очень понятно. Скорее — второе, но тут надо сделать более явный акцент.
Девушка всматривалась в густо-лиловую полосу, где море сливалось с близкой ночью, спотыкалась, но к земле взгляд не опускала.


Лучше разбить на два предложения. Иначе можно ошибочно понять, что море «спотыкалось».

Там же сыскался для неё жених — устроитель народных зрелищ. Будет теперь вместе с ним веселить горожан, петь на площади.


Неправильное построение. Из предложения выходит, что именно жених непонятно с кем будет «веселить горожан», а это не так.

и уставилась на сердитого мерцающими глазами.


Второй раз упоминается «сердитый». Или дайте ему имя, или уж пишите «Сердитый».

и дыхание прервалось от тяжёлого отвесного удара в грудь.


Хоть и логически правильно, но это слово мне не нравится (отвесный) в этом рассказе. Никакой разницы не будет, если автор просто его опустит. И так понятно, что герой спит и получил в грудь, значит мог получить только сверху и никак иначе.

Грамотность – 8.
Сюжет – 2.
Раскрытие персонажей – 2.
Раскрытие темы – 4.
Стиль – 9.
Общий балл: 5.

10:14
Кондёр меня тоже смутил, с конденсатором тоже провел аналогию, но воспользовавшись благами цивилизации в лице Гугла, я понял, что это такой суп)
14:52
Давайте до Хантера ключевые места не озвучивать, хорошо? )
15:05
???
15:12
Ну, подобные вещи будет обыгрывать Хантер, когда будет подводить итоги дуэли. А так получается неинтересно.
Чукча
11:00
Вадим, спасибо за отзыв и оценку! Со ней полностью согласна, а вот с замечаниями — только с последними двумя. Про кондёр: www.magia-vkusa.ru/facts/438-konder-i-kulesh.html Это блюдо упоминается у Шолохова, Горького. В слове «засыпал» можно выделить нужную букву, отчего-то жаль губить олицетворение.
Автор, если вы используете малоизвестные слова — пользуйтесь сносками. Разве это сложно?
Чукча
16:16
+1
Автору это не сложно smile Гораздо сложнее предугадать, какое слово может оказаться малоизвестным smile Спасибо за замечание.
А я уж испугался, что вы сами на завтрак кушаете охлажденные конденсаторы и дроссели в собственном соку)
Чукча
16:52
+1
Что вы?! Как можно! Конденсаторы и дроссели едят исключительно на ужин, как лёгкое, не затрудняющее пищеварение блюдо. И ещё: гурманы ценят конденсаторы с пылу с жару, а дроссели вкуснее в маринаде.
04:41
Ну что могу сказать, этот рассказ смотрится явно выигрышнее своего оппонента хотя-бы за счет образного языка,. Слог лично мне очень понравился, а вот все остальное в этом рассказе несколько похуже. Самая основная претензия была озвучена уже выше: мы так и не узнали что-же хотела сказать нени. Немного отталкивает обилие незнакомой терминологии, именно как читателя, но к качеству текста это отношения не имеет, так что просто совет на будущее автору — либо сноски, либо меньше сложных слов) Перейдем к оценке.

Грамотность – 9 (глаз почти не цеплялся).
Сюжет – 4 (он вроде как есть, но его вроде и нет).
Раскрытие персонажей – 4 (попытки были, что уже неплохо).
Раскрытие темы – 4.
Стиль – 10.
Общий балл: 6.2
11:54
Итого Дуэли №12 на память от Хантера: book-worlds.ru/news/215-itogi-dueli-12.html