Единственная дорога

Форма произведения:
Миниатюра
Закончено
Единственная дорога
Автор:
Maxfactor
Аннотация:
Из записок пилота космического десанта, следователя транспортной безопасности уорент-офицера Кларенса Т. Хантера. Разбирая свои, прямо скажем, необычайные приключения на Кварге, я не могу умолчать о местной легенде. Это первый заместитель, а по-нашему, старший лейтенант Мадс. Мы провели достаточно времени в одном танке, но подробности эпического боя мне пришлось вытягивать из этого молчуна едва ли не клещами. Однако, всем известно – если мне что-то взбредет в голову, я упрям, как осел. Тащились ли мы через болота, или мчались через выжженную химическим оружием пустошь, населенную мутантами, я не упускал случая задавать ему один и тот же вопрос – «а дальше что»? Из этих разрозненных осколков я, как мог, собрал мозаику и привел ее в более-менее удобный для прочтения вид. Я заменил принятые на Кварге звания и единицы измерения, назвал бронеходы танками и дал Мадсу наше имя – Эрвин, ибо я так и не удосужился спросить, как же его зовут на самом деле. Забегая далеко вперед: я выяснил, по чьей вине космопорт остался без защитного периметра, и почему, пока шла война, его персонал подвергался серьезной опасности в отсутствие хотя бы одного вооруженного звездолета. Но наказывать этого человека нельзя, ибо он, как и я, стал игрушкой могущественных сил, которые всю нашу технологическую мощь умудрились использовать в своих интересах. И если бы я не был психом (надеюсь, в хорошем смысле слова), скорее всего, я остался бы на Кварге навсегда.
Текст произведения:

Тяжелый танк 4502Б – восемьдесят тонн легированной стали и механизмов, кромсал гусеницами разбитый асфальт старой дороги. Свинцовые облака сочились мелким противным дождем, и серый, длинный ствол орудия с набалдашником дульного тормоза казался окутанным призрачным туманом. Старший лейтенант Эрвин Мадс, стоя в открытом люке, и наблюдая за дорогой, то и дело вытирал лицо рукой и ежился от пронизывающего ветра. Проклятая вода пропитала комбинезон, и ледяные струйки стекали за шиворот. Но спускаться в башню было нельзя – днем, в середине долгого марша, машина едва не сползла в яму. И если бы единственный оставшийся из всего взвода танк застрял, это обернулось бы неминуемой катастрофой для всего континента.

В башне, кинув сложенный брезент на черные остроносые снаряды, дремал заряжающий – маленький жилистый мужчина, могучие руки которого могли согнуть стальную кочергу. Под потолком горел плафон - наводчик читал, уютно устроившись на сидении. Танк качнулся, и сержант спрыгнул на пол. Он поднял книгу, провел тонкими пальцами музыканта по обложке, и продолжил увлекательное занятие, привалившись к казеннику пушки. Интеллигент до мозга костей – бывший сельский учитель. Мог бы и не воевать – так нет же, пошел добровольцем.

В серой туманной мгле показались разбитые снарядами постройки. Мадс нажал кнопку переговорного устройства:

- Стоп! – приказал он водителю, и потряс заряжающего за плечо.

- Проверь село.

Капрал вернулся через несколько минут.

- Одни зомби, лейтенант! – сострил он. - Ни одной живой души!

Тяжело лязгая траками, танк миновал покинутую деревню. Чудом уцелевшие дома безразлично смотрели на проплывающую мимо стальную громаду. На окраине села Мадс увидел покрытый пятнами ржавчины разбитый танк – он стоял здесь, наверное, со времен первого наступления. Тогда не было космопорта, имперцы безуспешно пытались взять столицу Конфедерации. Сейчас, в преддверии мирных переговоров, Империя хочет отыграться и не дать лунатикам шанса прекратить войну. Ей нужна только победа - любой ценой.

Серая лента асфальта начала петлять между поросшими густой растительностью холмами. Наконец, лейтенант увидел «чертовы ворота» - узкий выход на равнину между двумя похожими на женскую грудь холмами. На правом фланге блестела болотная жижа. Значит, оттуда бояться нечего – в такой трясине увязнет целый танковый полк.

Командир приказал водителю съехать с дороги и встать за маленьким пригорком так, чтобы из-за него торчала только башня и верх корпуса.

- Наводчик со мной, остальные займитесь маскировкой! - Мадс спрыгнул в траву и пошел вперед, считая шаги до поворота. Если удастся поразить первую машину противника, дорога будет перекрыта.

- Прицел восемьсот, Эрв? – спросил наводчик, выставив большой палец в сторону  размытой за пеленой дождя глыбы танка.

- На прямой. Твоя главная задача – уничтожить головную машину. Без шума и пыли.

- Я постараюсь, - сержант прищурил глаз, еще раз оценивая дистанцию. На стрельбах говорили, что он родился с дальномерной сеткой в голове.

- Не постараюсь, а есть! Промахнешься – нам хана.

Дрожа от холода, лейтенант вернулся к танку, уже укрытому маскировочной сетью. Погода показалась еще более омерзительной. Везет лунатикам -  их хитроумные приборы видят и в облаках, и в тумане. Звездные машины закованы в несокрушимый панцирь, на котором самые мощные орудия не оставляют даже царапин. Но проклятый корабль улетел вместе с его суперпушками и ракетами, и теперь лейтенанту приходится отдуваться за всех!

В скошенном носу машины, отделенные от башни двигателем, а от внешнего мира двадцатисантиметровой цементированной бронеплитой, укрылись водитель и радист. Командир трижды стукнул по  крышке люка рукояткой пистолета. Чумазый механик выскочил из танка, как чертик из табакерки.

- Проверь ходовые электромоторы, - сказал лейтенант и обратился к остальным: – Силы неравны, у нас приказ стоять насмерть. Но если мы не удержим ворота – космопорту и его персоналу хана. Тогда лунатики выжгут все – за своих они мстят жестоко. А теперь – ужинать и спать. Дежурим по очереди.

- Командир, добьем энзе? – в руке радиста, совсем еще молодого парня, появилась консервная банка.

- Добивайте, я не хочу. Первым дежурю я, вторым – наводчик. Далее заряжающий и водитель. Последний – ты, дружок.

Лейтенант включил радиостанцию и покрутил ручку настройки. В наушниках заиграли имперские собачьи марши. Гадость. «Последний бой – он трудный самый». Кошмар. «А молодого командира несли с пробитой головой». Мрак. Наконец, Мадс нашел то, что, как ему казалось, нужно. Девушка пела очень красивую и нежную песню о любимом, который остался на берегу, а она плывет куда-то очень далеко. Командир заслушался, но после слов «смерть, побеждающий вечный закон – это любовь моя», сердито щелкнул тумблером. Да что ж они, сговорились пророчить? Сто к одному, что завтра имперцы вскроют люки, вытащат их обгоревшие тела на свет божий и подвесят за ноги на стволах своих машин!

Сдав вахту, лейтенант захлопнул люк и долго ворочался на жестком куске брезента. Он чувствовал себя приговоренным.

Но он успел, и это главное. Если бы танки Империи прошли «чертовы ворота» - через час жестокий враг уже громил бы беззащитный космопорт. А тогда пиши пропало.


 

К полудню дождь прекратился. Низкие серые тучи по-прежнему стлались над самой землей, едва не задевая верхушки холмов. В воздухе висел низкий гул моторов – имперские танки резво катились по разбитому асфальту. Лейтенант покрутил окуляры бинокля – машины новейшие, модернизированной десятой серии. В оптике было хорошо видно их «щучьи носы» - сваренные под углом друг к другу бронеплиты, круглые, похожие на сковородки, башни и набалдашники длинных орудийных стволов.

- Заводи! – сказал Мадс в микрофон, повернув задвижку люка. Даже если пожар - все равно бежать некуда. Не дай бог попасться в лапы имперцам живым.

Заверещал стартер, царапая душу ржавым ножом. Из выхлопных труб вырвался белесый дым. Мотор захлопал, взревел, притих и мягко загудел на холостых оборотах.

- Ладе панцергранате! Зарядить бронебойным! – приказал лейтенант на старом языке, не отрываясь от бинокля.

Маслянисто щелкнув, отпал клин затвора, открыв зловещее отверстие казенника. Заряжающий вытащил из боеукладки тридцатикилограммовый снаряд и нежно погладил его, как любимую девушку. Положил на лоток, нажал на рукоятку и толстая штанга прибойника, лязгнув, загнала смертоносную чушку в ствол. Тускло блеснула гильза, досылатель сунул ее в камору. Снова клацнул, сцепив стальные зубы, затвор.

- Панцергранате геладен! Готово! – доложил заряжающий.

Лейтенант захлопнул люк, прильнул к перископу командирской башенки и напомнил наводчику:

- Сержант! Огонь только по моей команде!

Колонна противника быстро приближалась. Метрах в ста впереди, подпрыгивая на ухабах, двигался маленький легкий танк. Он чуть сбавил ход, качнулся и снова набрал скорость. Не та цель. Головная машина притормозила, сейчас она будет поворачивать…

- Фойер фрай! Огонь! – скомандовал лейтенант.

- Выстрел! – отозвался наводчик, в окнах дульного тормоза сверкнуло неяркое пламя. Гром ударил в уши даже через броню и толстые накладки шлемофона. Казенник рванулся назад, гильза вылетела и зазвенела где-то под сиденьем. Завыли вентиляторы, высасывая из башни кислый пороховой дым. Танк противника вздрогнул, проехал несколько метров и остановился. Коптящее пламя вырвалось из моторного отсека.

Заряжающий снова лязгнул досылателем. Щелкнул затвор.

- Ап! – теперь не было времени даже говорить «готово».

- Бей третьего! – закричал лейтенант.

Еще одна машина противника задымилась и встала.

- Ап! – снова крикнул заряжающий.

Внезапно по броне кто-то словно начал царапать огромной вилкой. Командир не поверил своим глазам: легкий танк, вместо того, чтобы убраться подобру-поздорову, бросился в самоубийственную атаку. Автоматическая пушка изрыгала пламя. Он был всего в паре сотен метров, когда наводчик крикнул: «Выстрел!»  Лоб вражеской машины превратился в черную зияющую дыру. Лейтенант содрогнулся от одной мысли о том, что стало с экипажем.

- Ап!

Наводчик успел сделать три выстрела и зажег еще два танка прежде, чем противник опомнился – башни вражеских машин развернулись, стволы засверкали красноватыми вспышками. Мадсу показалось, что снаряды завизжали над самой головой.

В башню угодил вражеский снаряд – двадцать пять килограмм концентрированной смерти. Он не пробил броню, отколовшиеся ее осколки застряли в подбое, но танк зазвенел, как огромный колокол и лейтенант изо всех сжал ручки перископа так, что побелели пальцы. Бам! Бам! Еще две болванки с грохотом и визгом отрикошетили от лобовой плиты, в наушниках послышался стон оглушенного радиста.

План лейтенанта сработал. Ему все-таки удалось заманить танки противника в ловушку – вне дороги, на мягком, жирном грунте они еле двигались, словно мухи, попавшие на липкую бумагу. И наводчик не давал им пощады. Одна машина сумела объехать своих подбитых товарищей. Она  выскочила на дорогу и помчалась вперед, быстро сокращая дистанцию. Из выхлопных труб вырывался черный дым – двигатель работал на предельных оборотах.

- Бей по этому гаду! Не дай обойти! – закричал лейтенант.

- Выстрел! – там, где только что был вражеский танк, разверзся вулкан огня. Многотонную башню подбросило, она нелепо, как в замедленном кино,  перевернулась и, дымясь, плюхнулась где-то в стороне от дороги.

Впоследствии лейтенант не мог вспомнить момент, в который он приказал водителю сменить позицию. Скорее всего, это произошло, когда снаряд разбил командирский перископ и отрикошетил от крыши башни. В памяти остались лишь бесконечные «ап!», вспышки пламени в окнах дульного тормоза и горящие вражеские машины.

- Остаток снарядов? – крикнул Мадс.

- Восемь бронебойных, два фугасных! – ответил заряжающий.

- Ничего, еще пару заберем с собой!

Заменив перископ, командир увидел, как вражеские танки, прячась за дымом, начали отступать. Сдавая назад, один из них выскочил прямо под ствол и закрутился на перебитой гусенице. Наводчик добил его вторым выстрелом в борт, под башню. Затарахтел спаренный с пушкой пулемет и Мадс, похолодев,  понял, что сержант  расстреливает выбравшихся из машины вражеских танкистов.

- Прекратить огонь! – приказал лейтенант. – Кажется, отбились.

- Надо уходить, Эрв. Мы сделали все, что могли, - сказал наводчик и добавил: - Ночной прицел сдох. Наверное, когда по крыше шарнуло.

- Мы не можем. Если мы задержим их еще на пятнадцать минут - это может решить все.

Но больше воевать не пришлось. Прямо над танком с шелестом промчались две маленькие крылатые машины. Они скрылись за горизонтом, а через минуту до танкистов донесся отдаленный гром.

- Лунатики. Поспели к шапочному разбору, - сказал кто-то по переговорному устройству. – Теперь они зададут имперцам жару.

Лейтенант откинул крышку люка, спрыгнул на землю и пробормотал: «ни себе фига!» Лобовая плита была вся во вмятинах, по борту башни словно великан, резвясь в песочнице,  провел огромным совком. Но ни один снаряд не пробил броню, и машина была готова сражаться еще и еще. Мадс провел рукой по выбоинам, достал бинокль и принялся считать горящие танки. Насчитал четырнадцать штук, сбился и начал заново. Руки дрожали.

- Их восемнадцать, можешь не проверять, - спокойно, как после учебных стрельб, сказал наводчик. – На тридцать моих выстрелов. Неплохой результат, но не выдающийся.

Мадс посмотрел на сержанта и вздрогнул от холодного, равнодушно-скучающего взгляда. Вместо интеллигента-учителя перед командиром стоял беспощадный, хорошо вышколенный убийца. Маньяк.

- Зачем ты пошел на войну? – неожиданно для себя спросил лейтенант.

- Помнишь разбитую деревню? Там мой дом.

Командир спустился в башню. Взревел мотор, машина развернулась и, подвывая электромоторами, двинулась в обратный путь.

 

Впоследствии танк Мадса установили на постаменте у здания космопорта в том виде, в котором он закончил бой. С него началось мое знакомство с удивительной и полной не очень забавных событий планетой Кварг.

Кларенс Т. Хантер, на борту звездолета «Призрак».

 

Резолюция журнала «Космос и люди»: в публикации отказано. Научную фантастику следует направлять в другие издания. Главный редактор Том Томпсон.

+1
623
RSS
"- Командир, добьем энзе? – в руке радиста, совсем еще молодого парня, появилась консервная банка" — насколько знаю, пишется «НЗ».

«Но они успели, и это главное. Если бы танки Империи прошли «чертовы ворота» — через час они уже громили бы беззащитный космопорт» — повтор с «они». Может, «противник» или еще как?

Написано очень грамотно, но(!) чувствуется, что это часть произведения и как глава — замечательно, выглядит очень органично, а если это отдельное повествование, то мне чего-то не хватило. Пойду, почитаю текст Вашего соперника и сделаю выбор.
12:54
"- Командир, добьем энзе? – в руке радиста, совсем еще молодого парня, появилась консервная банка" — насколько знаю, пишется «НЗ».

Это я у Курочкина подхватил, в «На войне, как на войне».
"– А наш командир ничего, не из трусливых, – задумчиво проговорил ефрейтор Бянкин.… Эй, лейтенант, добьем энзе?"

«Но они успели, и это главное. Если бы танки Империи прошли «чертовы ворота» — через час они уже громили бы беззащитный космопорт» — повтор с «они». Может, «противник» или еще как?

Сейчас исправлю. Спасибо. Я как-то не заметил при вычитке.

чувствуется, что это часть произведения

Это рассказ-иллюстрация, что-то вроде послесловия к роману (про Кларенса), к коему есть только гибкий план и часть первой главы.
14:06
Можно вставить мое некомпетентное мнение)))с точки зрения техно-стратегических-тактических реалий?)))
Такое впечатление, что данный рассказ и «Хантер против ванзеров» писали два разных человека.
Совет автору: при написании продолжения о Хантере возьмите все хорошее из второго рассказа.
Или короче, действуйте по правилу:«Будь ты проще, сядь ты на пол»)))
22:15
Такое впечатление, что данный рассказ и «Хантер против ванзеров» писали два разных человека.

Понимаете, этот рассказ я писал серьезно. Тщательно продумывая, вкладывая глубокий смысл. Ну там что война делает с человеком (на примере наводчика), или что не все потеряно, даже если приходится воевать одному с танковым батальоном. Я тщательно проштудировал систему заряжания пушек, методику стрельбы, продумал тактику (за основу я взял бой Зиновия Колобанова в 1941 году) ну и прочие вещи. И описал с подробностями, которые были мне доступны в пределах 12К знаков.

А «Ванзеры» — это скетч, набросок. Написан чисто для прикола. Я его на одном дыхании нашлепал и особо не заботился о логике, о стыковках сюжета, обосновании работы оружия, функционирования роботов и т.д. Что мне приходило в голову «вотпрямщаз», то и карябал.
23:06
И по факту, надеюсь на Вашу холодную выдержку))), первое — тщательное описание компьютерной игры, второе — художественное произведение.
Это, как в «Звездных войнах» Лукаса. Почему первые серии -это классика жанра, а остальное — так себе.Потому что при всех спецэффектах и новинках для того времени, шикарные декорации оставались на своем месте — фоном, на первом месте была игра актеров, т.е. жизнь героев.А дальше пошли широкоформатные компютерные игры, графика стала главной, а герои стали частью местности. То же самое и в Ваших рассказах.
23:23
И по факту, надеюсь на Вашу холодную выдержку)))

Выдержку и диафрагму. 1/500 и F/8 :)

первое — тщательное описание компьютерной игры, второе — художественное произведение.

Хм… А я-то брал стиль Бориса Лавренева («Синее и белое») и Курочкина («На войне как на войне»). Старался насытить рассказ техническими подробностями, как у них. Я всегда любил, когда в книгах много описаний того, как и что работает. Когда щелкает затвор, звенит гильза и пламя вырывается из окон дульного тормоза. :)
23:47
Все это вполне может быть, но должно оставаться фоном, а не становиться самоцелью. Все же главное в художественном произведении это не документалистика, а образы, характеры, взаимоотношения.
Извините, возможно, я рассуждаю по женски.Технику я действительно не люблю.
Но второй рассказ меня действительно удивил легкостью изложения, четкой ясной картинкой.
23:59
Все же главное в художественном произведении это не документалистика, а образы, характеры, взаимоотношения.

Согласен. Но в «Ванзерах» как раз нет ни образов, ни характеров, ни взаимоотношений. Сплошное месилово и пиу-пиу. :)
А здесь есть как минимум два центральных персонажа (командир и наводчик)… но, видать да, тяжеловато получилось. Я же был скован по рукам и ногам описаниями техники. Не всегда ж меня так вштыривает, как в «Ванзерах».
12:06
Извините, за резкость, у Вас в «Единственной дороге» не два центральных, а два дежурных персонажа.
А в «Ванзерах» как раз и есть живые образы, характеры и взаимоотношения))) Потому что они живые и Ваши))) Не надо писать под кого то, как бы Вам не нравилось, пишите свое)))) Это у Вас получается лучше)))
Образы и характеры — это не «Характеристика на члена НРСДРП»плюс фоторобот))), иногда достаточно всего пару точных фраз, что увидеть картинку.В «Ванзерах» именно это у Вас и получилось.
12:19
Извините, за резкость, у Вас в «Единственной дороге» не два центральных, а два дежурных персонажа.

А я-то думал, что все расписал, как надо. Конечно, странно, что у меня лучше получилось то, к чему я серьезно не относился, а карябал от балды. А вещь с глубоким философским подтекстом вышла тяжелой и плохоусвояемой. Ну, да ладно, учту на будущее. Спасибо в любом случае.
12:23
Между прочим, Ваш случай — классика))) Будьте самим собой, читатель это сразу чувствует)))
Что значит«расписал, как надо?» Герои — не горшки, их не расписывают, а создают, оживляют силой воображения.)))
12:44
Что значит«расписал, как надо?»

Ну, как? Продумал их реплики, действия и протчее, причем на несколько шагов вперед. В «Ванзерах» я вообще ни о чем таком не задумывался — как фраза возникала в голове, так и записывал.
12:54
Увы, тайна творчества))) Возможно, в «Ванзерах» вы были просто увлечены идеей.А в «Дороге» думали больше не о героях, а том как правильно?))) Старались соответствовать чужим правилам? Но это Ваш мир, здесь Вы — распорядитель)))
13:09
А насчет философского смысла. Из рассказа совершенно не понятно кто за что и за кого. Чего делим? А без этого и мотивация героев не ясна, и философский смысл не заметен)))
13:12
Так вроде ж я писал — идет оборона космопорта, иначе «лунатики» (так называют прогрессоров-миротворцев), уничтожат всех, не разбирая, кто прав, кто виноват. И здесь не удалось донести мысль. Чувствую себя Конан Дойлем каким-то. :)
13:18
Возможно, Вы слишком торопились перейти к самому для Вас заманчивому на тот момент- к описанию боя.Здесь, возможно, Вам все и удалось.Тут я, извините, не судья. Но предисторию поспешили и смяли. В результате — кадры из учебного фильма)))
13:30
Может быть. Но я же был ограничен 12К знаками. Мне пришлось немало повырезать, причем как раз из первой части. Не мог же я пожертвовать сражением.
13:58
Тогда понятно. И кто Вас ограничил? Поэтому я в конкурсах типа 100 слов и не участвую, вдруг мне важно будет сказать 101)))
14:02
Так в правилах дуэли было ограничение на 12К знаков. Вот я и запихивал рассказ в прокрустово ложе. )))
14:32
Недаром в свое время дуэли запретили)))) Чтоб резались по меньше))))
16:28
Троллить Советский Союз в современной фантастике — это настолько толсто и убого, что не заслуживает комментариев. А другого подтекста, кроме жирных аналогий с «героями»-фашистами, защищающими Рейхстаг, здесь нет. Ставлю 10 к 1, что автор из страны 404)