Високосный Век. Глава 1.

Меня зовут Роб. Точнее Роберт ВТР 20.

1942 год. Я находился в одной из многочисленных канцелярий в осажденном маленьком восточноевропейском городке.  Хотя эти руины сложно называть городком - нацисты стерли с лица земли все, что напоминало красивый солнечный городок.

 Любящие точность и аккуратность в мелочах немцы построили здесь очередной пункт, в котором планировалось многократно документировать все факты, связанные с доблестным продвижением гитлеровских войск по «вражеской» территории. Планировалось.

Но это место было необычной конторой. Здесь прятали то, ради чего я, в общем, и был отправлен. В истории этот предмет, будет долгое время считаться таинственной шифровальной установкой, с виду напоминавшую пишущую машинку, и называвшуюся кодовым словом «Энигма». Ту, что искал я отличалась от десятков тысяч других тем, что не шифровала переговоры, проходившие между наземными пунктами, а связывала оператора с Земли с оператором за ее пределами. Да и видом она разительно отличалась от техники середины 20 века. Эта было типичное лирианское оборудование, для межпланетных сообщений, точнее маленькое переговорное устройство и большой усилитель к нему. Моей задачей было полное выведение из строя этого загадочного для всех устройства. Но в данный момент, не это заботило меня больше.

 Я стоял в подземном коридоре канцелярии и пытался справиться с четырьмя охранниками, которым пришлось стать последней преградой к Энигме. Болевые и блокирующие удары были для них бесполезны, огнестрельные ранения, которые я им нанес из их же оружия, ничуть их не сломили, разве что, слегка замедляли. Все говорило о том, что над солдатами хорошо поработали биоинжинеры. Их преимущество в бою с каждым мгновением увеличивалось, потому что, не смотря на подготовку, я все-таки испытывал боль, и из ран от пуль вытекала кровь.

 Одна надежда была на напарника.  Но по моим данным он был в трех километрах от меня, и, хотя он очень шустрый малый, но даже для него, шанса прибыть, так скоро не было. Выбрав противника менее увесистого, я прикрылся им от выстрела другого, и их стало меньше. Еще я сделал вывод, что выстрелы в верхнюю правую половину головы, для этих солдат более результативны, чем, что-либо другое. Конечно, это было кстати. Еще пара секунд и остальные уже лежали на полу. Добежав до заветной двери и потратив на нее еще секунд пять, я почти уже довольный собой распахнул ее, намереваясь войти. Ожидал я увидеть маленькую и пустую комнату, такую , как в схемах, с которыми меня ознакомил напарник перед этим заданием. Но фактически, меня ожидал сюрприз: за дверью находилась небольшая металлическая, находившаяся под самым потолком, площадка, от которой спускалась вниз лестница. Само помещение было высотой в метров восемь и под завязку было наполнено сложным оборудованием не совсем земного происхождения. Людей в помещении не было, но это все равно не радовало, так как напротив меня, ровно на уровне глаз, с потолка свисала весьма подвижная турель, которая «ожила», в тот самый момент, как я только ступил на площадку. Ее крупнокалиберный ствол был нацелен точно мне в голову. Наверное, турель бы и выстрелила, но в воздухе прогудел звук, как от высоковольтного разряда, и она обмякла, безжизненно повиснув, неподдерживаемая более ни какими механизмами. Вместе с ней потухли и перестали работать все остальные приборы в помещении, так же потух и свет.

Конечно, это было не чудо, это был мой напарник, вовремя включивший электромагнитный импульс, выведший так быстро все оборудование. «Ты теряешь кровь» - заметил Ржавый. «Молодец, что подоспел, но если бы чуть раньше, не было бы так весело» - простонал я, только сейчас ощутив свои серьезные повреждения. Медленно и с миганием включилось аварийное освещение. Я повернулся к Ржавому и присел на площадку, прислонившись спиной к перилам. Напарник достал из аптечки препараты и обезболивающие…

Ржавый. Я нарек ему такое имя в сердцах: в первые минуты общения с ним, я ощущал, что мой мозг начинает покрываться ржавчиной, настолько этот друг был скучным.  Это мой напарник, робот, сложный по характеру, ну что ж, какой достался, но крайне необходимый, особенно, в подобных ситуациях.

 Нашу группу отправили из далекого для этой эпохи времени, специально чтобы устранять вмешательства внеземного происхождения. Человечество в моем времени давно уже не воюет, а объединилось в одну нацию: Земляне. Планеты Солнечной Системы вдоль и поперек исследованы, изучены и заселены, движения по временным этапам для людей стали возможными. Но перемещения к другим звездам для нас пока закрыты. Более дальние Миры недосягаемы, но гости и оттуда посещают планету достаточно давно, нагло и часто безнаказанно.

 За двести лет до моего рождения на закрытом совещании Всеобщего Совета Земли было принято решение, что необходимо исправить вмешательство инопланетян, путем отправки специальных групп, в конкретные временные промежутки, для того, чтобы уничтожать любой несанкционированный контакт с землянами. В последующие годы были проведены исследования любых несоответствий или парадоксов в культуре и науке народов Земли. Благодаря этому изучению было выявлено, что активность инопланетного вмешательства была пиковой во времена Второй Мировой Войны ХХ века. Были изучены конкретные исторические факты, и выяснены с высокой точностью временные этапы и географические координаты этих контактов.

 В последние пятьдесят лет проводились работы  по подготовке групп заброски и выполнения ими конкретных заданий. То есть  примерно с десяти лет я и другие кандидаты для перебросок уже знали и готовились к этой величайшей миссии в истории человечества…

Под действием препаратов, я невольно уснул на несколько минут. Для Ржавого этого времени хватило, чтобы разобраться с тем оборудованием, которое мы неожиданно нашли в нацистском тайнике. Просканировав и определив, что к чему, напарник начал свое любимое дело – разрушение техники врага. Почти все, что он там нашел, пригодилось бы в других миссиях, но мы работали в согласии с «Пятью Правилами», и третье из них он интерпретировал так: «При обнаружении вражеского инопланетного имущества немедленно уничтожать его».  Ржавый очень трепетно относился к исполнению третьего правила и ни разу не позволил исполнить его мне. Все задания до сих пор касались только этого правила, и я был не против того, что именно эту рутинную работу выполнял робот.

 Ржавый – это механизированный, по большей части, состоящий из сплавов металлов, организм, или иначе выражаясь, био-робот, с большим запасом оружия и химических составов на разные случаи жизни. В мозгу у него находилась огромная база данных по всем операциям нашей группы, досье на всех известных военных и политических деятелей всех четырех враждующих сторон того времени. В его голове покоилось, и многое другое, о чем я даже не догадывался и что время от времени, по необходимости всплывало или как выход из сложной ситуации, или просто как своевременная информация.

Внешне Ржавый был сконструирован как мотоцикл, подобный тем, что изготавливались в Германии того времени. Но выглядел так он, только если возникали контакты с людьми. А при случае он мог и выпустить оружие и антенну, и щупы, и руки-манипуляторы – со мной многие согласятся, это очень необходимая вещь в хозяйстве, для большего вашего понимания, можно сказать, эдакий продвинутый кухонный комбайн, заточенный на спасение Мира. Каждая группа, работавшая в этой эпохе, состояла из двух исполнителей: одного человека и одного робота. Хотя в командах старшим считался робот, но какой модификации он был, зависело от выбора человека. Кто-то из нас выбрал андроидов – роботов, внешне похожих на человека, кто-то, как и я выбрал, мехов – тех, что копируют мототранспорт, кто-то – выбрал киноботов – крупных машин, сочетавших в себе плюсы мехов, но внешне копирующих собак пород Кане-Корсо, бурбуль или кувас. А некоторые вообще отказались от непосредственных напарников, отдав предпочтение летунам – аппаратам, большее время находящимся в воздухе, на очень большой высоте и, лишь, по крайней необходимости, спускавшимся к людям. От выбора робота зависели и задания, поручаемые конкретной группе. Я выбрал меха, потому что предпочитал не оставаться на одном месте, а хотел, чтобы задания требовали постоянного движения, смены обстановки. По большому счету, выбор напарника, демонстрировал характер. Одни из нас любили работать в одиночку, другие нуждались в сложных обстоятельствах в неком подобии друга, типа собаки. Кто-то не мог жить без общения и выбирал андроидов, которые имели свой неповторимый характер, могли быть и остроумными и чуткими, а, когда было жарко, могли встать с напарником-человеком спина к спине и великолепно проявить навыки рукопашного боя. Ну а я? А я просто обожал скорость. Ветер в лицо, когда Ржавый был обычным крутым черным блестящим «Цюндапп» KS-600 с красно-золотистыми деталями (так он выглядел редко, только когда выдавалась свободная минутка для мойки). Он нес меня на огромной скорости к следующим приключениям по идеально ровным немецким дорогам. Особенно если дорога впереди была пуста,  ночью я мог довести стрелку спидометра до предела и заставить Ржавого оторваться от земли и нести меня на антигравитационных подушках. Ржавый был не против моего желания гонять как сумасшедший, он даже ценил это по своему: думал, что так между заданиями максимально сокращается время, и считал что я, в отличие от других людей, очень преданно отношусь к «Пяти Правилам».

 - Ржавый, - обратился я не по уставу к старшему по званию, в то время когда он нес меня на всех парах из той тайной конторы в наше временное укрытие: мы ожидали увидеть маленькую комнату, а увидели высокий зал, доверху наполненный лирианским оборудованием, что ты думаешь об этом?

- А твои соображения на этот счет, какие?  - спросил робот

-  Меня раздражает твоя ужасная привычка отвечать вопросом на вопрос. Замечу только, что это первый случай, когда твои предварительные данные оказались ошибочными…

- Ошибки быть не могло. Причину несоответствия необходимо выяснить…

-  Но это не твоя работа, мы ограничены в ресурсах, да и дел невпроворот…

-  Отправим данные на Венеру – сухо ответил Ржавый, и я, наконец, понял, насколько серьезную мы встретили проблему.

База Данных № 14 на Венере была организована за несколько десятков лет, до нашей переброски.  Это было полностью автоматизированное хранилище информации, целью которого было принять с Земли и сохранить на века отчет о выполнении нашей миссии. Вплоть, до того времени, когда наступит эпоха моей цивилизации. И когда придет  время, техники высадятся на Венере, откопают его под огромным слоем каменистой породы и заберут  его для расшифровки и анализа. Таких блоков для принятия отчета было отправлено около двухсот штук в разные уголки Солнечной Системы. Кроме сохранения информации, важно было, чтобы блоки не были найдены до нас, и тем самым не повлияли на ход истории. К счастью для наших ученых, ни один из блоков не всплывал в истории человечества как какая-нибудь археологическая находка. И, к сожалению, только блок № 14 сохранился и дотянул до нашего времени, остальные же были разрушены различными условиями той среды, в которую они находились, или бесследно исчезли под толщами и пластами столь изменчивых тектонических образований. Пытались даже пойти по другому пути, и использовать, не тайные, а наоборот, явные информационные метки, которые бы были доступны для обозрения всех эпох вплоть до нашей, но никак не влияли бы на культуру и развитие истории человечества. Были различные наскальные метки, метки в виде огромных знаков на полях и скалах, Разработчики настолько сложно зашифровывали сообщения в этих знаках, что ученые прошлого только разводили руками, так ни чего и не узнав. Надежда что метки будут в безопасности до нашего времени, основывалась на вере в людей, что они, видя древние знаки и рисунки, из уважения к истории, постараются сохранить их. Но эти топологические метки оказались крайне не надежными носителями информации – деятельность человека его алчность и войны уничтожили все. Лицо Земли изменилось к нашей эпохе до неузнаваемости. Венера была идеальным местом для хранения данных от вандалов и чужих глаз. Земляне, с самого начала освоения космоса, и на протяжении половины тысячи лет, пытались запустить на эту планету какой-либо аппарат, чтобы мало-мальски изучить ее. Но ни одно оборудование не выдерживало более четырех годовых циклов, атмосфера и погодные условия на Венере были настолько отвратительны, что некоторые ученые того времени вполне серьезно стали полагать, что наши аппараты воруют и уничтожают «венерианцы». Конечно, впоследствии, мы выяснили, что никаких венерианцев не существует, и даже для представителей других миров, Венера оставалась такая же не приветливая и опасная, как и для людей…

Возможностей моего напарника было недостаточно для отправки сообщения на Венеру. Разработчиками нашей миссии предполагалось, что 1944 году все группы должны были собраться в условленном месте, объединить отчеты в один и с помощью летунов, вышедших на орбиту Земли, отправить  данные на Венеру, ну а потом  все мы отправились бы домой. Но этот план должен был бы исполниться только почти через два года. А Ржавый решил отправить «запрос о несоответствии» сейчас. Где мы сейчас найдем группу с летуном в комплекте. О заданиях и месте других агентов, даже об их числе нам ни чего не известно. Да и напарники летунов люди глубоко законспирированные, часто нелюдимые, избегающие любого ненужного контакта. Задача усложнялась многократно: нужно было не просто найти место и задание агента, но и  выявить его и вывести на контакт. Кроме того таким агентам поручали задания особой сложности, которые могли  привлечь внимание самих лирианцев.  На это у них были особые инструкции, и поэтому  любые наши попытки выйти с ним на связь агент мог бы воспринять как провокацию лирианцев. А это могло бы заставить его вступить с нами в бой, или, что хуже всего, убедило бы его уйти еще глубже в подполье, и тогда мы бы его вообще не увидели вплоть до 44 года…

Задача была сложная, и с чего начать я даже придумать не мог. Ржавый завис, то есть ушел в раздумья. Ну а пока он раскидывал мозгами я в нашем временном убежище смог отлежаться. К вечеру второго дня, забывая о ранениях, и в какой-то мере восстановившись, я уже начал скучать по работе. И робот ожил. Единственное, что он сказал мне: «собирайся, подробности по дороге, мы едем на восток»…

Пишется
0
204
RSS
Приветствую! Ознакомился с первой главой. Вот пример некоторых шероховатостей:
1942 год. Я находился в одной из многочисленных канцелярий в осажденном маленьком восточноевропейском городке. Хотя эти руины сложно называть городком — нацисты стерли с лица земли все, что напоминало красивый солнечный городок.

три раза слово городок в одном абзаце
гитлеровских войск по «вражеской» территории.

но территория для них и вправду вражеская, поэтому смысл брать в кавычки?
В истории этот предмет, будет долгое время

запятая лишняя
будет долгое время считаться таинственной шифровальной установкой, с виду напоминавшую пишущую машинку, и называвшуюся кодовым словом «Энигма».

я прочитал дальше и вернулся к этой фразе. Если отталкиваться от того, что машинка связывается с кем-то за пределами земли, да, она будет таинственной долгое время для истории. Но ведь говорится, что нужна именно одна из десяти тысяч, а сообщения некоторых были взломаны Аланом Тьюрингом… в общем, пока не слишком понятно, что именно здесь имелось ввиду, немного двусмысленно звучит
Ту, что искал я отличалась

во-первых, ТА, во-вторых, запятая пропущена
которым пришлось стать последней преградой к Энигме.

может, тогда не повезло стать? А то звучит так, будто их притащили сюда насильно
Болевые и блокирующие удары были для них бесполезны, огнестрельные ранения, которые я им нанес из их же оружия, ничуть их не сломили, разве что, слегка замедляли.

я бы посоветовал поработать над этим предложением.
но даже для него, шанса прибыть, так скоро не было.

туда же
Сама сцена имеет такую последовательность по цитатам
огнестрельные ранения, которые я им нанес из их же оружия, ничуть их не сломили

я прикрылся им от выстрела другого, и их стало меньше.

Еще пара секунд и остальные уже лежали на полу.

Присутствует некая сумбурность, из-за чего картинку разглядеть не всегда можно
Само помещение было высотой в метров восемь и под завязку было наполнено сложным оборудованием не совсем земного происхождения.

два раза было
Людей в помещении не было, но это все равно не радовало, так как напротив меня, ровно на уровне глаз, с потолка свисала весьма подвижная турель, которая «ожила», в тот самый момент, как я только ступил на площадку.

стоит тоже почистить предложение
«Молодец, что подоспел, но если бы чуть раньше, не было бы так весело»

еще минуту назад он был в трех километрах, и нет никакого объяснения, как он оказался столь близко
Более дальние Миры недосягаемы, но гости и оттуда посещают планету достаточно давно, нагло и часто безнаказанно.

до этого речь шла о планетах Солнечной системы, а теперь говорится про планету. Понятно, что речь идет о Земле, но все равно спотыкаешься
необходимо исправить вмешательство инопланетян

может, остановить?

Есть злоупотребление лингвистическими модификаторами, вроде «более», прилично имеется канцелярита. Над подачей и текстом стоит поработать.

Что до сюжета, то завязка в целом интересная, и будет даже лишним придираться к тому, насколько сюжет соответствует понятию «времени», в данном случае это фантастика, пусть и не научная, и она работает в качестве интересной завязки. Ну и странная мотивация пришельцев, но здесь, на мой взгляд, она работает как неплохая интрига.
В общем, потенциал отличный и есть куда стремиться при должном желании развиваться.