Глава первая: Начало

— Вот ведь за­раза, этот У­от­кинс! — не­доволь­но вор­чал То­ни Май­ер, ле­жа на хо­лод­ной све­жес­ко­шен­ной тра­ве, сер­ди­то гля­дя в не­бо и из­редка щу­рясь, как толь­ко сол­нце по­казы­валось из-за пу­шис­тых, слов­но ва­та, об­ла­ков, и тут же вновь скры­валось за плы­вущи­ми в стре­митель­ном по­токе бе­лыми ко­моч­ка­ми. Ле­вую ру­ку маль­чиш­ка по­ложил под го­лову, пра­вой же ярос­тно тер блес­тя­щий крас­ный нос, из ко­торо­го то и де­ло вы­тека­ла по­луп­розрач­ная вяз­кая жид­кость, — Объ­явил мне вой­ну, зна­чит! Ста­рый хрыч! И как еще я уз­наю, что слу­чилось с рей­ндже­ром, воз­глав­ля­ющим ли­гу са­мых мо­гущес­твен­ных су­пер­ге­ро­ев из но­вой кол­лекции? Я це­лый ме­сяц ждал вы­пуск… и вот на те­бе! Этот лы­сый черт прос­то взял и отоб­рал у ме­ня смысл всей мо­ей жиз­ни!
 — Пом­нится, до это­го «смыс­лом всей тво­ей жиз­ни» был ко­микс про то­го уз­когла­зого дядь­ку в до­маш­нем ха­лате, — ус­мехнул­ся Джейк Сти­венс, рас­по­ложив­ший­ся в те­ни мо­гуче­го бу­ка. Он си­дел, прис­ло­нив­шись спи­ной к ство­лу, и ста­ратель­но вы­рисо­вывал в сво­ем блок­но­те на ко­лен­ке ка­кие-то за­гогу­лины. Лег­кий осен­ний ве­терок лас­ко­во иг­рал с его неб­режно рас­че­сан­ны­ми во­лоса­ми цве­та спе­лой ржи, а лу­чики сол­нца, про­ника­ющие сквозь зе­леную лис­тву, да­рили ян­тарный от­блеск зо­лотис­то-ка­рим гла­зам.
— Сэй-Дзю-Конг Ле­ген­дарный, ду­рачи­на! И но­сит он бе­лос­нежное ки­моно Во­ина Све­та — оде­яние, что пе­реда­ет­ся из по­коле­ния в по­коле­ние, пе­рехо­дит от Во­ина-от­ца к Во­ину-сы­ну! Как те­бе во­об­ще в го­лову приш­ло срав­нить ка­кую-то там бан­ную тряп­ку с ки­моно Сэй-Дзю-Кон­га, сот­канное из ред­ких нит…
— Лад­но, лад­но, То­ни, я по­нял! — пе­ребил рас­па­лив­ше­гося эн­ту­зи­аз­мом Май­ера Джейк, — Мо­жешь не про­дол­жать.
Все это вре­мя я си­дела меж­ду ре­бята­ми и про­лис­ты­вала тет­радь по ма­тема­тике, от­ча­ян­но пы­та­ясь впи­тать в се­бя из­ло­жен­ные на из­ри­сован­ных ка­ран­да­шом стра­ницах зна­ния, но мо­им по­пыт­кам так и не суж­де­но бы­ло увен­чать­ся ус­пе­хом. По­это­му, охот­но за­пих­нув тет­радь в са­мые по­та­ен­ные глу­бины сво­его рюк­за­ка, пред­ва­ритель­но вы­тащив от­ту­да кар­тонную упа­ков­ку апель­си­ново­го со­ка, я ре­шила под­клю­чить­ся к дис­куссии.
— Мо­жет, те­бе все-та­ки сто­ит из­ви­нить­ся пе­ред мис­те­ром У­от­кинсом? Он пой­мет, как ты со­жале­ешь о том, что так упор­но не же­лал слу­шать его на уро­ке, ув­ле­чен­ный ис­то­ри­ей о… о рей­ндже­ре, и от­даст те­бе твой не­наг­лядный ко­микс?
— Ли­ли, это не прос­то ко­микс, это же це­лая ис­то… — сно­ва раз­го­рел­ся То­ни Май­ер, од­на­ко я не об­ра­тила на это вни­мания.
— Де­лов-то. Сыг­рай сцен­ку рас­ка­яния, и У­от­кинс сжа­лит­ся.
Ли­цо Май­ера по­баг­ро­вело от злос­ти.
— Вот еще! Бу­ду я ле­безить пе­ред этой упер­той рух­лядью! Кро­ме то­го, он пос­та­вил мне ус­ло­вие: ли­бо ро­дите­ли при­ходят в шко­лу, и он сам пе­реда­ет им в ру­ки «Ис­то­рию Рей­ндже­ра», ли­бо кни­га ос­та­ет­ся у не­го. Пред­став­ля­ете? Вот ведь гад!
— Ну да. С точ­ки зре­ния У­от­кинса ты пре­датель, что ос­ме­лил­ся про­менять его пред­мет на неч­то ку­да бо­лее ин­те­рес­ное, — Джейк от­ло­жил блок­нот в сто­рону, — вот он и ре­шил те­бе отом­стить.
То­ни не­доволь­но фыр­кнул, выс­та­вил ру­ки пе­ред со­бой и на мгно­вение зас­тыл в та­ком по­ложе­нии. Па­ру се­кунд спус­тя он под­тя­нул ко­лени к гру­ди, креп­ко об­хва­тил их обе­ими ру­ками и при­нял­ся мед­ленно рас­ка­чивать­ся. За­тем он, не пе­рес­та­вая отс­тра­нен­но смот­реть ку­да-то вдаль, плав­но под­нял кор­пус и опус­тился на кор­точки, пос­ле че­го сел по-ту­рец­ки, чуть вы­тянув­шись впе­ред, под­пер лок­тя­ми под­бо­родок и об­вел нас с Джей­ком за­дум­чи­вым, я бы да­же ска­зала, неп­ри­выч­но за­дум­чи­вым для не­го, взгля­дом.
Мол­ча­ние, что ца­рило меж­ду на­ми в те­чение ми­нуты, обор­ва­лось звуч­ным хрус­том — это Джейк вы­удил из кар­ма­на брюк ба­тон­чик-мюс­ли и с пре­вели­ким удо­воль­стви­ем при­нял­ся его же­вать.
— Ты мне всю нап­ря­жен­ность мо­мен­та ис­портил, — про­вор­чал То­ни, но сме­нил гнев на ми­лость, как толь­ко к не­му на ко­лени при­зем­лился точ­но та­кой же ба­тон­чик в кра­соч­ной обер­тке.
— Ли­ли?
По­вер­нувшись к Джей­ку, я об­на­ружи­ла, что он, оча­рова­тель­но улы­ба­ясь, про­тяги­ва­ет мне «Ягод­ный взрыв в шо­колад­ной гла­зури». Я по­коле­балась.
— Пе­рес­тань. Ты все ут­ро ни­чего не ела, я же ви­дел. К то­му же, я при­берег его спе­ци­аль­но для те­бя.
— Спа­сибо, Джейк, — нем­но­го по­годя все же ска­зала я и, по­тянув­шись в сто­рону пар­нишки, при­няла его «дар», про се­бя очень на­де­ясь, что он не за­метил сле­ды пре­датель­ско­го сму­щения на мо­ем ли­це.
— Фпа­фибо, бво, — с на­битым ртом ска­зал То­ни и при­нял­ся вы­тирать вы­мазан­ные в шо­кола­де паль­цы (и ког­да он ус­пел умять це­лый ба­тон­чик?) о чис­тые, све­жевыг­ла­жен­ные тви­довые брю­ки. Да, Эн­то­ни Май­ер ни­ког­да не от­ли­чал­ся осо­бой ак­ку­рат­ностью, а уж ког­да де­ло ка­салось школь­ной фор­мы, то он с еще боль­шим нас­лажде­ни­ем де­лал все не­об­хо­димое, что­бы под ко­нец дня она, мяг­ко го­воря, ут­ра­тила свой пре­зен­та­бель­ный вид. Так, во вре­мя лан­ча в школь­ной сто­ловой он не упус­кал воз­можнос­ти «слу­чай­но» уро­нить на ко­лени ги­гант­ский ку­сок овощ­ной ла­заньи (пос­ле че­го бес­це­ремон­но сбра­сывал его на пол, где бе­дола­га был вы­нуж­ден то­мить­ся вплоть до то­го мо­мен­та, по­ка уг­рю­мые убор­щи­цы не за­метят и не сос­кре­бут его); идя на за­нятия в силь­ный дождь — про­бежать­ся по ог­ромной тем­но-ко­рич­не­вой лу­же, пос­ле объ­яс­няя свои опоз­да­ние и внеш­ний вид тем, что «за мной — ох, как же это бы­ло кру­то! — гна­лась це­лая стая бе­шеных псов, же­лав­ших от­ве­дать мо­ей пло­ти!», и так да­лее.
За по­доб­ные вы­ход­ки То­ни не раз дос­та­валось от ро­дите­лей, да и от вни­мания од­ноклас­сни­ков эти ду­рачес­тва, са­мо со­бой, не ус­коль­за­ли, в ре­зуль­та­те че­го маль­чи­ку час­тень­ко до­води­лось ло­вить на се­бе нас­мешли­вые и по­рой осуж­да­ющие взгля­ды. Од­на­ко пар­нишку, ка­залось, это не очень-то и за­боти­ло. Он свя­то ве­рил в то, что та­ким об­ра­зом вы­казы­ва­ет свой про­тест, свое не­сог­ла­сие с ус­та­нов­ленны­ми пра­вила­ми. Имен­но по­это­му он так силь­но не­нави­дел фор­му, что каж­дый год пре­дос­тавля­ла нам шко­ла, ведь, как счи­тал Май­ер, она ме­шала уче­никам рас­крыть в пол­ной ме­ре свою ин­ди­виду­аль­ность (да к то­му же и на­тира­ла в не­кото­рых мес­тах, под­робнос­ти о ко­их я опу­щу). А То­ни тер­петь не мог, ког­да кто-то пы­тал­ся су­зить гра­ницы его ин­ди­виду­аль­нос­ти, на­силь­но впих­нуть в ряд «та­ких, как все».
Ко­неч­но, То­ни ус­пел прос­ла­вить­ся как «маль­чиш­ка с чу­дин­кой», да и мы с Джей­ком осо­бо не от­ри­цали его стран­ностей. Имен­но за эти стран­ности, вы­деляв­шие его из об­щей мас­сы, де­лав­шие его са­мым не­обыч­ным, ве­селым, бой­ким и под­час са­мым изоб­ре­татель­ным че­лове­ком на све­те, как нам тог­да ка­залось, мы его и лю­били.
— Зна­ете что? — вне­зап­но за­гово­рил То­ни, сно­ва на­пус­кая на ли­цо мас­ку ка­кой-то не­ес­тес­твен­ной для не­го за­дум­чи­вос­ти, — У­от­кинс сей­час в шко­ле. Ра­бочий день у учи­телей за­кон­чится еще не ско­ро. Так по­чему бы нам не на­чать дей­ство­вать? Ду­маю, сей­час са­мый под­хо­дящий мо­мент.
Маль­чик сде­лал мно­гоз­на­читель­ную па­узу, наб­лю­дая за на­шей ре­ак­ци­ей. Мы с Джей­ком, как за­чаро­ван­ные, вни­матель­но смот­ре­ли на на­шего сор­ви­голо­ву, га­дая, к че­му он кло­нит.
— У­от­кинс. Дом."Рей­нджер».
То­ни сно­ва умолк, свер­ля нас сво­ими прон­зи­тель­ны­ми го­лубы­ми гла­зами.
— АЛЕ-Е, ло­пухи-и! Я вам го­ворю, да­вай­те заг­ля­нем в гос­ти к ста­рому обал­дую и вер­нем то, что по пра­ву при­над­ле­жит нам! То есть мне…
 — Че­го? То­ни, ты спя­тил? — воз­му­тилась я, на что тем­но­воло­сый маль­чиш­ка лишь ши­роко улыб­нулся, — И не де­лай та­кое ли­цо. Это же пол­ное бе­зу…
— А по-мо­ему, неп­ло­хая идея, — вы­палил Джейк. Я и То­ни удив­ленно ус­та­вились на не­го — ник­то из нас яв­но не ожи­дал от бла­гора­зум­но­го и бес­хло­пот­но­го Сти­вен­са по­доб­но­го от­ве­та, — Это как раз то, че­го мне так дав­но не хва­тало! За­пах ад­ре­нали­на, дух зах­ва­тыва­юще­го прик­лю­чения!
— Да, вы неп­ре­мен­но ощу­тите на се­бе всю пре­лесть «зах­ва­тыва­юще­го прик­лю­чения», как толь­ко вас дво­их пой­ма­ют с по­лич­ным, — бур­кну­ла я, под­ни­ма­ясь на но­ги и на­девая на спи­ну рюк­зак, — Рас­ска­жете по­том, как это бы­ло.
— Э-эй, Ли­ли! Ну ты че­го? Ре­шила бро­сить нас? — огор­ченно про­тянул То­ни и то­же вско­чил с тра­вы. Его при­меру пос­ле­довал и Джейк.
— Нет. Ре­шила не де­лать то, о чем в ито­ге по­жалею.
Май­ер скрес­тил ру­ки на гру­ди и те­ат­раль­но за­катил гла­за.
— Я те­бя умо­ляю! Ну что, по-тво­ему, мо­жет пой­ти не так?
Ох, ви­дели бы вы тог­да мое вы­раже­ния ли­ца! Ес­ли крат­ко, то я взгля­нула на дру­га точ­но на умс­твен­но от­ста­лого.
— Ну не знаю, Май­ер. Быть мо­жет, У­от­кинс вспом­нит про то, что за­был по­кор­мить свою мор­скую свин­ку, и при­дет до­мой на три ча­са рань­ше?
— У У­от­кинса есть мор­ская свин­ка?
— Или, воз­можно, ко­му-то из его со­седей прис­пи­чит вер­нуть вла­дель­цу не­ког­да за­имс­тво­ван­ный у не­го блен­дер и имен­но в этот день на­ведать­ся к ста­рому доб­ро­му зна­комо­му. И что тог­да? Об­на­ружат, что хо­зя­ина нет, за­то есть ка­кие-то по­доз­ри­тель­ные, шны­ря­ющие по до­му де­тиш­ки.
— Не сме­ши! Ка­кой блен­дер? Он сам се­бе блен­дер… Кро­ме то­го, У­от­кинса все за ки­лометр об­хо­дят. Со­седи и по­дав­но.
— В лю­бом слу­чае, я имею в ви­ду, что мне мень­ше все­го хо­чет­ся на­жить се­бе неп­ри­ят­ностей на пя­тую точ­ку. Да и еще, с че­го ты взял, что У­от­кинс дер­жит твой ко­микс у се­бя до­ма? На его мес­те я бы по­ложи­ла его в ка­кой-ни­будь ящи­чек в сво­ем ка­бине­те, или на пол­ку с тет­ра­дями, или на по­докон­ник, или по­верх ог­ромной ки­пы бу­маг с от­че­тами, док­ладны­ми и объ­яс­ни­тель­ны­ми.
То­ни от­вел гла­за и по­чесал за­тылок.
— Де­ло в том, что… я уже ус­пел про­чесать ка­бинет ста­рика в по­ис­ках «Рей­ндже­ра», но так ниг­де его и не на­шел.
— И по­чему я не удив­ле­на, — вздох­ну­ла я, — Ну лад­но. А как ты соб­рался про­ник­нуть в его дом, не зная ад­ре­са?
— Во­об­ще-то, я как раз-та­ки знаю, где жи­вет У­от­кинс, — маль­чиш­ка по­мор­щился, яв­но прок­ру­чивая в па­мяти неп­ри­ят­ные вос­по­мина­ния из прош­ло­го, — Бу­ду кра­ток. Его кот­тедж пря­мо не­пода­леку от­сю­да, на Хэмп­стед-Стрит. Дом но­мер сто двад­цать шесть.
Джейк изум­ленно вски­нул изящ­ные свет­лые бро­ви и прис­вис­тнул.
— У-у, мис­тер Джей­мс Бонд. Про­шу про­щения, не приз­нал.
Эн­то­ни сос­тро­ил блон­ди­ну смеш­ную гри­масу и вы­сунул язык.
— Дай уга­даю, это все часть тво­его ге­ни­аль­но­го пла­на? — я по­чему-то не смог­ла сдер­жать улыб­ку (хо­тя, воз­можно, мне сле­дова­ло злить­ся на То­ни), — Имен­но по­это­му ты се­год­ня соб­рал нас здесь?
 — Не ста­ну от­ри­цать, — без­за­бот­но по­жал пле­чами Май­ер, — ну так что, Ли­ли, сос­та­вишь нам ком­па­нию? Га­ран­ти­рую — бу­дет ве­село!
 — Не знаю, я все еще не уве­рена… Как-то это неп­ра­виль­но, что ли… Да и ку­чу до­маш­ки за­дали…
— Ну же, Ли­ли. Все­го один раз! — тут в нас­тупле­ние пе­решел Джейк. Уже тог­да я по­няла, что на­вер­ня­ка сло­ма­юсь под на­тис­ком его фир­менной убе­дитель­нос­ти и прос­то не смо­гу от­ка­зать. По­верь­те мне на сло­во, ес­ли на чем-то нас­та­ива­ет Джейк Сти­венс, очень слож­но сох­ра­нять по­зиции и гнуть свою ли­нию, — Ког­да еще те­бе до­ведет­ся так не­забы­ва­емо про­вес­ти вре­мя? Это же поч­ти как ис­сле­довать дом с при­виде­ни­ями! Всей ко­ман­дой! А мы втро­ем и есть ко­ман­да. Без те­бя мы не спра­вим­ся.
— Дже-ейк…
— Мы толь­ко и де­ла­ем, что за­нима­ем­ся вся­кой не­нуж­ной ерун­дой ти­па до­маш­ки. Ни от­ды­ху, ни про­дыху! Нам всем нуж­но раз­ве­ять­ся. И те­бе в пер­вую оче­редь.
Про­ница­тель­ные ян­тарные гла­за блон­ди­на за­ис­кри­лись на­деж­дой. Сог­ла­шать­ся на та­кую аван­тю­ру со­вер­шенно не вхо­дило в мои пла­ны, од­на­ко же, как бы го­лос ра­зума ни ста­рал­ся пе­ре­убе­дить ме­ня, ни­чего по­делать с со­бой я не мог­ла. Неп­ре­одо­лимое же­лание впер­вые на­рушить пра­вила и хо­рошень­ко отор­вать­ся вне­зап­но зах­лес­тну­ло не­види­мой, но впол­не ощу­тимой вол­ной. Быть мо­жет, ре­бята пра­вы? Мо­жет, сто­ит прос­то рас­сла­бить­ся, нас­ла­дить­ся не­боль­шой ша­лостью, что­бы по­том бы­ло что вспом­нить хо­лод­ны­ми осен­ни­ми ве­чера­ми у ка­мина за ча­шеч­кой го­ряче­го тра­вяно­го чая?
 — Ну лад­но… — скре­пя сер­дце вы­дави­ла я из се­бя, пы­та­ясь из­ба­вить­ся от на­вяз­чи­вой мыс­ли о том, что по­тер­пе­ла по­раже­ние в ка­ком-то ду­рац­ком неп­ро­дол­жи­тель­ном спо­ре.
— ЕСТЬ! — в уни­сон вос­клик­ну­ли ре­бята и с раз­ма­ху да­ли друг дру­гу «пять».
— Но вы мне дол­жны один обед в «Джо­зис Бас­кет»!
Я опус­ти­ла ла­дони на пле­чи при­уныв­шим друзь­ям и чуть под­тол­кну­ла их, та­ким об­ра­зом при­зывая на­чать по­нем­но­гу ид­ти впе­ред.
— Ну и зап­ро­сы у вас, де­вуш­ка… — на­супив­шись, про­мол­вил То­ни.
 — Лю­бишь ка­тать­ся — лю­би и са­ноч­ки во­зить!
— Это еще тут при­чем?
— А как это ка­са­ет­ся ме­ня?
— Не за­бывай, что ты ме­ня то­же уго­вари­вал.
— И вов­се не уго­вари­вал…
— Еще как уго­вари­вал!
Мы ожив­ленно спо­рили и за­ливис­то сме­ялись, не­тороп­ли­во прод­ви­га­ясь по сол­нечно­му и уми­рот­во­рен­но­му Хэмп­стед-Хит пар­ку в сто­рону до­ма мис­те­ра У­от­кинса. По­года сто­яла, что на­до: сол­нечная, теп­лая. Каж­дый из при­сутс­тву­ющих в пар­ке нас­лаждал­ся пос­ледни­ми лас­ко­выми день­ка­ми, что вско­ре дол­жны бы­ли ус­ту­пить мес­то дож­дям, вет­рам и хму­рым ту­чам. Нас­тро­ение у ме­ня за­мет­но быс­тро под­ня­лось. Рас­слаб­ленная и при­обод­ренная, я что-то та­рато­рила (сей­час уже и не вспом­нить), уве­рен­но ша­гая впе­ред.
Тог­да мы еще не зна­ли, с чем нам пред­сто­ит стол­кнуть­ся впе­реди, что под­жи­да­ет нас там, в те­ни, го­товое вот-вот выс­во­бодить­ся, рва­нуть на­ружу, слов­но не­ис­то­вая ла­ва из жер­ла прос­нувше­гося вул­ка­на, и пог­ло­тить сво­ей раз­вер­стой го­лод­ной пастью весь Лон­дон. Всю стра­ну.
***
Пять лет спус­тя
— Сю­да, ско­рее! По­моги­те мне!!!
Сно­ва раз­дался ду­шераз­ди­ра­ющий вопль, от ко­торо­го у ме­ня во­лосы вста­ли ды­бом. Я креп­че сжа­ла ру­ко­ять сво­его ору­жия, за­фик­си­рован­но­го на по­ясе. Мой на­пар­ник вы­удил из кар­ма­на фо­нарик, пос­ве­тил им, и уль­тра­фи­оле­товый луч све­та вых­ва­тил из тем­но­ты крас­но-жел­тый ко­вер, об­рамлен­ный за­мыс­ло­ваты­ми чер­ны­ми узо­рами на вос­точный ма­нер. Луч сколь­знул вле­во — ту­да, от­ку­да до­носи­лись кри­ки, и спер­ва явил на­шему взо­ру древ­ний, пок­ры­тый тол­стым сло­ем пы­ли ко­мод, а за­тем лес­тни­цу, ис­че­за­ющую во мра­ке вто­рого эта­жа.
— Па­рень, ты там? Ты на­вер­ху?
Ос­тин без про­мед­ле­ния стал под­ни­мать­ся по лес­тни­це, ста­ра­ясь при­дер­жи­вать­ся сте­ны. Я мол­ча сле­дова­ла за ним. Сту­пени на­туж­но скри­пели под тя­жестью на­ших с на­пар­ни­ком ар­мей­ских бо­тинок. Сколь­ко же лет это­му до­му, что все здесь бук­валь­но сто­нет?
— Я здесь! В пос­ледней ком­на­те… Оно… — от­да­лен­ный всхлип, — Оно хо­чет заг­ля­нуть мне в гла­за!
— Мы уже идем! Не смот­ри на нее! — на хо­ду ряв­кнул Ос­тин.
— Эфир­на? — ти­хо спро­сила я, дос­та­вая свой фо­нарь.
— Дол­жно быть, — отоз­вался юно­ша, — Ес­ли это и впрямь она, то мно­го вре­мени эта тварь у нас не от­ни­мет.
Знаю, знаю. Вы, на­вер­ное, за­да­етесь воп­ро­сом, что же та­кое «эфир­на» и с чем «это» едят? Вот вам не­боль­шая часть той ин­форма­ции, что проч­но от­ло­жилась в на­ших с Ос­ти­ном умах за то нез­на­читель­ное (от­но­ситель­но) вре­мя, что мы бо­рем­ся с на­вод­нившей весь Лон­дон Чу­мой. Крат­кая справ­ка для, так ска­зать, оз­на­ком­ле­ния: эфир­ны пред­став­ля­ют со­бой ма­лень­ких, мед­ли­тель­ных, но смер­тель­но (в пря­мом смыс­ле это­го сло­ва) на­зой­ли­вых су­ществ, ко­торые име­ют тен­денцию вы­тяги­вать из че­лове­ка жиз­ненные си­лы, за счет пог­ло­щения, в пер­вую оче­редь, эмо­ций, и, как пра­вило, не­гатив­ных (во вре­мя та­кого «обе­да» они мо­гут раз­ду­вать­ся до не­веро­ят­ных раз­ме­ров — все за­висит от ко­личес­тва пот­ребля­емых пе­режи­ваний). Ужас, тре­вога, страх — лю­бимое их блю­до. На­ибо­лее от­четли­во эти эмо­ции мож­но про­честь во взгля­де жер­твы. Имен­но по­это­му, как толь­ко меж­ду тварью и че­лове­ком ус­та­нав­ли­ва­ет­ся зри­тель­ный кон­такт, пос­ледний в по­дав­ля­ющем боль­шинс­тве слу­ча­ев впа­да­ет в оце­пене­ние, те­ря­ет кон­троль над сво­им соз­на­ни­ем, пре­бывая в не­кото­ром зах­ва­те, и за­тем по­гиба­ет, па­рали­зован­ный и обес­си­лен­ный. Од­на­ко, ес­ли учи­тывать прос­тей­шие ме­ры пре­дос­то­рож­ности при встре­че с эфир­ной и па­роч­ку не­замыс­ло­ватых при­емов для ее из­гна­ния, то про­цесс из­бавле­ния от су­щес­тва ока­жет­ся про­ще па­реной ре­пы. Во вся­ком слу­чае, для нас, адеп­тов Им­пер­ской Ака­демии, об­ла­да­ющих оп­ре­делен­ным опы­том ра­боты с по­доб­ны­ми тва­рями. Но, дол­жна за­метить, всем лю­дям свой­ствен­но оши­бать­ся. И мы в эту ночь не бы­ли ис­клю­чени­ем. Мы поз­во­лили се­бе рас­сла­бить­ся.
Очу­тив­шись на лес­тнич­ной пло­щад­ке вто­рого эта­жа, мы уве­рен­ным ша­гом нап­ра­вились в даль­ний ко­нец уз­ко­го ко­ридо­ра. Яр­кие пят­на све­та у нас под но­гами мель­ка­ли тут и там, де­монс­три­руя бес­по­рядоч­но ва­ля­ющи­еся на по­лу иг­рушки и дет­скую одеж­ду. На миг мне по­каза­лось, что сре­ди про­чего хла­ма я за­мети­ла по­коре­жен­ную фи­гур­ку зе­лено­го рей­ндже­ра в во­инс­твен­ной по­зе, и мое сер­дце не­воль­но сжа­лось. В па­мяти всплыл до­рогой об­раз, ко­торый мо­мен­таль­но рас­се­ял­ся, сто­ило мо­ему на­пар­ни­ку от­крыть рот.
— Дей­ству­ем быс­тро, — ко­ман­дным то­ном ска­зал он, — На те­бе свет, на мне — тварь и маль­чиш­ка.
— Не­зачем тра­тить вре­мя на по­ис­ки вык­лю­чате­ля, — воз­ра­зила я, — Ты же зна­ешь, что их по­яв­ле­ние всег­да соп­ро­вож­да­ет­ся сбо­ями в ра­боте элек­три­чес­тва.
Мы ос­та­нови­лись у при­от­кры­той две­ри. Ос­тин ода­рил ме­ня сво­им фир­менным уко­ритель­ным взгля­дом.
— Не спорь, Янг. Всег­да луч­ше про­верять.
— Раз ты та­кой ос­мотри­тель­ный, Мак­грат, — я так же сде­лала ак­цент на его фа­милии, — Тог­да, быть мо­жет, ты не бу­дешь про­тив по­менять­ся ро­лями?
Юно­ша на­хох­лился. Ко­лос­саль­ным уси­ли­ем во­ли он су­мел воз­держать­ся от гру­бого за­меча­ния в мою сто­рону.
— Это не об­сужда­ет­ся, — с эти­ми сло­вами он по­вер­нулся к две­ри и рез­ко тол­кнул ее.
Чес­тное сло­во, ес­ли бы не за­дание, я бы не пос­ты­дилась из­ло­жить это­му «ум­ни­ку» пол­ную ха­рак­те­рис­ти­ку его лич­ности по пун­ктам, на­чиная с «на­пыщен­но­го коз­ла» до «иди­от­ски на­пыщен­но­го коз­ла». Жаль, что об­ста­нов­ка не поз­во­ляла…
Мы вор­ва­лись в ком­на­ту. Ос­тин при­нял­ся быс­тро во­дить фо­нарем из сто­роны в сто­рону в по­ис­ках бес­по­мощ­но­го маль­чи­ка, на вы­руч­ку ко­торо­му мы яви­лись, и «нез­ва­ного гос­тя». Я же за­нялась ска­ниро­вани­ем сте­ны на пред­мет вся­кого ро­да вык­лю­чате­лей. Не прош­ло и ми­нуты, как мой луч све­та ли­хора­доч­но за­мигал и тут же по­гас. Я вы­руга­лась сквозь зу­бы, от­бро­сила га­логен­ный фо­нарь в сто­рону и на­чала ощу­пывать хо­лод­ную сте­ну. Спус­тя не­кото­рое вре­мя мне все же уда­лось рас­познать вык­лю­чатель. Как я и пред­по­лага­ла, он ока­зал­ся неп­ри­годен для экс­плу­ата­ции.
— Ос­тин, эта шту­ка не ра­бота­ет. Как я и…
— По­годи ми­нут­ку… Здесь что-то не так…
Я не сра­зу за­мети­ла, что уже дос­та­точ­но дол­гое вре­мя от на­шего по­тер­певше­го не бы­ло ни слу­ху ни ду­ху. Да­же тог­да, ког­да мы с Ос­ти­ном сто­яли в ко­ридо­ре, за дверью, в до­ме ца­рила гне­тущая ти­шина. В ду­ше на­рас­та­ла па­ника, но я вся­чес­ки ста­ралась отог­нать ов­ла­дева­ющее мной чувс­тво стра­ха. Наб­рав в лег­кие по­боль­ше воз­ду­ха, я по­доб­ра­ла с по­ла фо­нарь и при­со­еди­нилась к Ос­ти­ну.
— Пло­хо де­ло, — про­шеп­тал на­пар­ник, ког­да я по­рав­ня­лась с ним. Его луч вых­ва­тывал из чер­ниль­ной ть­мы ме­бель и раз­личные пред­ме­ты ин­терь­ера: не­боль­шой пись­мен­ный стол из свет­ло­го де­рева в пра­вом уг­лу, в про­тиво­полож­ном — рас­пахну­тый пла­тяной шкаф, уз­кий кре­мовый ди­ван нап­ро­тив заш­то­рен­но­го ок­на, ко­торый, су­дя по все­му, за­менял кро­вать, тор­шер под по­жел­тевшим, нак­ре­нив­шимся аба­журом по ле­вую сто­рону от не­го и об­лезлую тум­бочку — по пра­вую. Я бы ска­зала, что все в этой ком­на­те выг­ля­дело как-то че­рес­чур скром­но, ес­ли не брать во вни­мание раз­бро­сан­ные по по­лу иг­ру­шеч­ные де­таль­ки, чем-то от­да­лен­но на­поми­на­ющие ле­го.
Мой фо­нарь опять за­мор­гал, за­тем луч све­та ста­били­зиро­вал­ся. Ну вот, сно­ва ра­бота­ет. Пос­ле то­го как за­кон­чим здесь, нуж­но бу­дет от­дать при­бор Ль­ю­ису. Пусть за­менит ак­ку­муля­тор, или что он там де­ла­ет в сво­ей су­пер-пу­пер на­воро­чен­ной ла­бора­тории…
— Ду­маю, мы ошиб­лись ком­на­той.
Я ос­мотре­ла каж­дый сан­ти­метр «апар­та­мен­тов», но не об­на­ружи­ла ни еди­ной жи­вой ду­ши (кро­ме нас с Ос­ти­ном, ра­зуме­ет­ся).
— Не мо­жет быть. Я еще ни­ког­да не оши­бал­ся.
Я за­кати­ла гла­за.
— Как бы прис­кор­бно это ни проз­ву­чало для те­бя, нам сто­ит про­верить дру­гие ком­на­ты.
Я раз­верну­лась и уже бы­ла го­това нап­ра­вить­ся к две­ри, как вдруг Ос­тин рез­ко схва­тил ме­ня за ру­ку.
— Здесь что-то не так. Раз­ве ты не слы­шишь? Он пе­рес­тал звать на по­мощь.
— Так да­вай не бу­дем те­рять вре­мени! Нам по­везет, ес­ли ока­жет­ся, что он все­го лишь по­терял соз­на­ние, а не по­мер!
Внут­ри ме­ня вспых­ну­ло раз­дра­жение. Я по­доз­ре­вала, что мои опа­сения мо­гут под­твер­дить­ся в лю­бую ми­нуту, ес­ли мы не по­торо­пим­ся. Че­го не ска­жешь об Ос­ти­не, ко­торый, ка­залось, как наз­ло, тя­нул ре­зину.
Я выс­во­боди­лась из его цеп­кой хват­ки, от­верну­лась и за­шага­ла к вы­ходу, по пу­ти ед­ва не нас­ту­пив на от­ку­порен­ную лит­ро­вую бан­ку. Стран­но, как это я рань­ше не об­ра­тила на нее вни­мания?
Я от­во­рила дверь в со­сед­нюю ком­на­ту, и тут же ме­ня об­да­ло жут­ким хо­лодом, слов­но чь­им-то ле­дяным ды­хани­ем. Ок­но, че­рез ко­торое про­никал лун­ный свет и тус­клым пря­мо­уголь­ни­ком па­дал на по­лови­цы, бы­ло нас­тежь рас­пахну­то. По­рывис­тый за­выва­ющий ве­тер зло­веще ко­лыхал тем­но-се­рые гар­ди­ны. Я об­на­жила лез­вие сво­ей ка­таны и как мож­но бо­лее бес­шумно по­доб­ра­лась к ок­ну. Уве­рен­ным дви­жени­ем раз­дви­нула што­ры и… Все чис­то.
Я нах­му­рилась, оки­нула взгля­дом от­крыв­ший­ся пе­редо мной вид. Ок­но вы­ходи­ло на за­рос­ший бурь­яном дво­рик, ок­ру­жен­ный вы­соким ре­шет­ча­тым за­бором. На нев­зрач­ном пя­точ­ке у края ог­ражде­ния гро­моз­ди­лись чер­ные, под стать но­чи, му­сор­ные меш­ки, воз­ле ко­торых оши­валась стая обод­ранных го­лод­ных ко­шек. Ис­пускав­шие сла­бое све­чение фо­нар­ные стол­бы от­бра­сыва­ли жут­кие длин­ные те­ни, боль­ше по­ходив­шие на смер­то­нос­ные колья из ка­кого-ни­будь филь­ма ужа­сов. На про­тиво­полож­ной сто­роне бу­лыж­ной мос­то­вой ров­ны­ми ря­дами про­тяну­лись вдоль глав­ной ули­цы ухо­жен­ные кот­теджи из крас­но­го кир­пи­ча. Оче­вид­но, вла­дель­цы этих до­мов от­ка­зались по­кидать свои прис­та­нища. Или же прос­то не ус­пе­ли вов­ре­мя сде­лать это.
Но да­же весь этот пей­заж не вы­зывал у ме­ня столь­ко по­доз­ре­ний, сколь­ко че­репич­ный на­вес, что об­на­ружил­ся пря­мо под ком­натным ок­ном.
Осоз­на­ние сколь­зкой зме­ей свер­ну­лось где-то под ло­жеч­кой. Сер­дце в гру­ди бе­шено за­коло­тилось. Вось­мое чувс­тво с за­поз­да­ни­ем про­реве­ло о том, что нуж­но как мож­но ско­рее уби­рать­ся из это­го прок­ля­того мес­та.
— Ос­тин? — поз­ва­ла я, — Ос­тин! Нам по­ра ухо­дить!
Су­дя по про­катив­шимся по все­му эта­жу уда­рам, бы­ло уже поз­дно.
— Ос­тин!!!
Я без про­мед­ле­ния бро­силась к две­ри, но та, к ог­ромней­ше­му мо­ему изум­ле­нию и до­саде, с гро­хотом зах­лопну­лась. Сквоз­няк! Как нек­ста­ти!
Я су­дорож­но на­чала дер­гать двер­ную руч­ку, од­на­ко она ни­как не под­да­валась. С еще боль­шим на­пором на­давив на нее и при­жав­шись пле­чом к па­нели, я что есть си­лы при­нялась тол­кать ее. Без­ре­зуль­тат­но! По­пыт­ка от­крыть дверь, по­тянув на се­бя — на слу­чай, ес­ли я в па­нике сде­лала все на­обо­рот, — так­же не во­зыме­ла ус­пе­ха.
Что-то уж очень я сом­не­валась в том, что сквоз­ня­ки об­ла­да­ют не­веро­ят­ной спо­соб­ностью ус­тра­ивать за­сады. Кто-то яв­но мо­рочил нам го­ловы. Но сей­час не са­мое под­хо­дящее вре­мя га­дать кто.
— Лад­но, — под­бадри­вала се­бя я, — Вы­ход все еще есть.
Приз­нать­ся, я всег­да бо­ялась вы­соты, но, ви­дите ли, ког­да речь за­ходит об уг­ро­зе жиз­ни на­пар­ни­ка, осо­бо вы­бирать не при­ходит­ся. Я мер­твой хват­кой уце­пилась за край на­веса. Но­ги бес­по­мощ­но бол­та­лись в воз­ду­хе. Я еще раз взгля­нула че­рез пле­чо на зем­лю, пок­ры­тую гус­той сетью вы­сокой тра­вы, что на­ходи­лась в па­ре мет­ров от ме­ня, заж­му­рилась, за­дер­жа­ла ды­хание и, рас­це­пив паль­цы, по­лете­ла вниз. Ступ­ни обож­гла ярос­тная боль точ­но от дю­жины вон­зивших­ся в плоть но­жей. Да­леко не са­мое при­ят­ное ощу­щение, но че­го еще ожи­дать от по­доб­но­го при­зем­ле­ния?
Я вбе­жала в при­хожую че­рез па­рад­ный вход и ри­нулась на­верх, на вто­рой этаж, от­ку­да уже до­носи­лись зву­ки борь­бы. Вор­вавшись в ту са­мую ком­на­ту, что на­ходи­лась в даль­нем кон­це ко­ридо­ра, я зас­та­ла сле­ду­ющую кар­тинку: су­щес­тво с хруп­ким блед­ным тель­цем и ги­гант­ской лу­кович­ной го­ловой вце­пилось сво­ими ко­рот­ки­ми ру­чон­ка­ми в во­рот­ник ру­баш­ки Ос­ти­на и, щел­кая зу­бами, ярос­тны­ми рыв­ка­ми тя­нулось к его шее. Мой на­пар­ник нер­вно ме­тал­ся по все­му по­меще­нию в тщет­ных по­пыт­ках сбро­сить тварь с се­бя, но та да­же и не ду­мала вы­пус­кать до­бычу из сво­их креп­ких объ­ятий. Опа­са­ясь ра­нить Ос­ти­на сво­ей ка­таной, я вы­тащи­ла из-за по­яса чер­ный диск со схе­мами рун и за­пус­ти­ла его в сто­рону не­чис­ти. Изоб­ре­тение Ль­ю­иса сра­бота­ло как нель­зя луч­ше. Диск, пред­назна­чен­ный спе­ци­аль­но для унич­то­жения по­тус­то­рон­них «гос­тей», об­на­ружил цель, ру­ны на нем ак­ти­визи­рова­лись, вспых­ну­ли яр­ким све­том. Пред­мет ед­ва за­дел монс­тра, вре­зал­ся в сте­ну и со зво­ном от­ри­коше­тил от нее, но и это­го хва­тило, что­бы су­щес­тво ос­ла­било хват­ку и, ра­неное, по­вали­лось на­земь. Из об­ра­зовав­шей­ся на склиз­ком тель­це по­реза вил­ся ед­кий се­рый пар. Я из­влек­ла из но­жен ка­тану, в па­ру прыж­ков пе­ресек­ла ком­на­ту и, на­вис­нув над тварью, за­мах­ну­лась ору­жи­ем, что­бы на­нес­ти за­вер­ша­ющий удар. В этот мо­мент су­щес­тво по­вер­ну­лось ко мне. И внут­ри у ме­ня все за­леде­нело. Сер­дце уш­ло ку­да-то в пят­ки. Те­ло от­ка­зыва­лось по­вино­вать­ся. Я зас­ты­ла, гля­дя свер­ху вниз на ис­крив­ленное гри­масой смя­тения и ужа­са ли­цо ре­бен­ка, ко­торый не­ожи­дан­но свер­нулся клуб­ком и жа­лоб­но за­ревел. Не мо­жет быть… Это же… это же все­го лишь ди­тя! И его гла­за… Сов­сем как у То­ни Май­ера тог­да…
— Ли­ли… это той­ол… — прох­ри­пел Ос­тин, од­ной ру­кой дер­жась за крас­ную шею, а дру­гой по­могая се­бе встать с чет­ве­ренек, — Ско­рее унич­тожь его, по­ка он не…
Ры­дания «ма­лыша» пе­рерос­ли в не­выно­симый гро­мог­ласный вопль, от ко­торо­го сот­ря­сались сте­ны, и с по­тол­ка гра­дом сы­палась по­жел­тевшая шту­катур­ка. От­вра­титель­ный крик, ка­залось, ис­хо­дил отов­сю­ду, да­вил со всех сто­рон. Я по­теря­ла рав­но­весие и не­ук­лю­же сва­лилась, слов­но ме­шок кар­тошки, на пол. Ка­тану от­швыр­ну­ло ку­да-то в сто­рону. Я заж­му­рилась, за­жала уши ла­доня­ми и то­роп­ли­во при­нялась от­ползать к сте­не. Еще нем­но­го, по­дума­ла я, и у ме­ня точ­но лоп­нут ба­рабан­ные пе­репон­ки! Ну по­чему?! По­чему я не мо­гу ни­чего пред­при­нять?! Пусть оно зат­кнет­ся! ЗАТ­КНИСЬ! ЗАТ­КНИСЬ! ЗАТ­КНИСЬ!
Вой про­дол­жался еще око­ло ми­нуты и за­тем, к мо­ему ве­личай­ше­му об­легче­нию, стих (мои ду­шев­ные сте­нания на­конец бы­ли ус­лы­шаны). Выж­дав не­кото­рое вре­мя, я поз­во­лила сво­им гла­зам сно­ва взгля­нуть на ок­ру­жа­ющий мир. И рас­кры­ла рот от изум­ле­ния.
Тварь с ин­те­ресом что-то раз­гля­дыва­ла у се­бя за спи­ной, при­нюхи­ва­ясь. Слов­но хищ­ная пти­ца, за­видев­шая жер­тву, она сор­ва­лась с мес­та, сгор­би­лась над свер­кнув­шим во ть­ме пред­ме­том и, точ­но обе­зумев­шая, на­кину­лась на не­го, в не­тер­пе­нии об­на­жив не­ров­ные ос­трые зу­бы и длин­ный язык. Ос­ле­питель­ная вспыш­ка све­та, что пос­ле­дова­ла за­тем, оза­рила всю ком­на­ту. За­пах­ло па­леным. А по­том во­цари­лась ти­шина. Лишь сла­бое пос­ку­лива­ние до­носи­лось из цен­тра ком­на­ты.
Я про­дол­жа­ла си­деть, при­жав­шись спи­ной к сте­не и та­ращась стек­лянны­ми гла­зами на стре­митель­но умень­ша­юще­еся в раз­ме­рах су­щес­тво. Ког­да оно ста­ло внеш­не на­поми­нать смор­щенную су­хую сли­ву, свер­ху на не­го опус­ти­лась стек­лянная лит­ро­вая бан­ка, от­ре­зав­шая та­ким об­ра­зом все пу­ти от­ступ­ле­ния.
— Ли­ли, ты в по­ряд­ке?
Ос­тин по­дошел ко мне и про­тянул ру­ку, но тут же, буд­то проз­рев, от­дернул ее.
— Что ты сде­лал? — с тру­дом из­рекла я, пы­та­ясь по­давить встав­ший по­перек гор­ла плот­ный ком. Те­перь я не мог­ла отор­вать взгля­да от его ок­ро­вав­ленной ла­дони, ко­торую он толь­ко что пред­ла­гал мне.
— Ни­чего осо­бен­но­го. При­бег­нул к не­об­хо­димой ме­ре, что по­надо­билась в сло­жив­шей­ся, уг­ро­жав­шей жиз­ни на­пар­ни­ка си­ту­ации.
В го­лове не ук­ла­дыва­лось, как у Ос­ти­на хва­та­ет сил сох­ра­нять преж­нее са­мо­об­ла­дание пос­ле все­го, что здесь про­изош­ло. Са­мо­уве­рен­ный иди­от.
В бес­ти­ари­ях — сбор­ни­ках, со­дер­жа­щих ин­форма­цию о все­воз­можных фан­тасма­горич­ных су­щес­твах, их ви­дах и осо­бен­ностях, — ко­торые мы изу­чали в Ака­демии, упо­мина­лось о не­насыт­ной жаж­де че­лове­чес­кой кро­ви у той­олов. Так вот что сде­лал Ос­тин — по­резал кин­жа­лом ру­ку и бро­сил его ря­дом с тварью, что­бы та учу­яла за­пах кро­ви. И, приз­нать­ся, план удал­ся на сла­ву. Сталь и ак­ти­визи­ровав­ши­еся при вза­имо­дей­ствии с клин­ком ру­ны при­нес­ли двой­ной ре­зуль­тат — поч­ти мгно­вен­но об­ра­тили су­щес­тво в прах.
— Так зна­чит… Это дей­стви­тель­но был той­ол…
Ос­тин нах­му­рил­ся и с то­ликой уп­ре­ка пос­мотрел на ме­ня. Я зна­ла, что он сей­час ска­жет.
— Ну да­вай. От­чи­тай ме­ня по пол­ной, — бур­кну­ла я, — Я об­ла­жалась. Я чуть не уг­ро­била нас. По­мед­ли­ла, ког­да нуж­но бы­ло без ко­леба­ний раз­ру­бить эту… тварь на ку­соч­ки.
Я са­мос­то­ятель­но под­ня­лась на но­ги и, по­шаты­ва­ясь, пе­ресек­ла ком­на­ту, что­бы вер­нуть на свое за­кон­ное мес­то ва­ля­ющу­юся в пы­ли ка­тану. Все это вре­мя я ощу­щала на се­бе прис­таль­ный взгляд юно­ши.
— Я бы с ра­достью, — пос­ле не­кото­рой па­узы ска­зал он, — Да вот толь­ко ты, су­дя по все­му, и са­ма все прек­расно по­нима­ешь. Кро­ме то­го, — до­бавил па­рень, — тварь ед­ва не за­души­ла ме­ня. Но… ты… в об­щем… спа­сибо, что не да­ла ей сде­лать это.
На сей раз гла­за от­вел Ос­тин.
— Мы оба друг дру­га вы­ручи­ли. Но у ме­ня мас­са воп­ро­сов по по­воду про­изо­шед­ше­го, — я пом­рачне­ла, — Ос­тин, кто-то пы­тал­ся нат­ра­вить той­ола на нас. Этот кто-то знал, что мы бу­дем здесь се­год­ня ночью. В со­сед­ней спаль­не я об­на­ружи­ла от­кры­тое нас­тежь ок­но. Под ним — на­вес. Ду­маю, нек­то ос­та­вил нам «сюр­приз в бан­ке» здесь, в этой ком­на­те, а сам выс­коль­знул че­рез дру­гое ок­но не­задол­го до то­го, как мы с то­бой под­ня­лись на вто­рой этаж. А еще дверь… Она зах­лопну­лась пря­мо пе­ред мо­им но­сом. Я не мог­ла выб­рать­ся из ком­на­ты.
Мой на­пар­ник за­думал­ся.
— Ин­те­рес­но… Рис­кну так­же пред­по­ложить, что наш не­доб­ро­жела­тель неп­ло­хо раз­би­ра­ет­ся в при­роде той дря­ни, с ко­торой мы ве­дем вой­ну, — па­рень пок­ру­тил в ру­ках бан­ку со ску­кожен­ным внут­ри су­щес­твом. На гор­лышке бан­ки кра­сова­лась плас­ти­ковая крыш­ка.
Я зна­ла, что он име­ет в ви­ду. Той­олы — опас­ные, ред­кие тва­ри. Они ни­ког­да не по­яв­ля­ют­ся в ми­ре жи­вых по собс­твен­ной во­ле. Это воз­вра­щен­ные к жиз­ни в ре­зуль­та­те слож­ней­ших об­ря­дов умер­шие де­ти. Сог­ласно тру­дам, пос­вя­щен­ным сверхъ­ес­тес­твен­ным су­щес­твам, под­чи­нение се­бе той­ола рав­но­силь­но зак­лю­чению сдел­ки с дь­яво­лом: пос­ле соз­да­ния тва­ри пок­ро­витель до кон­ца жиз­ни об­ре­чен су­щес­тво­вать с ней бок о бок и са­мое неп­ри­ят­ное — пос­то­ян­но обес­пе­чивать не­насыт­но­го «ма­лыша» про­пита­ни­ем (а о том, чем зло­коз­ненные монс­тры пред­по­чита­ют ла­комить­ся, я по­лагаю, вы уже до­гада­лись).
По всей ве­ро­ят­ности, ано­ним, же­ла­ющий нам зла, на­шел вы­ход из неп­ростой си­ту­ации. Он по­мес­тил усы­ха­ющее от го­лода тель­це в стек­лянную тюрь­му. Но на­дол­го ли бан­ка су­ме­ет сдер­жать его?
— Нам сто­ит пос­ко­рее вер­нуть­ся в Ака­демию, — слов­но про­читав мои мыс­ли, за­явил Ос­тин, — Там пос­мотрим, что мож­но сде­лать с… ним.
Я мол­ча кив­ну­ла. По­доб­рав с по­ла ос­тавше­еся сна­ряже­ние, мы пос­пе­шили по­кинуть дом.
В ли­цо уда­рила при­ят­ная све­жесть дав­но опус­тившей­ся на Лон­дон но­чи. Прох­ладный ве­терок бод­рил как нель­зя кста­ти. Пос­ле пре­быва­ния в зат­хлом по­меще­нии он ка­зал­ся нам жи­витель­ной кап­лей дож­дя, упав­шей на бедс­тву­ющую от за­сухи пус­тынную зем­лю. Мы с Ос­ти­ном шли вниз по ули­це в сто­рону Ака­демии, каж­дый был пог­ру­жен в свои раз­думья.
Я все ни­как не мог­ла выб­ро­сить из го­ловы че­лове­ка, ко­торый ос­ме­лил­ся пре­неб­речь за­кона­ми ми­роз­да­ния и об­рек бед­но­го ма­лыша на веч­ные му­ки. Кто мог пой­ти на та­кое? И не­уже­ли это дей­стви­тель­но воз­можно? За все те го­ды, что в Лон­до­не про­сущес­тво­вала Чу­ма, — так в прос­то­народье проз­ва­ли на­вод­не­ние го­рода и всей стра­ны сверхъ­ес­тес­твен­ны­ми тва­рями — не бы­ло за­фик­си­рова­но ни од­но­го слу­чая стол­кно­вения с той­олом. Во вся­ком слу­чае, в Ака­демии об этом ник­то не слы­шал.
Но это не единс­твен­ное, что бес­по­ко­ило ме­ня на тот мо­мент. Я вспом­ни­ла от­ча­яние, страх, оби­ду и гнев в ма­лень­ких гла­зах-бу­синах монс­тра… Бо­же, как же они на­пом­ни­ли мне…
— Ли­ли, — хрип­лый го­лос Ос­ти­на на­рушил ви­сев­шую в воз­ду­хе ти­шину.
— Мм?
— Я знаю, по­чему те­бе не хва­тило ду­ху унич­то­жить тварь, и я не ви­ню те­бя за это.
— Ага, спа­сибо, — су­хо от­ве­тила я, в ду­ше ви­ти­ева­то вы­ругав­шись. По­жалуй­ста, пусть он не ста­нет раз­ви­вать эту те­му.
— В кон­це кон­цов, рань­ше она бы­ла ре­бен­ком… То, что про­изош­ло с тво­им дру­гом… Ког­да это слу­чилось, вы ведь то­же бы­ли еще деть­ми, хоть и пос­тарше.
Я ос­та­нови­лась и оз­лоблен­но пос­мотре­ла на Ос­ти­на, еле сдер­жи­ва­ясь, что­бы не уда­рить его.
— Хва­тит. Я не хо­чу го­ворить об этом.
Да, о слу­чае на Хэмп­стед-Стрит пять лет на­зад бы­ли нас­лы­шаны мно­гие, ведь имен­но с не­го и на­чались все бе­ды. И я со­вер­шенно не го­рела же­лани­ем за­ново воз­вра­щать­ся к со­быти­ям то­го кош­марно­го дня, за­ново про­пус­кать их че­рез се­бя.
— Я к то­му, что, ес­ли вдруг ты за­хочешь…
— Ос­тин!
— У нас в Ака­демии есть за­меча­тель­ный пси­холог, очень ком­пе­тен­тная жен­щи­на. Она с ра­достью по­может те­бе прой­ти курс ре­аби­лита­ции…
— Ре­аби­лита­ции?! С че­го ты взял, что я во­об­ще в ней нуж­да­юсь?
— Нуж­да­ешь­ся. Это вид­но.
— Что ж, тог­да у те­бя проб­ле­мы со зре­ни­ем.
— Ли­ли, пой­ми ты на­конец, что твоя «ду­шев­ная трав­ма», от ко­торой ты ни­как не из­ба­вишь­ся, ме­ша­ет на­шей ра­боте! Дав­но по­ра ра­зоб­рать­ся с ней! Са­ма по­думай, ког­да-ни­будь она све­дет те­бя в мо­гилу, и ме­ня за­од­но…
Я быс­трым дви­жени­ем об­на­жила свою ка­тану и нап­ра­вила ос­трое, как брит­ва, лез­вие на юно­шу. Па­рень яв­но не ожи­дал от ме­ня по­доб­но­го ма­нев­ра и в ужа­се от­пря­нул на­зад.
 — Т-ты что тво­ришь? — сры­ва­ющим­ся го­лосом вы­палил он.
Нет, я вов­се не со­бира­лась ра­нить Ос­ти­на. Но взбе­сил он ме­ня знат­но.
— Пус­тозво­нам как ты нев­до­мек, что зна­чит по­терять близ­ко­го че­лове­ка. Ты и сво­ра та­ких же са­модо­воль­ных вы­ход­цев из бо­гатень­ких се­мей учи­тесь в Ака­демии, по­тому что для вас это кру­то, для вас это прес­тижно. Ва­шим вли­ятель­ным па­пашам и ма­машам это вы­год­но. Вы счи­та­ете се­бя силь­ны­ми и не­уяз­ви­мыми. Толь­ко вот до по­ры до вре­мени. Я не за­тем ста­ла адеп­том, что­бы иди­оты вро­де те­бя да­вали мне нас­тавле­ния, как справ­лять­ся со сво­ей, как ты вы­разил­ся, «ду­шев­ной трав­мой». Пов­то­ряю в пос­ледний раз: я не хо­чу боль­ше слы­шать ни сло­ва о том, что про­изош­ло со мной и мо­ими друзь­ями пять лет на­зад. Это яс­но?
Па­рень не­уве­рен­но кив­нул. Я опус­ти­ла ка­тану.
— А нас­чет сво­ей бе­зопас­ности ты не бес­по­кой­ся. Как при­будем в Ака­демию, я по­забо­чусь о том, что­бы нам дво­им по­меня­ли на­пар­ни­ков.
Ос­тин в за­меша­тель­стве зас­тыл на мес­те, а ког­да рас­крыл бы­ло рот, что­бы воз­ра­зить, я уже уш­ла да­леко впе­ред.


Пишется
0
21
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!